Николай СВАНИДЗЕ: ВРЕМЯ ШАНТАЖА КОНЧИЛОСЬ

14 сентября 2000 в 00:00, просмотров: 704

Николай Сванидзе называет себя либеральным государственником. Не все понимают, что это такое, но очевидно — в его лице новая власть имеет рьяного союзника. Пока прочие колеблются вокруг непонятных нашему народу ценностей свободы слова — флагман РТР не знает страха и упрека: "За Родину! За Путина!" -Вы согласны, что на телевидении сейчас происходит передел собственности? — Пока никакого передела не вижу. Ни у кого ничего не отнимают. Больше разговоров и в особенности криков об этом. Единственное, как я и предсказывал, меняется соотношение влияния разных каналов. Совершенно очевидно повышается влияние государственного канала РТР. Но это происходит благодаря тому, что мы честно выигрываем конкуренцию. — На место спасения "Курска" допускались только журналисты РТР, доступ в кремлевские кабинеты открыт прежде всего для ваших репортеров, высшие чины правительства идут прежде всего на ваш канал — это честная конкуренция? — Высшее руководство встречается с тем, с кем считает нужным, с кем ему интереснее. Здесь никто ничего диктовать не может. Это же касается доступа к "Курску"... Раньше долгие годы был перекос в другую сторону, поскольку руководители частных каналов практиковали политический и информационный шантаж. Чиновникам говорили: если вы к нам не приходите, мы вас "мочим". Но сейчас ситуация становится с головы на ноги. — Вы повторяете Путина. Когда он говорит о шантаже, это похоже на сказку для непосвященных зрителей и произносится в оправдание наездов на телеканалы. — Шантаж на самом деле был, и я отвечаю за свои слова. — Кажется, вы недолюбливаете Березовского и Гусинского? — Я мало с ними знаком, чтобы их ненавидеть или любить. Просто их деятельность в последний период, а сейчас особенно, я рассматриваю как резко негативную и опасную для общества. — Вы произносите фразы из 37-го года. — Почему? Если человек объективно опасен для общества, но не совершил прямых нарушений закона, пусть живет спокойно, но как частное лицо. Если вы намекаете, что я призываю кого-то сажать и расстреливать, то это не так. Не дай бог. Я другого боюсь. Ясно, что эти люди борются за свои интересы, свой карман, свое влияние. И при этом они пытаются навешать на власть всех собак. Они кричат: "Волки! Волки!", как в той сказке Толстого, а между тем оснований для этого сейчас нет. Если, не дай бог, основание будет, никто уже не услышит. Они сейчас заставляют власть проявить жесткость, и у власти, может быть, не будет другого выхода. ТВ-олигархи делают очень опасную вещь не только для себя, но и для общества. Беда будет, если власть отступит перед ними. Тогда — анархия, а затем неизбежное — "Брат-2" у власти, то есть русский фашизм. — То, что вы сейчас говорите, бальзам на душу бывшим сотрудникам КГБ, которые сейчас пришли к власти. — Причем здесь КГБ? Лучше вдумайтесь — кто такой Березовский? Почему он контролирует крупнейший канал страны, который может влиять на результаты парламентских и президентских выборов? Общество доверило ему контролировать? Ведь это общественное телевидение! Он же не Сахаров, не Альберт Эйнштейн, не Дмитрий Сергеевич Лихачев. Он не принадлежит даже к числу уважаемых и авторитетных людей. Так почему же у него такая власть? Я считаю, что для общества это опасно. Чтобы получить разрешение на огнестрельное оружие, нужно иметь справку, что ты не псих и не выстрелишь в свою бабушку. Я не думаю, что Борису Березовскому можно доверить такое мощное огнестрельное оружие, как телеканал, вещающий на десятки миллионов. — В таком случае нужно отменить всю приватизацию, которая была в России, потому что Березовский всего лишь ее следствие. — Я считаю, что результаты приватизации отменять ни в коем случае нельзя. Но Березовский никогда не владел Первым каналом юридически. И 49 процентов акций ОРТ — это акции различных