ЛИЦО АКТЕРСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ

16 февраля 2000 в 00:00, просмотров: 2661

Зачем нужен грим актерам? Неужели без него никак? Нет, ну понятно, чтобы сделать пышную шевелюру там, где ею и не пахнет, или, наоборот, устроить на голове блестящую лысину — тут без подручных средств не обойтись. И усы за полчаса на пустом месте сами не вырастут, и ни один 20-летний талант не превратится в 60-летнего с помощью лишь внутреннего перевоплощения. А уж если режиссер захочет увидеть на теле артиста геройские шрамы, свежие следы ожогов или кровоточащие раны, то без помощи гримера все эксперименты могут закончиться весьма плачевно. Поэтому интересно, что же вытворяют гримеры в своих цехах с лицами, носами, ушами и прочими частями тела известных актеров? Откуда берутся их хитроумные мазилки и налепки, создающие Лениных и Карлсонов? И как гримировались Анатолий Папанов, Андрей Миронов и другие звезды отечественной сцены? Впервые рецепт сухого грима в 1786 году предложил гейдельбергский медик Франц Мая. До его изобретения актеры портили себе лица всевозможными бытовыми красками и обыкновенной косметикой. Позже они стали портить их уже специальными жировыми красками с добавками свинца, ртути и прочих вредностей. Для жировой основы использовали животные непросоленные жиры: свиное, говяжье, баранье сало, ланолин (жир, собранный от шерсти) и даже жир кашалота. В России до 1929 года выпуском гримпродукции для театров занимались только частные предприниматели. Одним из отцов грима в России по праву считается художник-гример Яков Иванович Гремиславский, встретивший еще в молодые годы Станиславского. Интересно, что его отец, бесфамильный крепостной крестьянин Иван, в середине прошлого века гримировал в Малом театре Михаила Щепкина. И именно Щепкин, восхищенный природным талантом гримера-самородка, придумал для него фамилию Гремиславский. Сегодня основное производство российского грима — в руках Московской фабрики театральной косметики на Зеленом проспекте. В феврале ФТК стукнет 70 лет. Я поехала туда, чтобы своими глазами увидеть, как же готовятся спецсоставы для актерских физиономий. Зрелище занятное: в нескольких цехах цветной грим и тональные кремы замешивают в огромных чанах, варят, охлаждают и разливают в разнокалиберную тару. На фабрике-то я и узнала от ее гендиректора Андрея Маковского и директора Светланы Пасечник, что родоначальницей ФТК стала лаборатория гражданина Маликова. Это было довольно убогое заведение, в котором изготовление грима осуществлялось персоналом из шести человек, при полном отсутствии дневного света и вытяжной вентиляции, а для варки полуфабрикатов использовалась обычная плита. Лаборатория Маликова выпускала: губных помад — 150 штук в день, карандашей — 100 штук, маникюрной жидкости — 50 флаконов, грима — 100 штук в 10 тонах. Губные помады фасовались в бумажные и деревянные пеналы, которые изготавливались надомницами в Загорске и прилегающих деревнях. 30 августа 1929 года лаборатория была закрыта и продана Российскому театральному обществу, переименованному позже во Всероссийское и известное всем артистам как ВТО. ГОЛЬ НА ВЫДУМКИ ХИТРА Естественно, что выведывать секреты современной гримерной кухни я отправилась в театр. Сильва Васильевна Косырева, зав. гримерным цехом Театра Сатиры, работает (страшно подумать!) уже 59 лет. — В те годы, когда я училась, — говорит Косырева, — гримеров выпускало Училище театрально-художественных технических кадров, на Ветошном переулке возле ГУМа. Меня распределили на практику в Театр Сатиры в 1941 году. Было три гримера на труппу из 60 человек. Даже в войну гримеры работали не покладая рук: в моде были большие исторические спектакли с портретными гримами: Кутузов, Гитлер, Николай