Стильная штучка

8 декабря 2000 в 00:00, просмотров: 690

Для того чтобы преодолеть реноме певицы, которая с некоторых пор стала более обсуждаема не за свои творческие доблести, а за бесконечное воспроизводство потомства (три раза за неполные пять лет!), Валерии надо было совершить что-то из ряда вон. Жестокие законы жанра шоу-бизнеса не оставляли надежд на сколь-либо успешное возвращение. Немыслимо было дважды (не говоря о том, чтобы трижды) войти в эту мутную воду. Посему затишье, наступившее в творческой жизни Валерии в связи с рождением два года назад ее третьего ребенка — сына Арсения, казалось, затянется навсегда. Так подсказывал жизненный опыт и здравый смысл.

Однако нежелание певицы прозябать на обочине музыкальной жизни порушило все стройные каноны и правила. Впрочем, кроме личного желания бесценным подспорьем в очередном штурме вершин Олимпа оставался ее верный друг, супруг, продюсер, автор и глава семейного издательского дома “Фамилия” Александр Шульгин, который благодаря очевидным преимуществам мужской природы не выпадал, несмотря на многоразовые роды, с актуальной орбиты шоу-мира. Сложная задача шумного возвращения благодаря этому обстоятельству значительно облегчалась.

Для посторонних глаз и ушей прорыв начался внезапно и прошел молниеносно. Музыкальная “Барбаросса” завершилась полной капитуляцией хит-парадов и концертных площадок. Первая обойма из трех хитов (“Ты где-то там”, “Метелица” и “Рига—Москва”) меньше чем за год вернула Валерию в ранг музыкальных ньюсмейкеров, а также придала певице абсолютно новое качество весьма стильной штучки сезона. Не у каждого, даже не рожавшего три раза подряд, это получается, хотя хотят почти все. Артистка попала практически в самое яблочко. Но то было лишь начало.

Летом вышел “Первый Internet Альбом” с двенадцатью ремиксами на прошлое и настоящее, включая еще более актуальные версии и без того актуальных хитов. “ЗД” тогда же подробно описывала это музыкально-технологическое чудо XXI века. В октябре, не дав публике отдышаться, поп-дива обрушила на наши уши энергичный призыв “Не обижай меня”, который сумел пробить уже самые продвинутые форматы и даже радикальную тусу на Казантипе, что окончательно похоронило патриархальное восприятие Валерии как добропорядочной матери многодетно-мещанского семейства. Никогда, впрочем, не тосковавшая на задворках моды певица в своем образе приобрела экстраординарный шарм, обратив свой взор к смелому артистическому лейблу “Voyage”, что пришлось ей очень к лицу, равно как и кричащие цветочки от “Paul Smith” в повседневном гардеробе (в смысле, за кулисами). “Артистом быть приятно еще в том смысле, — веселится Валерия, — что можно надевать такие вещи, которые человек другой профессии позволить себе носить не может”.

При этом — то ли благодаря врожденной интуиции, то ли холодному расчету, то ли параду планет — Валерия удачно избежала участи сугубо клубной сенсации. Приобретя ультрамодный окрас, она не растеряла былой народности. И подлинной сенсацией сезона стали даже не стилистические изыски ее хит-новинок, не пресловутые 137 у/м (ударов в минуту), а ошеломляющие результаты продаж нового альбома, равно как и концертных туров нынешней осени: 35 аншлаговых концертов в 25 городах Украины за 31 день минувшего октября и развернувшееся вовсю с начала ноября всероссийско-белорусское турне, в график которого включено 70(!) городов. (“ЗД”, честно говоря, даже не предполагала, что на бескрайних просторах Руси так много населенных пунктов с признаками цивилизации.)

Завидная результативность, достигнутая артисткой, заставила нас срочно искать с ней встречи. Задача оказалась не из легких. Валерия и вправду носится по стране словно ужаленная. Ее с трудом удалось затащить на чашку кофе в каком-то баре на Тверской, когда она заскочила в Первопрестольную буквально на пару часов за свежими нарядами по пути из Рязани в Хабаровск.

* * *

* Вы, конечно, никогда не были Людмилой Зыкиной, но и разудалой танцевальностью не блистали. Эта метаморфоза и есть то самое, когда говорят, что материнство сильно меняет взгляды женщины?

