ШЕСТЬ ТОМОВ ЛЮБВИ

1 марта 2000 в 00:00, просмотров: 271

Можно понять того, кто при имени Зайцев недоуменно вопрошает: "Это какой?" Действительно, Зайцевых много, а классик Серебряного века Борис Константинович Зайцев - один. По воле революционного меча он насильственно был изгнан из России; даже его имя старались вытравить из сознания современников и потомков. Почти всю оставшуюся жизнь Б.К. проживал в Париже и воспитал целую плеяду французских славистов, невольно став для них учителем русского языка, проводником по лабиринтам русской словесности. О своих сочинениях он говорил: "Все написанное мною лишь Россией дышит". Его не печатали в России, не цитировали. Только в 87-м году появились отдельные статейки о нем в "Огоньке", зато в 89-м - целый прорыв изданий. Но еще многое из наследия писателя, тщательно собранного его дочерью Натальей Борисовной, дожидалось своего часа. И он настал. В библиотеке "Русское зарубежье" состоялась презентация шести томов девятитомника Бориса Зайцева. Это событие - поистине издательский подвиг "Русской книги", ее главного редактора М.Ф.Ненашева, знатоков творчества русского классика Евгении Кузьминичны Дейч и Тимофея Федоровича Прокопова. На торжество из Парижа пожаловал внук писателя, Михаил Андреевич Соллогуб, профессор Сорбонны и МГУ. К сожалению, Наталья Борисовна уже не сможет приехать в Россию - ей 89 лет, но она счастлива, что ее проект осуществлен на родине. Для русского читателя здесь почти все станет открытием: роман "Дальний край", повесть "Голубая звезда", "Странные путешествия", "Жизнь Тургенева"... Больше других известна "Улица Святого Николая". В шестом томе опубликованы воспоминания дочери, записанные на кассету племянницей писателя, москвичкой Ольгой Ростовой, затем изданные отдельной книжечкой в Доме Марии Цветаевой. Борис Константинович в быту был скромен и благодушен, и тем не менее, когда в Париж пожаловал Брежнев, на Зайцева фактически наложили арест: он подписал бумагу, что на улицу не выйдет. И все-таки у подъезда стояла охрана, что вызвало реакцию возмущения в среде интеллигенции Парижа и Америки. Блестящий знаток французского и итальянского языков, поклонник итальянской культуры, Борис Зайцев много лет посвятил переводу "Ада" Данте на русский. В Москве в Спасо-Песковском переулке сохранился дом, где жили Зайцевы. Но до сих пор люди не могут пробить чиновничье равнодушие, чтобы открыть здесь мемориальную доску. Первая доска открыта в Калуге, а в Орле, где работал Б.Зайцев, - мемориальная комната со множеством подлинных реликвий. В Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ) хранятся 200 писем Зайцева к близким, к друзьям и деятелям русской культуры. Это богатство ждет своего издателя.



    Партнеры