II, Аракчеев... Тогдашние актеры — Хенкин, Поль, Милютина, Холодов, Токарская, Рудин — очень любили гримироваться (в отличие от теперешних). Хотя во время войны грим в стране не выпускали, театры выкручивались: — Мы обходились старыми запасами. Гримировальные краски варили сами из простых анилиновых. Лак, которым приклеивают бороду и усы, мы делали из сухого сандарака — разбавляли его спиртом, которого было полно. А когда сандарак закончился, мы покупали в аптеке клеол — клей для ран. Правда, очистить его с лица можно было только ацетоном. В этот момент театральный громкоговоритель провещал об окончании репетиции спектакля "Секретарши", и в гримцех влетел "начальник секретарш" Юрий Васильев. Усевшись за столик, он схватил тюбик с тоном и губкой стал размазывать его по лицу, одновременно напевая арию Канио из спектакля и раскачиваясь в такт на стуле. — И вот так он всегда. Как мне работать? — запричитала молоденькая гримерша, в шутку замахиваясь лаком "Прелесть". Тем временем искусственно поднятые дыбом и мастерски укладываемые волосы приобретали ухоженный вид. — Юра, у тебя сегодня новая "Жиллет". Говорят, хорошая. — А на вкус она как? — поинтересовался у Косыревой артист. Кто не в курсе, объясняю: эту пену для бритья ему скоро придется попробовать. То есть сначала за кулисами он сделает из нее пышный аппетитный торт — как взбитые сливки. А потом получит им по физиономии от одной из влюбленных поклонниц. Вот так... Учебный словарь гримера: гумоз — пластичная масса для создания объемного грима; лак сандарачный — для прикрепления наклеек; коллодий — для создания эффектов шрамов; крошка волосяная — эффект небритости; крошка хлебная — эффект больной кожи; лак театральный черный и белый — для нанесения на зубы; алигнин (тонкие салфетки) — для создания эффекта рваных ран, возрастного грима, а также снятия грима. Легенда Сатиры — послевоенный спектакль "Веселый грешник", над которым работал художник Штоффер. Первая сцена всегда вызывала грохот аплодисментов — из-за необычайной красоты гримерской работы. Открывался занавес, и зрители видели компанию сидящих мудрецов: Гусейн Гуслия обладал эффектной трехметровой бородой — ее сшили из марли, к которой прикрепили волосы. Его голова из папье-маше была абсолютно голая, что тоже вызывало восторг. У женщин было по 30-40 тоненьких косичек до полу, сплетенных из коричневых шелковых ниток. Их крепили на тесьму, а сверху надевали шляпы. ПАРИК ИЗ ХВОСТА БУЙВОЛА Самое главное в гриме — это прически. До сих пор в моде всяческие парики, шиньоны (и, кстати, ресницы). Как они создаются для разных спектаклей? Пучки волос, из которых делают парики, называются трес. Он пришивается на сетку с помощью тоненьких тамбуровальных крючков. Ни в коем случае нельзя мешать концы волос с головками, иначе они спутаются. Такие "спутки" заплетают в косичку на двух нитках, варят, и уже из вьющегося волоса ваяют бороды и усы. — Сильва Васильевна, а где вы добываете волосы для париков? — В училище, где проработала 15 лет, преподавая грим, прическу и постиж. А туда волосы приносят так называемые "ходоки", которые были еще во время войны. Они ходят по деревням в глубинке и за копейки скупают у девушек волосы. 