ПРАЗДНИК ДЫРЯВЫХ ВЕН

1 ноября 2000 в 00:00, просмотров: 915

  Представьте себе, что есть на свете страны, где у потребителей наркотиков есть свой “профессиональный” праздник. Правда, если быть точными, это страна пока существует в единственном экземпляре: только Голландия отмечает 1 ноября Международный день торчка. Странно, что Россия каким-то боком вписалась в это неформальное действо. Дело в том, что праздник проводится организованными коллективами торчков, а у нас, как известно, таковых нет. Поэтому там была только небольшая группа российских парней, и среди них — Али, главный редактор неформального молодежного журнала “Мозг”. Сегодня мы публикуем эксклюзивное

     интервью с ним.

    

     По нашим российским меркам, наркотики — абсолютное зло, наркоман — социально опасная личность, и, чтобы очистить общество от этой проказы, хороши все средства, вплоть до крайних. Такова отечественная концепция борьбы с наркоманией. Причем всенародно одобренная. Беда лишь в том, что никакие суровые меры наказания, применяемые к наркоманам в России, не могут даже частично приостановить страшную эпидемию. Потребителей наркотиков с каждым годом становится все больше, и живут они все меньше. Поэтому мы решились отойти от общепринятых стереотипов и рассказать, как проблему наркомании решают в другой, такой не похожей на нас стране, как Голландия.

     Опыт Голландии — это не истина в последней инстанции. Нам его и оценивать-то трудно, настолько это все от нас далеко. У нас другая политика и экономика, преступное, близкое к расизму отношение к потребителям. Поэтому говорить о легализации или внедрении голландского опыта преждевременно и бессмысленно. Другое дело, что и молчать об этом уже нельзя — надо не только бороться с наркоторговлей, помогать зависимым, но и менять свое отношение к наркотикам и потребителям.

    

     —Отцом этой многодневной вечеринки значится организация под говорящим названием LSD (переводится как “общенациональная организация наркоманов”). А матерью — не кто иной, как тамошнее Министерство Здравоохранения и Спорта. В этом году праздник будет отмечаться в пятый раз. И уже второй год помимо представителей от Бельгии, Франции, Германии, Великобритании, Словении и Испании там будут гулять российские делегаты.

     — Как родилась эта фантастическая идея — отмечать день торчка?

     — Не надо считать все, связанное с наркотиками, уделом маргинальной молодежи. LSD — это вполне взрослые дядьки, и они уже лет десять работают со СПИД-сервисными организациями. Это не спонтанная акция, а часть их совместной работы с Минздравом. Деньги на все это они получают от правительства. Задумано было для того, чтобы люди из разных стран встретились вместе и обсудили свои проблемы. Считается, что у наркомана нет других проблем, кроме как бросить наркотики. Но реабилитация — это только часть проблем. Полицейско-милицейский произвол, разгул гепатита С, эпидемия СПИДа. Все эти вопросы должны решать не люди со стороны, а сами потребители — это их жизнь. Им надо научиться объединяться и отстаивать свои интересы — они все-таки равноправная часть общества.

     — Как выглядит эта международная тусовка наркоманов?

     — Все происходит в клубе “De Kade”. В мой первый приезд в первый же день нам объяснили правила: “Никакой агрессии, никаких шприцев! Кто хочет вмазаться, марш на второй этаж. Там лежат чистые шприцы и приготовлено все для инъекций. Курить героин и крэк можно прямо здесь...”

     Люди общались, делали доклады, презентации проектов. Потом вставали, выходили вмазаться. Курили тут же, не отходя от кассы. Все были очень расслаблены. Даже у постороннего человека возникло бы ощущение, что все сбросили маски, которые носят в “нормальном” обществе. Многим присутствующим было за 50, а некоторые были совсем бабушки и дедушки с добрыми глазами — это, кстати, опровергает миф о том, что наркоманы долго не живут. Было много метадонщиков. Мы тоже сделали часовой доклад о том, что у нас зажимается свобода слова в отношении наркотиков. Что три миллиона человек, употребляющих наркотики, лишены голоса.

     Потом принесли китайскую еду, молоко и булочки. Все это время барыги обслуживали собравшихся в горячем режиме. На столе стояли дипломаты, набитые чеками. Создавалось впечатление, что между китайской лапшой и героином разница чисто номинальная — и то, и другое раздавалось за бесценок. Все было прикольно, много музыки и веселья, к вечеру все помещение заволакивал плотный дым. Все были удолбаны и чрезвычайно довольны собой. Было похоже на вечеринку “Для тех, кому за...”, только кроме пива употреблялся и героин. Вечером выбрали организацию, которая больше всего сделала для торчков в уходящем году. Но я не помню, кого.

