Рабы и воры

30 ноября 2000 в 00:00, просмотров: 174

Первый канал немецкого телевидения ARD недавно показал длинный список умерших за последний месяц русских остарбайтеров — больше тысячи фамилий. Все они ушли в мир иной, так и не дождавшись выплаты денежной компенсации за годы, проведенные в немецком рабстве. А в среднем каждому из них причиталось бы 60, а то и 100 тысяч рублей.

Раб №2043

За несколько лет рабского труда в Германии они заработали только личный номер, так называемые профессиональные болезни и горькие воспоминания. Номером 2043 был Владимир Дмитриевич Ворожбит, сейчас — житель подмосковных Мытищ, пенсионер. Номер ему присвоили на немецкой шахте Ванеайпель, куда он попал вместе с другими такими же, как он, тогда еще 18-летними пацанами. К именному номеру прилагалась бело-синяя ленточка “ОСТ” (остарбайтер — рабочий с Востока), которую нужно было пришивать к нагрудному кармашку.

Под землей на глубине 880 метров Владимир рубил уголь под присмотром своего мастера — штайгера. “Бывало, выдохнешься так, что роняешь свой отбойный молоток и ложишься — пусть хоть пристрелят, не встану, — вспоминает он. — Так мой штайгер Ганс сразу подходит: мол, вставай быстрей...”

Два года, проведенные в сырой штольне, буквально на коленках, подкосили молодого и здорового парня — у него начали отекать мышцы. Если бы не американские войска, вступившие в конце 44-го года на территорию Западной Германии, где находилась шахта, не беседовать нам сейчас с Владимиром Дмитриевичем. Теперь, вспоминая день своего освобождения, из представительного седовласого мужчины в летах он превращается в несчастного старика, не стесняясь, растирает слезы по щекам.

Домой вернулся только в 1946 году. Тогда в Москве на вокзале их встречали с духовым оркестром, хотя они и не воевали.

А еще через год, в 1947-м, Германия по решению Нюрнбергского процесса стала выплачивать бывшим рабам фашизма первые денежные компенсации. Тогда пострадавшие от нацизма за несколько лет получили в общей сложности 200 млрд. марок. Во всем мире, кроме граждан Советского Союза, так как советское правительство отказалось от компенсаций. СССР должен был получать их из ГДР, а в 1953 году это означало обирать “братских немецких товарищей”.

Вот тебе, баба Маша, и Юрьев день...

Под грохот падающей Берлинской стены Михаил Горбачев поднял вопрос о выплате компенсаций на встрече с канцлером Германии Гельмутом Колем. Горбачев поскромничал, выпросив только миллиард. Однако после распада Советского Союза вопрос о получении и этой достаточно скромной суммы повис в воздухе.

Тем временем бывших остарбайтеров в России становилось все меньше и меньше. Они умирали от старости, болезней, их здоровье, подорванное неволей, быстро сдавало. Сколько жизней могли бы спасти эти до сих пор еще не выплаченные компенсации, которые могли бы поддержать стариков, попавших в омут “дикого капитализма” 90-х годов, дать им средства на лекарства и операции. Так жила, например, Мария Максимовна Набханюк, которая сейчас коротает свою старость на пенсию в тысячу рублей у дочери в Царицыне. День, когда ее увозили в Германию, в памяти остался, как будто это было вчера. Тогда Маша жила на Украине, ей было тогда семнадцать — со всей ее деревни собрали молодых парней и девчат, погрузили в закрытые вагоны. Попала Маша на завод сборки “Мессершмитов”.

“Там нас поселили в огромные бараки. Мы спали на двухэтажных кроватях в комнатах по 30 человек”. Женские и мужские блоки стояли отдельно. Молодые ребята и девушки работали в разных цехах, и, как признается баба Маша, “романов у нас не было”. Рабочий день начинался с 6 утра и продолжался 12 часов до 6 вечера, потом — ночная смена.