100 рублей — и те рады, состригают свои косы, а здесь их перепродают по тысяче и больше. Кроме девичьих кос для париков в мастерских с удовольствием используют... буйволов (еще они идут на бороды и усы). Буйволиные хвосты бывают черные, серые или белые, которые можно чудно перекрашивать в любые цвета. А особенно гримеры любят перемешивать человеческий и буйволиный волос (сарлык) для накладок — тогда они получаются идеальные: волос не сваливается и долго держится в завитом состоянии. Естественно, сарлык недешев и тянет долларов на 50 за килограмм. Грязного буйвола требуется промыть, просушить, потом отчесать, положить в керосин, чтобы не сожрала летом моль... По той же причине в театрах уважают верблюдов и ангорских коз. Белоснежная ангорка особо хороша для седой шевелюры. Также используется волос "водяной" — добытый из какой-то водоросли. А в детской сказке Театра Сатиры "Бочка меда" парики вообще сделаны из нейлоновых волос, по виду напоминающих пружины... ОТЛЕТАЮЩИЕ НОСЫ И ПРИКЛЕЕННЫЕ ШРАМЫ Для того чтобы актерский нос просто чуть подтянуть кверху, берется специальный материал — эксельсиор или муслин. Кончик ленточки клеится под носом, пальцем придается требуемая курносость, после чего форма закрепляется с помощью клея и остатка ленты. Так же можно подтянуть глаза и кожу на лице, чтобы омолодить его. А на "Мосфильме" много лет назад открылась пластиковая мастерская. Там работал известный гример Яковлев, который первым придумал делать носы, уши и губы из пластика. — Сильва Васильевна, а во всех учебниках по гриму написано, что носы делают из гумоза... — Нет, что ты! Это же мастика, причем грубоватая, и она плохо клеится и держится. Уж лучше папье-маше — кстати, из него мы делали носы старухам в "Малыше и Карлсоне". Они прикреплены к очкам, что очень удобно — их можно быстро надеть или снять. Спартак Мишулин, играющий Карлсона, сначала тоже пользовался гумозным носом, пока пару раз прямо во время спектакля он не отлетел. Теперь Мишулин приклеивает нос и уши сандарачным лаком. Жуткий шрам на щеке в "нерабочем" состоянии — тонкая белая материя с багрово-красной нарисованной полоской. Приклеенный шрам маскируют под гримом. Можно устроить это и по-другому: сжать место будущего рубца, смазать его коллодиумом и дать просохнуть. Любопытно, что в некоторых учебниках такой шрам рекомендуют закрашивать в "естественный цвет мужских губ". Также сандарачным лаком можно приблизить улыбку героинь к голливудской, перекрасив их золотые или металлические зубы. Для этого зубы насухо вытираются ваткой, смазываются лаком и облизываются. Под действием слюны лак окисляется и белеет, а после спектакля снимается одеколоном. Но вернемся к носам. Ощущение, что носы, усы или что-то другое сидит непрочно и грозит отклеиться, выбивает из творческого настроя любого исполнителя. Поэтому помимо скульптурно-объемного приема изменения формы носа существует способ живописный. Чтобы длинный от природы нос казался короче, его кончик затемняют. А если, например, нос должен выглядеть "орлиным", предполагаемую горбинку высветляют бликом... ТЕХНОЛОГИЯ ГРИМА Наиболее сложными считаются гримы характерные: с ярко выраженной преобладающей чертой характера, расовые и национальные, исторические и портретные, сказочные и фантастические. К ним же примыкают гримы патологические, когда персонажу рисуют на физиономии всю медицинскую энциклопедию: от чахотки до алкогольного синдрома. Грим отечественного производства уважает актерская "старая гвардия". ФТКашной косметикой вовсю пользуются Элина Быстрицкая, Александр Калягин... Кстати, недавно на выживающей в кризисных условиях фабрике придумали выпускать и "народную" косметику. Дамские наборы "Золотая маска" (ФТК — официальный спонсор этой театральной премии) начнут продавать специально к 8 Марта. Но вернемся в театр. Я поинтересовалась у Косыревой, умеют ли современные актеры гримироваться сами? — "Молодое" или "красивое лицо" они сделают сами. А если надо нарисовать какую-нибудь уродину из сказки или хорошо причесаться, то они идут к нам... Все наши мужчины-разгильдяи никогда сами ничего не делают, всегда приходят сюда, причем садятся на определенное место. Даже общий тон не кладут. Общий тон — это то, чем покрывается все лицо... Вот, кстати, как нужно