ПОДКИДЫШ

11 октября 2000 в 00:00, просмотров: 218

— Помогите! Тут у нас больная пожилая женщина второй день на ступеньках у подъезда лежит! — позвонили нам жители дома 4 по Тарусской улице. — Говорит, ее сын выгнал и домой не пускает. А мы куда только не обращались — все бесполезно. Человек, может быть, умирает... Действительно: жильцы дома за два дня обзвонили десятки столичных ведомств, которые по долгу службы обязаны заниматься обездоленными, больными и социально не защищенными людьми. Городское управление соцзащиты, местная управа, приемники-распределители, приюты, милиция, "скорая" — все под разными предлогами отказывались помочь, отфутболивая друг к другу. Будто речь шла о выброшенной на улицу собаке. Впрочем, нет, собаке помогли бы куда быстрее и охотнее... У подъезда девятиэтажки, согнувшись то ли от боли, то ли от холода, полусидела-полулежала грязная замерзшая женщина лет шестидесяти. Руки у нее отекли, голые ноги покрылись коростой. Передвигаться бабушка не могла. На вопрос корреспондентов "МК", как же она здесь оказалась, женщина сбивчиво рассказала жуткую историю. — Привезла меня ночью милиция, положила у подъезда. Сын мой Сашка, который на Каховке живет, обменял квартиру, в которой я прожила сорок лет, на маленькую и решил от меня избавиться... Кто-то из местных жителей принес старушке подстилку, кто-то батон хлеба, кто-то бутылку воды. — Вы врачей-то вызывали? — спрашиваем у вышедших из квартир людей. — Да. Вчера "скорая" приезжала. Фельдшер посоветовала ее в подъезд занести — чтобы ночью от холода не окочурилась, — рассказывает женщина средних лет. — А забрать в больницу отказалась. "Мы здесь рожениц возим, — говорит, — зачем нам эта грязь?" Помочь несчастной пыталась и председатель местного ЖСК. — Вы не поможете бездомной, которая не может ходить, лежит у нас во дворе и умирает? — председатель уже при нас в сотый раз задает этот вопрос телефонной трубке. — Мы принимаем бездомных, но только на одну ночь, — отвечает директор Дома ночного пребывания в Люблино. — Наши бомжи приходят к нам сами и сами себя обслуживают. А больными и беспомощными не занимаемся. Звоните в "скорую". Или в милицию. В милицию председатель ЖСК тоже обращалась. Приехавшие из ОВД "Ясенево" стражи порядка, оценив "клиента" опытным взглядом, "обнадежили" жильцов: "Потерпите, ей недолго осталось. Как умрет, вызовите труповозку. Мы покойниками не занимаемся". — Однажды у нас в подъезде поселился бомж, и мы вызвали милицию, — вспоминает помощник председателя ЖСК. — А потом очень об этом пожалели. Сначала они дубинками и пинками спустили его с лестницы, а на улице разъяренный милицейский начальник так ударил ногой в грудь, что дохлый мужичок отлетел на несколько метров. Когда мы потом поинтересовались его судьбой, милиционеры честно рассказали, что отвезли в безлюдное место и отпустили с советом больше не попадаться! Скорее всего подобное "переселение помирающей души" произошло и с нашей старушкой. Наряд милиции (может, чтобы не портить вид подотчетного района) перевез ее с глаз долой — в "подарок" коллегам из Ясенева... Тем временем председатель продолжала свои безуспешные попытки достучаться хоть до кого-то. — Мы принимаем в основном молодых мужчин, — ответили в социальном приюте в Ясеневе. — Потом выясняем личность и выдаем справку типа удостоверения личности для устройства на работу. А больными стариками не занимаемся. Звоните в управление соцзащиты. — Бездомные не в нашей компетенции. Вот пенсии — это по нашей части, — отрезал чиновник из управления. — Звоните в милицию. — Она еще жива? — удивились в ОВД "Ясенево". — Крепкая, блин, старушка... Уже стемнело, стало холодать. Еще одну морозную ночь пожилая женщина явно бы не выдержала. Ждать больше было нельзя, звонить — некуда. — Да, у нас есть инструкция госпитализировать всех больных бездомных (а кто, интересно, видел их здоровых? — Ред.), но ее мало кто выполняет, — честно призналась фельдшер приехавшей уже по вызову корреспондентов "МК" бригады "скорой". — А если кто потом пожалуется, всегда можно сказать, что пациент сам отказался ехать в больницу. С помощью жильцов мы занесли старушку в машину "скорой". — Что с ней будет дальше? — Отвезем в 56-ю больницу. Там для таких есть специальный санпропускник. Ее помоют, накормят, подлечат и через две-три недели отпустят. Куда? Это уж пусть милиция разбирается... Судьба таких немощных стариков, брошенных детьми ради того, чтобы пропить "лишние" квадратные метры, не просто сурова. У них вообще нет никакой судьбы. Как мы убедились лично, в многомиллионной Москве нет ни одного учреждения, которое реально занималось бы такими "подброшенными" людьми. Кроме — труповозки. — Вы уж меня простите, ребятки, — прошептала на прощание старушка, представившись врачам Марией Семеновной Борзяновой. — Я так не хотела вам надоедать... P.S. "МК" будет следить за дальнейшим развитием событий. Просим считать эту статью официальным обращением к городским властям: будьте людьми, помогите! Причем не только Марии Семеновне — сотням, если не тысячам ей подобных, оставшихся без родного дома стариков.



Партнеры