ЗАГАДКА “ЖУРНАЛИСТА-ПРИЗРАКА”

5 февраля 2000 в 00:00, просмотров: 394

Неизвестная дотоле широкой публике фамилия "Бабицкий" сегодня у всех на слуху. Одни представляют корреспондента радио "Свобода" жертвой произвола власти, другие — наемником чеченцев и "мировой буржуазии". И с каждым днем в деле Бабицкого все больше вопросов... Почему от него до сих пор нет никаких известий — даже звонка семье? Почему местонахождение Бабицкого после задержания держалось в тайне и к нему не допустили адвокатов? И, наконец, зачем штатского журналиста обменяли на наших военнослужащих? Версия первая — самая мрачная. Андрей Бабицкий после задержания был подвергнут пыткам — возможно, его уже нет в живых. О передаче же корреспондента чеченской стороне было сообщено для того, чтобы "списать" его исчезновение на боевиков... Вчерашние телекадры ставят эту версию под большое сомнение: Бабицкий при обмене выглядел вполне адекватно... С другой стороны, на пленке Андрей не произнес ни слова и на момент подписания этого номера по-прежнему никому не позвонил. На радио "Свобода" нам сказали: "Человек исчез — трудно даже определить, в каком он физическом и моральном состоянии". Версия вторая — самая простая. После допросов выяснилось, что на самом деле вина журналиста не столь уж и велика — именно поэтому власти старались избежать лишнего шума. И конечно, воспользовались возможностью обменять "малоценный" для них объект на солдат, для которых решался вопрос жизни и смерти. К тому же Бабицкий, который вряд ли захочет появиться в Москве с подпиской о невыезде из столицы, не сможет раздуть в России еще более грандиозный скандал. Ну а вести из-за рубежа всегда можно будет "притушить"... Вдобавок уход корреспондента к боевикам — однозначное доказательство их теплой дружбы и сотрудничества, что не добавит Бабицкому авторитета, по крайней мере на родине. Версия третья — самая хитроумная. Контакты Бабицкого с боевиками носили столь сомнительный характер, что журналист и следователи пришли к "джентльменскому соглашению": отпущенный столь экзотическим способом корреспондент не дает лишних комментариев и уходит в тень, а правоохранительные органы его не трогают... Как бы ни завершилось дело Бабицкого (мы надеемся, что наш коллега находится в добром здравии), вокруг него еще долго будут идти дискуссии. Имеет ли право журналист поддерживать вооруженных врагов действующей власти (а в том, что Андрей был настроен прочеченски, сомнений мало)? Насколько далеко должна заходить военная цензура? Почему в отношении представителей прессы, какую бы точку зрения они ни отражали, продолжается юридический беспредел? Ведь какова бы ни была фигура Бабицкого, какие бы взгляды он ни исповедовал — при его задержании были нарушены многие процедурные моменты... Очевидно одно: независимо от морально-этической стороны дела торжествовать должен только закон. А Россия в этом плане более чем далека от совершенства... Ирина РИНАЕВА. ЕГО СЧИТАЛИ ПРОФЕССИОНАЛОМ На арендованной радиостанцией "Свобода" во время "первой войны" квартире в Грозном всегда было много журналистского люда. От Бабицкого можно было позвонить по спутниковому, тогда еще диковинному телефону и продиктовать материал в редакцию. Частыми гостями были на этой квартире и чеченцы. Разговоры, в общем-то, были соответствующими — о действиях российских генералов здесь нельзя было услышать что-то хорошее. Впрочем, тогда отношение к войне в Чечне было резко отрицательным во всей стране... Андрей часто исчезал из своего корпункта — уезжал с бородачами то в горы, то на какие-то таинственные встречи с полевыми командирами. Эти связи он, впрочем, ни от кого не скрывал. Не помню, чтобы он спорил и с пеной у рта доказывал правоту той или иной стороны. Он констатировал факты, давая к ним собственные комментарии, которые отличались от официальных. У Бабицкого помимо тесных контактов с чеченцами были неплохие отношения и с коллегами по журналистскому цеху. Найти его было несложно: спроси любого из репортеров — тут же скажут адрес. Нельзя сказать, чтобы Андрея все поголовно любили, но все отдавали дань чисто профессиональному мастерству, умению добывать информацию, а на личные пристрастия не особенно обращали внимание. В нынешнюю войну Андрей Бабицкий был одним из немногих журналистов, кто остался в Грозном, — не потому, что полностью был уверен в собственной безопасности (отморозков у чеченцев хватает), а из чисто профессиональных соображений. В каком-то смысле слова он получал тот эксклюзив, которого были лишены остальные журналисты. Остался он верен и тональности своих выступлений на радио "Свобода" — освещал лишь действия чеченских боевиков. P.S. В Главном управлении Генпрокуратуры РФ по Северному Кавказу "МК" рассказали подробности задержания, а потом и обмена Андрея Бабицкого на троих (по словам сотрудника управления Сергея Прокопова) десантников. Бабицкого именно задержали, а не арестовали, и уголовное дело на него заведено не было (теоретически любой гражданин РФ может приехать в Чечню). Документов, подтверждающих профессию журналиста, у Андрея не было, а свое пребывание в расположении воинских частей под Грозным он объяснил желанием посетить православный храм в столице Чечни, где он обвенчался в 95-м году со своей женой — так написано в его объяснении. Когда на фильтрационном пункте выяснилось, что Бабицкий — корреспондент "Свободы", прописан в Москве и не принимал участия в боевых действиях (на это ушло более двух недель), его отпустили под подписку о невыезде из-за якобы поддельного водительского удостоверения, полученного в Подмосковье. К этому времени история задержания журналиста МВД приобрела международную огласку. Остается непонятным, почему Бабицкого все-таки обменяли на пленных десантников. С одной стороны, с подобной инициативой вышли полевые командиры, а Андрей дал письменное согласие на подобного рода "бартер". А с другой, речь ведь шла об обмене русского гражданина России, а не чеченца. "Юридически такие вещи не прописаны в законе, а прецедентов до сегодняшнего дня не было. Но в данном случае совпали желания всех сторон", — прокомментировал ситуацию Сергей Прокопов. Для военных, ставших непосредственными участниками обмена журналистов на своих пленных, подоплека этой истории менее всего интересна. Они рады, что смогли освободить солдат, и в какой-то степени благодарны Андрею Бабицкому за его согласие. До этого времени вопросом вызволения пленных десантников занимались весьма высокопоставленные генералы, на переговоры с полевыми командирами об их обмене, как стало нам известно, выезжал командующий объединенной группировкой федеральных сил генерал Виктор Казанцев. Виктор Сокирко



Партнеры