НАШ ЧЕЛОВЕК НА ШАТТЛЕ

18 мая 2000 в 00:00, просмотров: 230

"Заря" и "Юнити" — первые блоки станции на орбите. Дважды из-за бурь на мысе Канаверал откладывался старт шаттла к новой орбитальной космической станции. Это не близнец и не аналог знаменитого "Мира", а новая космическая лаборатория, которую уже окрестили самым амбициозным проектом XXI века. Теперь на ее борт предстоит вступить русскому космонавту Юрию Усачеву, стартующему в составе экипажа американского корабля. Тем временем в РКК "Энергия" им. С.П.Королева кипит работа по доводке очередного сегмента МКС — служебного модуля "Звезда", который планируется доставить на орбиту летом. В программе полетов шаттла этот старт именуется "Миссия STS-101". Как символ своего интернационального экипажа (семь человек) команда берет с собой в полет точную копию олимпийского факела, которую после возвращения с орбиты астронавты передадут Олимпийскому комитету в Сиднее. А пока их ждет стыковка с орбитальной станцией. Поначалу станция получила название "Альфа", но затем от него отказались. И пока ищут новое имя, космическое чудо XXI века называется простой аббревиатурой МКС — Международная космическая станция. О том, какой будет станция, и перспективах российского участия в проекте рассказывают корреспондентам "МК" директор РКК "Энергия" по программе МКС, космонавт, дважды Герой Советского Союза Валерий Рюмин и директор программы Юрий Григорьев. Григорьев: — Когда мы начинали в 93-м году работать с американцами над созданием совместной международной орбитальной станции, гости, надо сказать, вели себя слегка высокомерно. Но быстро признали авторитет российской космической школы. За последние годы американцы "прокачали" через наших специалистов пять поколений своих инженеров. Периодически они большой толпой приезжают сюда. Видели бы вы, как завороженно слушают американцы каждого из наших мэтров. В общем, сотни две инженеров из NASA, "Боинга", "Макдоннелл-Дугласа" получили у нас подготовку. — Тем не менее американцы заявляли, что из-за неоднократных срывов графика Россию нужно было бы вообще выкинуть из проекта. Григорьев: — Это политические игры. Или экономические интриги. Я лично не верю, что сегодня они способны реализовать проект самостоятельно. Станция собирается в основном из российских модулей. Мы нужны им. Рюмин: — Судите сами: служебный модуль "Звезда" — центральное звено станции, центр ее жизнедеятельности. По сути это универсальная, многофункциональная структура: система жизнеобеспечения, энергетический и информационный центр, система полетного контроля, а также каюты для прибывающих и постоянно находящихся на борту астронавтов. Некоторые функции "Звезды" американцы будут дублировать своим лабораторным модулем, но далеко не все. Пока же на орбите находится всего два сегмента: функционально-грузовой блок "Заря", собранный в ГНКПЦ им. Хруничева, кстати, на американские деньги (250 млн. долларов), и американский стыковочный модуль "Юнити". С запуском очередного элемента — служебного модуля "Звезда" — российская сторона несколько припозднилась. Планируется, что "Звезду" доставят на станцию в июле. После этого уже можно будет заступать на космическую вахту. — Почему все же, накопив такой большой опыт реализации программы "Мир"—NASA", имея огромные финансовые возможности, США не пошли на строительство собственной обитаемой орбитальной базы? Ведь была же у них в свое время на орбите "Скайлэб". Григорьев: — Конечно, они получили серьезные практические наработки и, на мой взгляд, могли бы создать новую станцию самостоятельно. Другое дело, за какое время и на какой базе. В 80-х американцы уже брались за создание подобной станции — "Фридом". Потратили на ее разработку десять лет и угрохали 11 миллиардов долларов. Результат? От всей затеи остался только деревянный макет, который потом выбросили. Многие системы, используемые на МКС, прошли длительную отработку на "Салютах", на "Мире". Особенно системы обеспечения жизнедеятельности. У американцев такого опыта нет. Дело не только в конструкторских идеях, они зачастую очевидны, а еще и в отработке их на практике. Рюмин: — Наш "Мир", отдадим ему должное, летает уже пятнадцатый год. У американцев же опыта длительных полетов попросту нет. Шаттл способен держаться на орбите не более 16 суток. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Наконец, даже при кратковременных полетах случаев отказов оборудования на шаттлах бывало предостаточно. Когда я сам летал на челноке с американцами, за 10 дней полета было порядка 10 неисправностей, и довольно значительных. Стартующий новый международный экипаж шаттла должен доставить на МКС тонну разных грузов, заменить выдохшиеся батареи на "Заре", уменьшить высокий уровень шума в этом блоке. Но самое важное — вернуть станцию на орбиту, поскольку в данный момент из-за повышенной солнечной активности МКС падает на 2,4 километра в неделю. Планируется с помощью двигателей "поднять" станцию на 32 километра. Помимо этого команда планирует совершить выход в открытый космос и часть работ выполнит вне корабля. — Полет Усачева предшествует запуску "Звезды" и старту первого экипажа. Чем будет заниматься на станции наш космонавт? Григорьев: — Усачев будет заниматься заменой части оборудования на модуле "Заря". Вообще, Усачев — человек с золотыми руками, который умеет делать все, очень грамотный инженер. Юрий Усачев налетал в космосе больше года — 376 дней. Шесть раз выходил в открытое космическое пространство, дважды работал на орбитальной станции "Мир". В марте—сентябре 1996 года компанию на "Мире" Усачеву составила американский астронавт Шеннон Люсид. На реализацию проекта Международной космической станции брошены лучшие умы России, США, Японии, Канады и Европейского космического агентства. Денег не жалеют: на ее сооружение и эксплуатацию потратят не меньше 90 миллиардов долларов. Со всеми блоками, модулями и лабораториями стран-участниц масса МКС потянет на 450 тонн (для сравнения — "Мир" весит "только" 140 тонн). Станция должна просуществовать как минимум лет пятнадцать. Взамен нашему активному участию в деле строительства МКС России причитается больше трети ее ресурсов. Кроме того, из шести членов экипажа на станции будут постоянно работать три российских космонавта. Так что для нас игра стоит свеч.



Партнеры