     — Чего сделала-то?

     — Пункты обмена игл, уличная работа с активными потребителями, профилактика ВИЧ/СПИДа среди торчков, секс-работниц, в тюрьмах. Ты что, думаешь, там обсуждалось, как удобнее вмазываться?! Чушь. Там обсуждалось, как жить в обществе, которое относится к тебе как к врагу и вышвыривает тебя за борт, хочешь ты того или не хочешь. Наркоман — не вор и не убийца, и не надо ему клеить ярлык преступника, до тех пор, пока он чего-нибудь не совершил. Это самая главная проблема.

     — А такое событие могло произойти в другой стране?

     — В большинстве стран мира наркотические законы достаточно репрессивны, хотя это сочетается с обилием служб помощи наркозависимым. У нас и этого-то нет. Голландцы в этом плане сильно ото всех отличаются. На Дне торчка я увидел, как можно работать с наркозависимыми. Ведь криминализация наркоманов — это их ответ на пресс со стороны общества. Общество само себя подтачивает. А голландцы, уважая всяческие международные конвенции по наркотикам, имеют собственное мнение и ценят свою свободу. “Охота на ведьм” под прикрытием борьбы с наркотиками им не нужна. Кроме того, будучи нацией практичной, они считают раздутие полицейского аппарата ради борьбы с курильщиками марихуаны стрельбой из пушки по воробьям. Так что голландскому отношению к потребителям наркотиков просто нет равных.

     — А как у них с наркоманией?

     — Да, голландская молодежь употребляет много кислоты, экстэзи и прочих клубных наркотиков, но героинщиков среди них мало. Это наркотик старшего поколения — хиппи 70-х. Зато огромное количество молодых голландцев курит марихуану и мало кто переходит на “тяжелые”. И именно голландский опыт доказывает, что нет прямой зависимости между курением “травы” и употреблением героина. Считается, что наркомания процветает в кофешопах. Это бред. Кстати, первое, что мы увидели в ближайшем к вокзалу кофешопе, — растерянные лица русских туристов, которые вертели в руках целлофановые пакеты с марихуаной. Они, конечно, слышали об этом, но одно дело слышать, а другое...

     — А ты, значит, Алик, не считаешь, что от травы до героина — один шаг?

     — У подавляющего большинства потребителей знакомство с наркотиками все-таки началось не с марихуаны, а с сигареты или бутылки пива. Это — факт, вдумайся в него. И что, кто-нибудь бьет тревогу по этому поводу? Кто-нибудь призывает к запрету на пиво? Правильно, никто не хочет лишать себя жалкого, но все-таки удовольствия отравлять свой организм никотином и алкоголем. А кстати, от марихуаны рака легких не бывает, она безвредней табака. В этом нет “пропаганды” — это объективное медицинское свидетельство. И опять же, повторюсь — молодые голландцы не переходят на “тяжеляк”, курят и курят потихоньку...

     Комментарий главного подросткового нарколога Москвы, президента фонда “НАН” Олега ЗЫКОВА:

     — Конечно, для постсоветского мышления такое название, как Международный день торчка, вызывает негативные ассоциации. Хотя я думаю, что “слет” организаций, занимающихся проблемами СПИДа, лечения, права — это правильно и умно. Мы уже планировали что-то подобное: создать Ассоциацию профессиональных консультантов по химической зависимости. Одной из задач такой организации была бы защита прав потребителей наркотиков.

     Когда-то мы с французами обсуждали “их” форму реабилитации. Они говорили, что просто помещают человека “в теплую среду”, в заботу и нормальные человеческие отношения — нормальный мир и был реабилитацией. Но это возможно только там, где нет бешеной агрессии. В нашем же случае нормальный мир так же агрессивен, как наркоманский.

     В России, по-моему, создание организованных коллективов наркоманов пока невозможно. Это будет прежде всего объект для репрессий. Я не знаю, кто бы у нас мог представлять их интересы. Это будет расценено как легализация наркотиков, а не как отстаивание прав человека. Наркомания — это болезнь, это надо осознать. Но и этого пока нет...



    Партнеры