В 1944-м Машу и других подневольных рабочих освободили свои, родные, русские. И не думала она, что через несколько десятков лет эхо пережитого с новой обидной силой напомнит о себе. В 1993 году она узнала, что ей положены компенсации. “Мессершмит” и другие фирмы, где использовался рабский труд остарбайтеров, задолжал бабе Маше 6—7 тысяч немецких марок. В рублях — почти 80.000.

И действительно, после переговоров уже между Ельциным и Колем, в 1993—1995 годах, первые компенсации в размере одного миллиарда марок были переведены в российские, украинские и белорусские банки в виде трех траншей. Доля России составила 400 миллионов марок на 370 тысяч бывших остарбайтеров. Тогда же для распределения денег среди бывших рабов был создан Фонд взаимопонимания и примирения, куда баба Маша, как и другие, отнесла заявление.

С тех пор она ждет. И бывший невольный шахтер-забойщик Владимир Ворожбит из Мытищ тоже ждет. А другие, чьи фамилии показало немецкое ТВ, умерли, не дождавшись.

Сказ о том, как стариков обобрали на 83,6 миллиона марок

Им, уже покойным, было невдомек, что деньги фонда, предназначенные для них, застряли в коммерческих банках и кого-то здорово обогатили. Скандал разразился совсем недавно: в апреле 2000 года Управлением ведомственного контроля Министерства труда и соцобеспечения была проведена финансовая проверка деятельности фонда. Результаты оказались ужасающими: руководство фонда хладнокровно “кинуло” стариков и старушек на сумму 83,6 миллиона немецких марок! Поэтому-то до сих пор 65 тысяч бывших остарбайтеров не могут получить свои “рабские” деньги.

Материалы проверки отправили в Генеральную прокуратуру, счета фонда были заморожены, а его директор Виктор Князев уволен.

Сам Князев открещивается от титула “главный вор нацистских денег”, утверждая, что, дескать, часть средств была потеряна в результате финансового кризиса, нанесшего сильный удар по российским банкам. “Я не сделал ничего противозаконного, — говорит он. — Все эти обвинения абсолютно не соответствуют действительности”.

Но скандал уже шагнул даже за пределы России, и на прошлой неделе британская The Sunday Times опубликовала ряд примеров, как миллионы марок, предназначавшиеся пенсионерам, были выплачены фиктивным получателям или потрачены на закупку дорогих иностранных автомобилей для начальства.

У остарбайтеров все же осталась надежда. Последняя. В этом году Германия собрала еще деньги для бывших фашистских невольников. В феврале 1999 года немецкое правительство в тандеме с крупными промышленниками сделало заявление о том, что они “готовы выплатить новую компенсацию, но это будет последняя компенсация”.

И вот 6 июля 2000 года германский бундестаг принял закон о создании фонда “Память, ответственность и будущее”, половину финансовой основы которого составили правительственные деньги, другую половину — марки тех, существующих ныне предприятий, как, например, “Мессершмит”, которые эксплуатировали рабский труд, в том числе и россиян, в военные годы. В общей сложности набралось 10 миллиардов марок. России из этого пирога досталось 835 миллионов. Эти деньги не дошли еще до российского Фонда взаимопонимания и примирения и, стало быть, не были разворованы. И эти средства — последний шанс для бабы Маши, дяди Володи и других, кто ишачил в фашистской неволе, получить наконец свои законные выплаты.

Но нецелевое использование средств фонда так шокировало немцев, что деньги жертвам нацизма, которые в Москве ждали еще в октябре, пока из Германии не пришли. Там ждали, пока в Фонде взаимопонимания и примирения закончится чистка коррумпированного аппарата.

Надежда умирает последней

Мы связались по телефону с офисом фонда “Память, ответственность и будущее” в Кельне. Советник российского отделения фонда Герхард Баум сказал, что сейчас делается все, для того чтобы уже в конце января 2001 года бывшие подневольные рабочие в России получили свои законные компенсации.

Кстати, педантичные немцы действительно очень торопятся выплатить эти деньги. И не столько потому, что их грызет совесть за грехи нацистов. Просто в отличие от наших чиновников и бюрократов они, во-первых, не воруют у нищих, а во-вторых, боятся опоздать: умирают наши старики, и еще немного — получать компенсации в России станет просто некому.



Партнеры