КАР-МЭНЫ С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ

28 апреля 2000 в 00:00, просмотров: 364

Кражи из машин стали бедствием для московских автовладельцев. По оценкам милиции, сегодня в столице "трудятся" более 50 бригад профессиональных автоворов, чистящих салоны в тот момент, когда хозяева меняют колеса, спят или разговаривают с отвлекающим водителя членом воровской группы. Задержание воров с поличным в момент совершения преступления — одно из направлений деятельности оперативно-сыскного отдела (ОСО) ГУВД Москвы. На сегодня это единственный метод борьбы с "автокарманниками". Корреспондент "МК" в течение нескольких дней учился у сыщиков распознавать автоворюг, участвовал в разработках преступных групп, сидел в засадах и гонялся за жуликами по всей Москве. Со словами: "Какие милые рожи в зеленой "девятке" — командир машины, опер по имени Мария, давит на газ. "Это грузинская семья, "водили" ее не раз, — заключают опера Серега с Максом, запрыгнув к нам в машину. — Но с поличным взять их пока не удалось". Воры резко сворачивают на Плющиху и прилипают к зеркалам заднего вида. "Подтягивайтесь, ребята, пока они нас не срисовали", — поторапливает Мария вторую группу. Обычно сыщики цепляют "груз" (машину с ворами) у больших магазинов, в местах парковок. Сначала машина проверяется. Главная примета — взгляд воров устремлен на машины у обочины. Объект поворачивает в сторону Пироговки и паркуется у больницы. "Наши" пешие рассредоточиваются по точкам. Максим по рации: "Один вышел, дорожку переходит, к "Москвичу" идет". Мы с Марией ведем наблюдение из машины. В "Москвиче" на заднем сиденье полудремлет дедуля. Грузин медленно ее обходит, заглядывает в салон и обращается к дедушке, размахивая сумкой: — Племянника хотел навестить, фруктов ему купил, а больницу найти не могу... — Да вот она, сыночек, больница-то, — бормочет дедуля, показывая на желтое здание напротив. Из подъехавшего слева "груза" выходит второй "дядя", открывает у "Москвича" переднюю дверцу, хватает сумку и запрыгивает в машину, которая срывается в ту же секунду. — Слева от вас пойдут, поворотником моргают! — кричит в рацию Максим. Подлетаем на светофоре к "грузу" и перекрываем ему дорогу. Сергей выскакивает из машины и пытается открыть дверцу водителя, при этом размахивая ксивой. Но не тут-то было. Водитель "девятки" сдает назад. Выруливает между иномарками — и под красный. Сергей цепляется за кузов машины, чудом отжимает стекло и хватается за руль. Резкий поворот — и машина налетает на столб... На запястьях воров защелкиваются наручники. Похищенную сумку с шестью тысячами долларов возвращаем вышедшей из здания больницы дочери дедушки. Как оказалось, деньги эти дедушке собирала вся деревня на операцию за границей. Барсетка или жизнь Первая мобильная группа "барсеточников" (так кличут автоворов, похищающих вещи из машин в присутствии хозяев) в Москве появились в начале 1995 года. Промышляли они по двум точкам: магазин "Хороший" на Кутузовском и "Бистро" на Ленинском, 37. Интернациональная компания — грек, русский и полугрузин-полумордвин — работала по отработанной схеме. Если из иномарки выходил "клиент" с барсеткой, его провожали за покупками, убеждались в платежеспособности. Затем двое на "девятке" ехали за ним. Грек на мотоцикле "Судзуки" подлетал на светофоре и прокалывал заднее колесо. Пока водитель ставил запаску, подъезжали двое на "девятке" и незаметно совершали кражу. — Наши ребята тогда на "Волге" работали, — вспоминает начальник отделения ОСО Валерий Мерзликин. — Несколько раз их взять пытались, но носились они как ненормальные. Грек на "Судзуки" под 140 гонял. Чтобы взять их, мы у знакомого "Ауди" позаимствовали. Когда повязали, в багажнике машины восемь барсеток валялось. А грузин, между прочим, актером оказался, в известном театре работал. Только зарплату там задерживали... С наступлением тепла многие москвичи делают мелкий ремонт прямо на дорогах. Этим и пользуются воры. Медленно пятятся спиной мимо машины, изучают ее. Так же медленно возвращаются, садятся на корточки и ждут момента для кражи. Основным объектом для промысла "барсеточников" остается центр Москвы (более половины задержаний в 1999 году). На отделения милиции ЦАО то и дело обрушивается лавина заявлений о кражах из машин. В основном на Пироговке, Плющихе и Зубовской площади. И взывают тогда местные стражи к сыщикам с Петровки о помощи. Один из памятных случаев произошел в конце прошлого года с певицей Светланой Разиной, разъезжавшей на шикарном "Линкольне". На Зубовской площади молодой человек спросил у сидевшей за рулем Светланы, как проехать на Пироговку. Пока она показывала дорогу, подельник открыл дверь и стащил сумочку с деньгами