* Просто все меняется, XXI век вот-вот грянет. Темп жизни буквально за последние несколько лет страшно убыстрился. Мне кажется, что время как бы сжалось. Поэтому оставаться на тех позициях, пользоваться выразительными средствами, которыми я пользовалась, скажем, в 1993—1994 годах, было бы даже не то что неправильно, а просто скучно. Мне, по крайней мере, было бы скучно — вариться в одном и том же.

* Ну, многие совсем даже не скучают. Вот та же Людмила Зыкина или Элис Купер, например, который недавно сюда заезжал. Люди, не поступающиеся принципами. А вы прямо какая-то конъюнктурная получаетесь. То романсы, то техно-дэнсы...

* Во-первых, я отношусь к тому разряду людей, кто не считает себя консерватором. Я никогда бы в жизни не смогла по нескольку лет подряд носить одну и ту же прическу, как, например, Мирей Матье... Да, есть масса замечательных исполнителей, к творчеству которых я отношусь с искренним уважением. Но они поют как бы по-старому. Многие люди, которые выросли, например, на “Deep Purple”, продолжают DP и слушать, и играть. Есть такой сорт музыкантов, и их, кстати, большинство. Упертых на чем-то одном, своем. Это тупиковый путь, он существует, но не подразумевает развития. Надо еще что-то другое воспринимать, не зацикливаться на том, что было раньше, на прошлом. И, во-вторых, я бы не сказала, что и раньше была чужда новаторству. Когда в 1992 году вышел мой первый альбом романсов “Побудь со Мной”, мы, помнится, собрали массу возмущенной прессы, где нас как раз дубасили за новаторство. Мол, так нельзя, что это за электронщина и т.д.

* И все же — это разного поля ягоды. Теперь вы взвалили на свои хрупкие плечи бремя особо модной певицы, и с этим бременем придется ковылять весь остаток жизни. Пути-то назад нет. Валерию, поющую романсы или что-то традиционно эстрадное, уже никто не примет. Вот Киркоров в этом смысле хитрее оказался.

* Во-первых, есть разные представления о модности, актуальности и вечности. Есть, к примеру, ультраактуальная клубная музыка, которую играют в экстремальных клубах, но которая практически никак не продается. Не всякие современные ритмы хорошо продаваемы. А вот мои хорошо востребованы. Первична все-таки песня, если есть гармония, мелодия, текст. Здесь я очень даже принципиальна, пою ли романсы или, как вы выражаетесь, техно-дэнс. Если на какую-нибудь лабуду сделать современную аранжировку, то это все равно лабудой и останется. Я постоянна в том, что лабудой не занимаюсь. Этот альбом (“Первый Internet Альбом”. — Прим. “ЗД”) вовсе не означает, что теперь, отныне и вовеки, только дэнс и ничего другого. Это нельзя воспринимать как смену курса. Это просто ремиксы. Вот мой следующий серийный альбом будет разный. Там будут вещи и танцевальные, и более приближенные к моему раннему звучанию. Но все равно это будет очень современно, модно. Очень разнопланово, но не эклектично.

* Что с публикой? Небось старые поклонники разбежались, словно тараканы от “Мегакила”? Новых-то много рекрутировать удалось? Кто у вас там на аншлаговых концертах беснуется?

* Знаете, очень забавно смотреть, когда пожилая женщина лет 70 пытается кинуться в пляс при первых аккордах “Метелицы” — настолько это ее задевает, настолько это ей нравится. Люди говорят (а я с очень многими разговариваю сейчас на гастролях), что мои песни удивительны, их можно просто послушать, а можно и потанцевать под них. И никто никуда не разбегается! Я встречаю на концертах очень много своих верных многолетних поклонников. И в то же время я вижу много новой, очень молодой публики, которая только сейчас открыла для себя Валерию. Я счастлива. Если бы сама не получала удовольствия от того, что делаю, то и публике это состояние не передалось бы, какие бы высокие задачи ни ставились — зацепить там кого-то, привлечь новую публику, завлечь старую с новыми ощущениями...

* Каковы были ориентиры, когда записывался “Ремикс альбом” и все последние песни? Что было путеводной звездой в море современных звуков, как выбиралась форма подачи, манера звучания? Короче, кто все придумал?