финансовых структур, которые далеко не полностью принадлежат Березовскому. Просто волею судьбы и таланта Бориса Абрамовича сделано так, что он реально контролирует деньги и людей на ОРТ. — Если бы Березовский предложил вам свои акции, вы бы отказались? — Это совсем нереальная ситуация: мне Березовский никогда ничего не предложит, так же, как и я ему. Но если бы предложил, то, конечно, я бы отказался, потому что это фарс. А участвовать в фарсе, да еще вместе с Борисом Абрамовичем, я не буду. — Критика власти — необходимая вещь для самой власти. Вы против? — Когда в информационных программах интерпретация опережает факт и идет только негатив в отношении Путина, я считаю, это несправедливо. Критика должна быть обязательно. И должно быть негосударственное ТВ. Но и журналистская ответственность должна быть. В данном случае я не журналистов упрекаю, а их хозяев. То, что они делают, — непрофессионально. И это будет отражаться на рейтингах и на доверии к этим каналам. — Вы начинали на РТР как очень неангажированный журналист. А потом пришли к тому, что стали восхищаться действиями Ельцина, хотя вся страна видела, что радоваться тут нечему. Что с вами произошло? — Я не радовался, но и сейчас не собираюсь отказываться от того, что говорил в 96-м и 98-м годах. Тогда очень реально было, что к власти придут коммунисты. А я этого не хотел. Кстати, не было в то время ничего более безопасного и при этом эффектного для публики, чем ругать Ельцина. Ведь ангажированным можно быть не только властью, но и толпой. — Зачем вы перед парламентскими выборами показали фильм-фальшивку о работе московской милиции? — Это была не фальшивка. Я говорил, что московская милиция абсолютно не подготовлена к терактам. И в подтверждение был показан абсолютно правдивый и произведший сильное впечатление фильм. По этой части обвинений было много, но ни одно из них не было доказано. Придирались к двум каким-то фрагментам, которые играли вовсе не центральную роль. — Вы говорите, что ТВ-олигархи занимаются травлей. А то, что вы делали по отношению к Лужкову и Примакову, разве не травля? Было впечатление, что вы занимаетесь этим на пару с Доренко. — Я никогда никого не травил. И ничьих берцовых и тазобедренных костей не обсасывал. У меня никогда не было хозяина, и мне никто не мог скомандовать валить или поддерживать того или иного человека. Мало того, когда я начал критиковать примаковское правительство, у меня были некоторые проблемы на канале. Канал ведь государственный, а Примаков был премьер-министром. Но это была моя позиция, пусть и невыгодная для РТР. Я никогда не предавал свои взгляды. — Что вы думаете о нынешней ситуации с Доренко? — Государство не может позволить себе содержать журналиста, который обслуживает интересы одного частного лица. Это либо мазохизм, либо полная атрофия политической воли. — Ваш приятель Борис Немцов сейчас часто критикует Путина. Из этого можно сделать вывод, что в вашей программе "Зеркало" в ближайшее время он не появится. — Я очень люблю Борю и считаю его честным, смелым и умным человеком. Я не согласен с ним в том, что он говорил по "Курску" в отношении Путина и не только в этом. Запрещать же мне приглашать Бориса Немцова, как и любого другого, никто не может и не будет. Конечно, сейчас наши позиции с ним не сходятся, но проблемы здесь нет. Я никогда не приглашу к себе, к примеру, Макашова, но нормальным людям дорога в студию открыта. — Вы не чувствуете подсиживания со стороны пришедших на канал молодых Кучера и Ревенко? — Смешно опасаться, что тебя кто-то подсиживает и для журналиста, и просто для уверенного в себе человека. — Вы не боитесь, что скоро совсем сольетесь с властью и вас будут называть "кремлевским соловьем"? — Если меня не будут устраивать действия Путина, я не буду его поддерживать. А если меня назовут его "соловьем"... это лучше, чем быть "соловьем" Березовского.



Партнеры