АКАДЕМИК-МАСТЕРОВОЙ

24 декабря 1999 в 00:00, просмотров: 519

Российский государственный гуманитарный университет (РГГУ) еще молод — ему только восемь лет. Но за эти годы он стал одним из самых престижных вузов страны. Его популярность объясняется не только безусловными достоинствами системы преподавания. Привлекателен РГГУ тем, что возглавляет его известный историк и общественный деятель Юрий Николаевич Афанасьев — человек яркой индивидуальности и неуемной энергии, человек, который поставил перед собой цель создать университет будущего, университет XXI века. Его обвиняют в том, что он управляет университетом по методу императора Александра I — из пролетки, по пути в Европу. Злые языки утверждают, что правая рука Афанасьева, его проректор, придерживается нетрадиционной сексуальной ориентации. Кое-кто из профессоров с пеной на губах доказывает, что он никакой не демократ, а очень даже авторитарный человек. Но лучше всего выслушать самого ректора. — Юрий Николаевич, почему вы столь легко отказались от карьеры политика? — В политику я был вовлечен стихийно, подобно Родиону Щедрину или Евгению Евтушенко. Но я довольно быстро понял, что если начинаешь заниматься политикой, то надо отдаться ей целиком. А я все же оставался ректором Историко-архивного института, и, слава Богу, хватило ума вовремя остановиться. — Вы оказались крепким хозяином, сметливым и расчетливым. В то время как многие институты и университеты даже в Москве хиреют и приходят в упадок, РГГУ расширяется и цветет... — Расшириться удалось прежде всего потому, что в 1991 году мы получили комплекс зданий на Миусской площади, принадлежащий ранее Высшей партийной школе. В одном из этих зданий, построенном по проекту Иванова-Шица, с 1912 по 1918 годы размещался Московский народный университет, созданный по инициативе и на средства московского мецената Альфонса Леоновича Шанявского. В университете Шанявского преподавали самые лучшие профессора Москвы. Сюда приходили талантливые ученые, которым было неуютно в других университетах. Среди них было немало вольнодумцев, и всегда царила полная свобода самовыражения. Такого университета в России еще не было. Так что прошлое нас обязывает: опускать планку ниже нельзя. — А как вам удалось получить здание партийной школы? Небось на него имели виды многие деятели? — Еще в 1989 году Борис Николаевич Ельцин, Гавриил Харитонович Попов и я написали письмо Горбачеву. Я вставил в него следующие строки: "Вы ратуете за то, что КПСС должна измениться, что она должна приобрести свойства, которых у нее никогда не было. Вам предоставляется прекрасная возможность продемонстрировать это на деле, если одно из зданий партийной сети вы отдадите вузу, который находится в самом тяжелом материальном положении". На самом деле таких институтов было два — Историко-архивный и МАРХИ. Однако Горбачев не успел рассмотреть этот вопрос, потому что случился август 1991 года. И решение было принято уже новым правительством. Но когда мы начали переселяться, обнаружили, что весь комплекс зданий находится в ужасном состоянии. Здешняя партшкола готовилась к переезду на проспект Вернадского. Строительство этого роскошного комплекса продолжалось лет двадцать. Все это время в старых зданиях ничего не делалось: крыша протекала, отопление пришлось менять целиком... — Для того чтобы привести в порядок такой огромный комплекс зданий, необходимо или самому быть мастеровым, или здорово разбираться в хозяйстве... — Дед со стороны матери был столяр-краснодеревщик. Он возводил храмы по Волге — руководил артелью, которая ставила срубы, и сам резал иконостас, золотил его и писал иконы. Отец был на все руки мастер. Молодым ушел на фронт, а после войны шабашил. До недавнего времени и я в доме делал все сам, вплоть до мебели, никогда не нанимал ни плотников, ни электриков. Собирал инструменты — мечтал, что когда-нибудь получу участок земли и выстрою дачу. Но дачи так и нет... — Из вас мог получиться прекрасный хозяйственник... — Но замысел создать университет жил во мне всегда. Но путь от замысла к свершению, как известно, можно одолеть, если находишь единомышленников. Таких людей оказалось немало. Сейчас, как мне кажется, мы достаточно близки к цели и имеем право говорить о формировании универсальной образовательной среды в РГГУ. Одна из составляющих такой среды связана с созданием у нас Учебного художественного музея. Это стало возможно благодаря дружбе с Государственным музеем изобразительных искусств им. А.С.Пушкина. Мало кто знает, что Музей изящных искусств имени императора Александра III создавался по инициативе и при непосредственном участии профессора Московского университета Ивана Владимировича Цветаева именно как учебный, университетский музей. Именно для этого он заказал большое количество слепков по всему миру. Однако Цветаевский музей, открытый на Волхонке в 1912 году, в качестве учебного жил совсем недолго. После 1924 года он стал развиваться как музей западноевропейского искусства и свою функцию учебного музея утратил. Часть цветаевской коллекции была постепенно переведена в запасники. Многие слепки, хранившиеся в подвалах Пивной башни Троице-Сергиевой лавры, стали разрушаться, и не только от времени: крыша башни протекала... Они непременно бы погибли, если бы мы их не извлекли и не отреставрировали. На основе этих слепков мы и создали музей РГГУ. Кстати говоря, цветаевская идея об образовании средствами искусства нами развивается и обогащается на современном уровне. — Универсум — это целостный мир, в котором есть все. Если РГГУ замышлялся неким подобием огромного мира, то в нем должно быть все... — Конечно. Мы создали издательство, типографию. Появилась и своя книжная лавка — "У Кентавра". Особенность универсума — гармония. Поэтому важно, чтобы сосуществование факультетов было гармоничным, взаимодополняющим. Само понятие универсума нечасто употребляется в России. Мне кажется, что по-настоящему знание было универсальным в эпоху античности, в те времена, когда Аристотель прогуливался со своими учениками в садах Академии. Он не делил знание на математику, философию, историю, физику... Он вел беседы таким образом, чтобы ум слушателя обогащался не столько за счет увеличения суммы знаний, сколько за счет способности размышлять. — Какова, на ваш взгляд, основная задача современного университета? — Прежде всего — научить студента ставить вопросы или проблемы. А уже потом — искать на них ответы.





Партнеры