* Творчество было коллективное. Не только я это делала. Очень активно в проекте участвовал мой продюсер и автор всех песен Александр Шульгин. Значение имел и вкус, и личное представление о том, как это должно быть. Однако никакого прямого подражательства. Мол, посмотрели, послушали, решили, что у кого-то получилось интересно, давайте сделаем так же. Сейчас все компании торгуют звуковыми лупами, всякими там прибамбасами, в Интернете идет активный обмен идеями, новинками, достижениями. Но если у тебя в собственной голове нет ни одной оригинальной мысли и ты уповаешь только на чужую фантазию, ничего не получится.

* Кажется, раньше вам тоже предлагали различные ремиксовые проекты, но вы от них отказывались. Сейчас-то что стряслось?

* Действительно, несколько лет назад нам приносили различные версии “Самолета”, “Обычных дел”. Когда это делают другие ди-джеи без непосредственного участия конкретного исполнителя, автора, результаты по большей части получаются не очень хорошими. А здесь как раз преимущество было в том, что мы непосредственно в этом участвовали. И зритель это почувствовал. Все-таки ни один альбом ремиксов так не продавался (как “Первый Internet Альбом”. — Прим. “ЗД”). В этом, наверное, секрет его успеха. На концертах люди стоят и поют эти песни. Знают до конца все слова, танцуют. Это просто классно.

* В вашем случае создается впечатление, что Рига — центр музыкальной моды. Вы оттуда просто не вылезаете. Все клипы с прибалтами снимаете. У большинства же сегодняшних модных артистов высшим ахом считается ездить в город Лондон, там все делать и оттуда все привозить.

* Мы ездим и в Ригу, и в Таллин совершенно по иным соображениям. Здесь больше личных многолетних контактов. Много связывает с этим городом не профессионального, а чисто личного. А Лондон... “The Taiga Symphony” где писалась? Еще никаких Мумий Троллей с Земфирами не было. Особенно мне нравится, когда говорят: “Вы знаете, где это писалось? В Лондоне!”. А не уточняется, в какой студии, может, в подворотне какой-нибудь, но зато в Лондоне. Понты все это. Очень многие вещи, о которых сейчас говорят с придыханием, мы давно прошли — запись в Лондоне, съемки в Нью-Йорке и т.д. и т.п. Многое проскакали уже давно, многое забылось. Чем интересна Прибалтика? Вот снимаем ролик. У нас — в Москве, Питере — тусовка варится в одном соку. Оттого все немножко одинаковое — ролики, песни, аранжировки, стилисты. А латыши и эстонцы... С ними легче понимать друг друга, это не американцы и англичане с совершенно другим мировоззрением, прибалты все же ближе к нам, и в то же время их взгляд по-позитивному свеж, оригинален. Они вроде бы были и наши, но нашими до конца не были все равно. Они не то что самые продвинутые, они просто другие. Другой взгляд на те же вещи очень помогает в работе и порождает оригинальный результат.

* Есть ли, на ваш взгляд, у русской танцевальной музыки шанс на международный успех?

* Мне кажется, да. Многое из того нового, что сейчас появляется на радиостанциях, заставляет иногда задуматься: наше это или не наше? До тех пор, разумеется, пока не зазвучит вокал. То есть уровень уже достаточно конкурентоспособный. Однако подлинная проблема проистекает из нашей национальной специфики. Уж очень обособлена Россия. Вот “Scorpions” или “Modern Talking” поют по-английски и популярны как в родной Германии, так и в других странах. У нас нет рынка для подобных проектов. Если ты начинаешь петь на каком-то другом языке или выбираешь какую-то другую стилистику, то здесь ты практически теряешь и свой рынок, и свою публику. То есть в нашем случае, конечно, очень трудно сесть одним местом на два стула. Но это можно делать. Мы это делали в 1991—1992 годах. И может, что-то было бы, но первый ребенок поставил точку в этих планах.

* Похоже, вы не очень жалеете об упущенных шансах планетарного масштаба?

* Нет, мне вполне хватает места и здесь, в самой большой стране мира. Я удовлетворена. У меня новая программа, новые музыканты, большие туры. Все, что сейчас происходит вокруг меня, безумно интересно. Это какой-то новый жизненный этап. Масса положительных эмоций. Хотя физически иногда действительно тяжело. Но очень радостно и приятно.

* Остается только порадоваться за вас и поблагодарить за интервью.



    Партнеры