О ЧЕМ ПЛАКАЛ Б.Н.?

1 июля 2000 в 00:00, просмотров: 246

Борису Ельцину умудрились-таки подпортить ностальгический визит на малую Родину. Гвоздем программы Б.Н. значилась встреча с однокурсниками в Уральском политехе. И вот вчера днем, через час после начала мероприятия, неизвестный позвонил в милицию и сообщил: здание строительного факультета УПИ заминировано. В институт тут же выехали группа саперов с собаками и дополнительные силы ОМОНа. Была произведена частичная эвакуация, однако было принято решение встречу не прерывать. Поскольку она проходила не на стройфаке, а в главном корпусе, который расположен в полукилометре от "опасного участка". К тому же перед визитом Ельцина службы безопасности уже осмотрели институт более чем тщательно... Установить, кто дал лжесигнал о бомбе, практически невозможно — звонок поступил из телефона-автомата. Борис Николаевич плакал. Не по причине провокации, а по гораздо более милым поводам. В первый раз он прослезился во дворе дома, где семья Ельциных жила в бытность ее главы главным коммунистом области. Соседка, которая помнила Б.Н. еще по тем временам, кинулась на шею пенсионеру №1 и разрыдалась от избытка чувств. Вслед за ней растрогалась и Наина Иосифовна... Кстати, все экс-соседи в голос говорили о Ельцине: "Очень неприхотливый человек". И вспоминали, что квартира областного главы была обставлена так же, как и у всех жильцов дома — никакой особой роскоши. Впрочем, дом в центре Екатеринбурга, на улице Химиков, был построен для партийных "сливок" и сам по себе считался роскошным. Второй раз Ельцины расчувствовались при встрече с сокурсниками. Строители-технологи, 45 лет назад закончившие Уральский политехнический институт, с подачи Бориса Николаевича дали клятву встречаться каждые пять лет... Вчера на встречу приехали 49 человек из "ельцинского" выпуска. С некоторыми из них Ельцины общались особенно тепло. Например, с семьей Власовых они в Екатеринбурге жили по соседству и даже вели объединенное хозяйство, которое шутливо называлось "колхоз Шкодник". Борис был старостой, Наина — сангигиеничкой, Власова — казначеем, скупым держателем общественных денег, а ее муж числился "расхитителем колхозного добра". Ельцин, как Наполеон, помнит всех бывших соратников и соучеников в лицо. Когда он встречался со своими коллегами по Управлению капитального строительства, по обкому партии, неизменно называл их по имени-отчеству и ни разу не ошибся. Борис Николаевич раздарил на встрече 20 именных часов, хотя желающих их получить наверняка было гораздо больше. Б.Н. оправдался: мол, часиков — считанные экземпляры. Потому что дизайн у них совсем свежий: "Видите — написано "Первый президент России". Не "президент", а "первый президент"!" Вопреки ожиданиям все тосты Бориса Николаевича были безалкогольными. Налитый ему бокал шампанского Ельцин пригубил чисто символически, а потом ограничивался соком. "Когда я прилетел и встал на верхней площадке трапа самолета, у меня заколотилось сердце — вот что такое родная земля", — признался Б.Н. Интересная деталь: те, кто видел первого президента России вблизи, отметили, что на его лице лежит слой грима. А чтобы избежать дополнительных волнений, окружение отрезало Ельцину доступ к газетам и телевидению — так ему спокойнее. Вместо запланированных трех часов Б.Н. пробыл в институте два с половиной. А его однокурсники остались праздновать — благо им-то выпивать было можно. Что до рядовых екатеринбуржцев, то они восприняли приезд Ельцина весьма добродушно. А одна дама даже сбежала из больницы, где лежала с заболеванием печени, чтобы хоть краем глаза взглянуть на земляка. И была счастлива, что ей это удалось.




Партнеры