ФЕНОМЕН ИЗ АНАПЫ

30 марта 2000 в 00:00, просмотров: 350

Медсестра расшифровывает древнеегипетские папирусы Наташа Бекетова говорить начала очень рано, по признанию ее мамы, с двух месяцев. И отнюдь не только на русском. А на 120 языках различных языковых групп. Причем языки эти — древние, зачастую считающиеся мертвыми. Девушка свободно на них изъясняется, читает, пишет. По ее признанию, ни одного языка Наташа не учила. До недавнего времени Наташа жила в Анапе, работала операционной сестрой. О ее странных познаниях знали немногие. Ей было не с кем поделиться своим невероятным даром. Страшась необычности того, чем наделила ее природа, Наташа до 14 лет не решалась открыться даже маме. Не решалась признаться, что, к примеру, на аккадском или этрусском ей легче выражать свои мысли, чем на русском. Языки, которыми она владеет, произвольно распределены во времени и пространстве. Скажем, китайский, на котором говорит Бекетова, звучал в XIV веке. Сегодня ее могут понять уроженцы южных провинций Китая, но совсем не понимают китайцы-северяне. Как ни странно, древнерусского девушка не знает. Зато почему-то знает англо-кельто-саксонский XIII—XIV веков. Современные англичане ее не понимают, за исключением жителей графства Йоркшир, диалект которых более других похож на язык предков. Турецкий у Наташи такой, что нынешние турки узнают лишь отдельные слова. Зато беженцы из Узбекистана легко с ней разговаривают на родном языке и уверяют, что ее турецкий — это узбекский. Редкий француз, разве что лингвист, поймет Наташу, словно перенесенную из Франции XVI века. А уж в Японии ей точно не найти собеседников — с XII века язык изменился очень сильно. Порой языковые познания девушки настолько невероятны, что ставят в тупик ученых и специалистов. Например, когда она разговаривает на древнеегипетском, проясняются гласные звуки, до нынешнего дня остающиеся тайной для египтологов. Все расшифрованные папирусы, надписи на рельефах и фресках эпохи фараонов представляют собой набор согласных. Как в действительности звучали имена Рамзеса, Тутанхамона или Хатшепсут, не знает никто — поэтому в различных книгах разные варианты звучания. И вдруг египтологи встречают медсестру, которая своей бойкой речью уточняет переводы с древнеегипетского. Кстати, читая древние тексты из долины Нила, Наташа вносит много поправок: гласные ведь могут неузнаваемо изменить смысл слова. Ну, например, сравните русские слова "топор", "теперь" и "тапер". Правда, ничего общего? А если мы напишем в тексте "ТПР", истинный смысл читающий способен уловить только из контекста. А представьте себе, рядом стоит несколько слов со множеством вариантов прочтения... Я слушал Наташу Бекетову вместе с двумя десятками ученых-гуманитариев. Разумеется, не обошлось без проверок, хотя вполне деликатных. Девушку попросили сказать что-нибудь по-арабски. Она тотчас это исполнила, наполнив зал характерными для Средиземноморья гортанными звуками. Присутствовавший на встрече опытный арабист Николай Николаевич Вашкевич признался, что понял в прозвучавшей фразе лишь несколько слов. Видно, Наташа сказала что-то на диалекте древних скотоводов, возможно, еще не знавших пророка Мухаммеда. Один филолог поинтересовался, знает ли Наташа языки племен Юго-Восточной Азии. Девушка скромно кивнула. У этих народов, пояснил филолог, есть слова, одинаково звучащие, но означающие различные понятия. Лишь акцент, фонетические нюансы позволяют понять, к какому именно языку относится слово. Как-то по-особому востоковед произнес слово "мак" и спросил Наташу, на каком языке оно прозвучало. Она ответила не задумываясь. Филолог был поражен. Автор этих строк тоже задал суперполиглоту свой вопрос: — Вот вы знаете некий язык. Но до общения с учеными-китаистами как вы могли знать, что это именно китайский, причем использовавшийся в XIV веке? — Как — не знаю. Но всегда знаю, чей язык и какого времени. Петр Николаевич Андреев успокоил Наташу: она не одна такая на свете. В Гайяне — стране, расположенной на северо-востоке Южной Америки, есть люди, которые говорят более чем на сотне языков, тоже порой отдаленных в пространстве и времени. Наташу спросили, есть ли сходство между языками, которые она знает, и не ведут ли они происхождение от единого праязыка. Она резонно ответила, что, не будучи языковедом, не вправе выдвигать собственную гипотезу. Но в самом деле наблюдает много общих корней, скажем, в русском и санскрите. Это, впрочем, не так удивительно для специалистов. А вот совпадения в древнеегипетском и русском — неожиданны. Какие языки в наибольшей мере являются наследниками вероятного праязыка? Ответ Наташи наверняка даст обильную пищу для размышлений лингвистам: англо-кельто-саксонский, турецкий, арабский и русский. А мне подумалось вот что. Семантические поля столь отдаленных и непохожих языков, на которых разговаривает Бекетова, должны сильно различаться. Значит, Творец наверняка вложил в ее подсознание много чего еще помимо языков. Поэтому египтологи могут, по-моему, не просто уточнить переводы с языка фараонов, но и узнать некоторые тайны, коими владели лишь жрецы и писцы. Вот почему феномен Наташи Бекетовой должны изучать не только лингвисты и психологи, но также культурологи, религиоведы, этнологи... Можно даже сказать иначе: среди нас живет посланец из иных времен. Ее феномен способен перевернуть наши представления о человеке и как минимум доказать множественность жизней на Земле. Я договорился встретиться с Наташей через несколько дней. Так что в ближайшем выпуске "Там, за горизонтом" читайте подробности об уникальном таланте медсестры из Анапы.




Партнеры