гримироваться по правилам: сначала все лицо покрывается вазелином, чтобы защитить поры от случайного заражения. Потом кладется общий тон — жидкий или сухой. Если актера хотят перекрасить полностью, например, в негра, используют морилку — жидкость разных цветов: черную, желтую — для китайцев, белую (ей еще можно делать седину, проводя по волосам щеткой). В старых учебниках вполне серьезно описывается кустарный способ производства отечественных негров: пробку обмазывают вазелином, поджигают и смешивают с пивом. Сейчас жженой пробкой, бывает, актерам закрашивают лысину, рисуют небритость или просто подтемняют волосы. При другом варианте создания небритости берется буйвол. Точнее, его мелко нарезанная шерсть, прикрепляемая на основу — мастику. В "Привете от Цюрупы" именно так превращают Александра Ширвиндта в безработного бомжа. По окончании спектакля настриженная щетина легко смывается со звездных щек теплой водой. — Говорят, грим вреден для кожи... — Ничего он не вреден. Все наши женщины хотят быть привлекательными, красивыми, гримируются годами, и посмотрите на них: Ольга Аросева, Нина Архипова, Верочка Васильева — они что, плохо выглядят? Но они пользуются не тем, что дают в театре, а своими хорошими красками — берегут лицо. — Расскажите, как гримировались звезды Сатиры раньше? Например, Папанов... — Папанов сначала очень любил грим и лепил на себя все подряд. Например, в спектакле "Памятник себе", где играл Михалкова, он клеил себе парик, шею, усы и еще Бог знает что! Просто изводил всех! А потом, когда он уже стал народным, стал класть грим минимально. В "Горе от ума" у него были шикарные баки и ресницы, делавшие его красавцем. Но в некоторых спектаклях, где было нужно, он много гримировался. — Андрей Миронов? — Андрей гримировался всегда, если это было нужно. Всегда клал тон, привезенный из Америки, потому что у него были дефекты на лице. Работала с ним только я, потому что он больше никого не признавал и не подпускал. То же самое, кстати, делали раньше и некоторые актрисы. — Владимир Хенкин? — Выдающийся актер Хенкин был лысенький, маленький и не любил много грима. Ему нужно было только 2-3 штриха, но чтобы сразу менялась вся внешность. Он придумывал себе на голый череп какую-нибудь накладку, как, например, в "Острове мира", где он играл японца. С черной накладкой и выделяющейся челюстью он был просто самурай. — Как вы "рисуете" исторические лица? Ленина, Сталина... — В "Счастливцеве-Несчастливцеве" надо было сделать Сталина и Ворошилова (Ширвиндт и Державин). Сначала мы взяли их портреты и хотели сделать все абсолютно точно, а потом решили, что обойдутся усами и костюмами. В Ленине главное — парик, бородка и усы, и еще глазки прищуренные. И чтобы актер хорошо играл. Кстати, первым исполнителем образа Ленина в театре и кино был Борис Щукин, а легендарного полководца Чапаева впервые сыграл Борис Бабочкин. — Актеры часто придумывают себе что-то сами? — Придумывают, но очень редко. Они привыкли, что мы все за них делаем. Вот сейчас мы репетируем "Неаполь — город миллионеров", и Аросевой нужно сделать три парика. А она у-у-у какая строптивая! Очень любит гримироваться, прически, и у нее всегда столько накручено! В "Бешеных деньгах" она постоянно переодевается, даже на сцене, и на один парик у нее масса всяких накладочек, челки... И я уже столько лет стою почти на сцене и в перерывах подправляю ей прическу. В общем, теперь ясно: даже если для зрителя театр начинается все-таки с вешалки, то, однозначно, лицо спектакля начинается с гримера. Точнее, с гримерш, коих в театрах большинство. Потому что, по словам Сильвы Косыревой, "сначала в театре были и мужчины-гримеры, но они почему-то все спились. Хотя в принципе мужики талантливее...".



Партнеры