и документами. А через пять минут Разину остановили сыщики и вручили похищенные вещи. Артистка даже не заметила, что ее сумка исчезла. На втором месте по количеству заявлений о кражах — Западный округ. Затем идут МКАД, Варшавское, Дмитровское и Ленинградское шоссе. Водители, увлеченные ремонтом, почти всегда оставляют двери машины открытыми. — Когда хозяин "шестерки" вышел из "Макдоналдса" на Ленинградке и сел в машину, к нему подскочил вор: "У тебя, друг, колесо спустило. Давай помогу". Домкрат ему притащил, — вспоминает опер Мария. — Пока они колесо меняли, второй залез в салон, сумочку взял — и в лес. А там "наш" пеший стоял. Шел-шел вор и пропал. Кусты, трава по пояс. Пришлось в кустах ползать. Но мы его все-таки нашли. 13,5 тысячи рублей и документы мужику вернули. Он нас потом в ресторан пригласил... "Барсеточники" в последнее время внедряют новые методы работы. Часто используют две, даже три машины. Одна отвлекает, вторая — ворует. Украденную сумку передают в третью и разъезжаются в разные стороны. За кем гнаться — сразу не поймешь. Но иногда и вообще без машин обходятся. — Голосуют два типа рядом с Курским вокзалом, — рассказывает Мария. — Останавливается "Вольво". "На поезд опаздываем, хорошо заплатим". Машина несется на всех парах. Пассажиры выскакивают у вокзала и... переходят на другую сторону дороги. Опять голосуют. Догоняем "Вольво". "Ничего не пропало?" — "Да вот сумка открытой оказалась, но в ней ничего не было...". Обламываются воры, по словам оперов, довольно часто. — Как-то раз у припарковавшейся иномарки они колесо прокололи и стали ждать, пока хозяин из магазина выйдет и ремонтом займется, — вспоминает Максим. — Но мужичок, одетый по-парадному, решил не пачкаться — по мобильнику подмогу вызвал. Из "шестерки" вышли двое — и за работу. И вот жулик тихонько продвигается к машине. Напарники знаками ему показывают: давай-давай, смелее. Ремонтник голову поднимает. Вор отходит. Принимается опять за работу — вор снова выписывает пируэты и подкрадывается к машине. Раз десять подползал, но так ничего и не украл. Великолепная "шестерка" и сыскарь Опять Садовое кольцо. Ведем "груз" двумя группами. Рация не замолкает: "Взяли левый ряд, в тоннель пошли... в сторону Курского..." — Наши, — говорит Мария. — Мы их уже пять раз водили. Работают они только по переулкам и безлюдным улицам. Мы их еще "стариками—разбойниками" прозвали. Никак поймать не можем. Рация: "Во двор поворачивают, ремонт здесь..." — "Девятка" ремонтируется, — сообщает Макс. — Один подходит, что-то говорит водиле. Рация: "Рабочий" (тот, кто непосредственно крадет) идет по ряду "Газелей". Заглянул под тент. К кабине подошел. Водила спит. Так, развернулся. На вас пошел..." Мария и Сергей бросаются в объятия — разыгрывают влюбленных. — Смотрели на вас, — говорит Макс. — Что мне, шапку-невидимку надеть? — Мария стягивает с себя свитер и напяливает на голову яркую кепку. — Кстати, видишь — буквы на их номере машины — "ВОР". У "барсеточников" свой шарм. "Шестерка" идет на разворот. — Проверяются они, большой круг сделают и вернутся, — предполагает Макс. — Здесь "Газели" полные... В коробках платы или дискеты. Рядом же компьютерный центр. И действительно, возвращаются. Вновь подъезжают к "Газелям". Выходят. Макс наблюдает из магазина. Серега со двора. Мы с Марией из машины. Проезжают "цветные" (патрульные). Воры как по команде отходят к соседнему зданию. Возвращаются, минут пять топчутся у "Газелей". Уезжают. — Слишком много народу, — заключает Мария, — решили не рисковать. — Мы пытались определить владельца этой машины. Но толку от этого никакого. У них все машины по доверенности. "Барсеточники" — самостоятельная структура организованной преступности (практически мононациональная — этот вид воровства используют в основном выходцы из Грузии) со своим общаком, службами координации и внешних связей. Нередки обмены между городами и регионами. Раз в год группами по десять человек воры выезжают в загранкомандировки по турвизе и работают по нескольку месяцев в странах Европы... По рации из второй машины: "К ремонту подъезжают, один выпрыгнул, спрашивает что-то у водителя... Ничего не видим, тут машина разворачивается... Уезжают". — Сперли они уже, что ли? Серега, расспроси водителя, — просит Мария. Мы остаемся втроем и продолжаем погоню. Часто гоняться операм приходится и за пострадавшими. Сами они о пропаже не сразу догадываются, а сыщиков за бандитов принимают. — Однажды сажаем вора в свою машину и подъезжаем к обворованной им "Ниве", — рассказывает Мария, давя на газ. — Спрашиваем: "У вас ничего не пропало?" А водитель по газам. Проходим институт Плеханова, уходим на Добрынку... На Садовом пробка. На обочине ремонтируют машины. Но воры не останавливаются. "В пробках не работают — уходить тяжело", — объясняют ребята. Сворачиваем на Ярославку. Вторая группа: "Видим их, аварийку включили. Идут правым рядом медленно... В пиджачках, с мобилами. Типа деловые". Рация: "Мы их не видим, наверное, перед Северянинским мостом направо ушли". Идем направо. Несемся наобум в Медведково. Шансов обнаружить "шестерку" почти не остается. Но через полчаса она всплывает на Ярославке. Чем дальше в лес, тем больше воров За 1999 год "барсеточный отдел" провел 76 задержаний. С начала этого года — более десяти. Но к уголовной ответственности по ст. 158 "Тайное хищение чужого имущества" (до трех лет) привлечено лишь 20 процентов задержанных. Дело в том, что соучастие в преступлении, как правило, не доказывается. Посадят того, кто воровал. А тех, кто отвлекал и за рулем сидел, даже если их опознают свидетели, отпустят за недостаточностью улик. Они вольются в другие группы, также понесшие потери. — Если вора на месте кражи схватили, за подельниками не гоняемся. Их все равно отпустят, — говорит Мария. Но и взятые с поличным тоже не всегда получают по заслугам. Часто отделываются условным наказанием. Многое зависит от адвоката — насколько у него налажены отношения со следователем и судьей. Стоит это где-то пять тысяч долларов. Такую же сумму жулики суют и оперативникам. На суде версия у всех барсеточников одна. Приехал в Москву лечиться. А за что задержали — не понимает. "Да, залэз в машину, прэзнаю. Рэшил дядю Колю разыграть, а хозяин нэ дядей Колей оказался. Я обознался". Среди столичных автоворов есть свои непререкаемые авторитеты. Наиболее известные — рецидивисты Руслан Джагаркава (пять судимостей) и Гело Топорая (три судимости). Все — из Зугдидского района, который поставляет в Москву 50 процентов "барсеточников". Оба сейчас сидят. Главным же куратором этого "бизнеса" считается 40-летний вор в законе Нугзар Торчинава (под кличкой Торчик). Известны случаи, когда именно к нему обращались известные люди, ставшие жертвами "барсеточников". И получали назад украденные вещи... Дело к вечеру. За день с нашими клиентами мы исколесили всю Москву. Ну, думаем, либо они нас укатают, либо мы их. — Вот так почти каждый день гоняемся, — говорит Сергей, — но бывает, они сами к нам в гости наведываются. Подходит ко мне как-то на Садовом один и спрашивает, как доехать до Текстильщиков. "Тебе, — говорю, — развернуться надо". — "Зачем, — удивляется, — я по Таганке проеду". Тут он портфель на заднем сиденье увидел и глазами повел. "Вижу, ты лучше меня дорогу знаешь", — делаю ему комплимент. В это время чувствую: кто-то заднюю дверь открывает. Тот, кто в Текстильщики собрался, на напарника посмотрел и по сути его выдал. Я и обернулся... А вот недавно на 47-м км МКАД опера такой шанс не упустили. — Наминаем мы салатики в кафешке и видим: останавливается "Москвич", выходит вор и медленно подходит к нашей второй машине, — вспоминает Мария. — Вторая группа уже пообедала и прогуляться решила, а водитель прикорнул. Вор открывает дверь, берет барсетку, в "Москвич" и — деру. Мы бросаем салаты — и в погоню. Как в кино. Мы "Москвич" зажимаем, а он вырывается и на Ленинский. Разворачивается — и опять на МКАД. А когда колесо ему прострелили, четверо воров ломанулись в лес, а пятый хромым оказался, с клюкой в машине остался. В общем, троих поймали, один ушел... Уже давно стемнело. Следуя за клиентами, выезжаем на пустынную Миусскую площадь. "Нормальные жулики в это время отдыхают и над нами посмеиваются", — шутят опера. У воров отдых наступает после крупных краж. Февральским утром на Б.Сухаревской при замене проколотого колеса "Вольво-940" у сотрудника Ангольского посольства из салона машины украли дипломат, где было более 47 тысяч долларов США. Немногим раньше у корейского чиновника украли ноутбук с суперсекретной информацией. Не раз становились жертвами "барсеточников" и офицеры МВД, ФСБ, других силовых структур. Хорошо организованной профессиональной армии "барсеточников" в Москве противостоят несколько мобильных групп сыщиков. Но будь они трижды профессионалами — физически не способны уберечь сумки всех водителей-ротозеев. Иногда помогают журналисты. Сыщики вспоминают одного мужичка, который, начитавшись статей об автоворах, с пробитым колесом километр тянул до поста ГАИ. Закрыл все двери, изучил обстановку и только после этого приступил к ремонту. Воры даже у поста пытались к нему подобраться, но так и остались ни с чем. Так что лучший способ обезопасить себя от неприятностей — не забывать закрывать двери на замок и почаще вертеть головой. Кстати, это упражнение полезно не только для кошелька, но и для здоровья.




Партнеры