Снегурок “МК” сняли на трассе

27 декабря 2000 в 00:00, просмотров: 6016

На Ленинградке, сразу за кольцевой, — пейзаж практически суриковский. Только вместо боярыни Морозовой и саней, закутавшись в шубейку, стоит девица с транзистором, приложенным к уху. “Зазывала”, она же “мамка”, или попросту сутенерша, чтобы не скучать в ожидании клиентов, то ли новости слушает, то ли пританцовывает на морозе под музыку. Пейзаж дополняет стоящий поодаль микроавтобус с девочками.

Акция “МК” под кодовым названием “Снегурочки — в люди!” вышла на новый виток: на этот раз репортеры решили повеселить народ на Ленинградке. Но, как выяснилось, первая древнейшая профессия нынче не ограничивается лишь хихоньками да хахоньками...

День выдался хмурый и морозный. Две наши снегурки бодро выскочили из редакционного авто и встали на обочине, практически под носом конкуренток — в 100 метрах от “мамки” с транзистором. Тут же с визгом затормозил проезжавший мимо грузовичок.

— Сколько? — поинтересовались два несвежих паренька в замызганных свитерах.

— Да мы из газеты, корреспонденты. Просто с Новым годом вас хотим поздравить!

— Да какая разница, что из газеты? Заплатим, как положено, — не доперли “свитера”. Они явно были огорчены отказом...

Концертные сапожки совсем не грели, впитывая в себя минусовую влагу придорожного сугроба.

— Ой, мороз, мороз! — недружно, вразнобой затянули снегурки. Трасса отвечала им гуденьем клаксонов. Водители и пассажиры проезжающих машин — даже женщины! — смеясь, махали и даже высовывались из окон, приветствуя наших барышень в шубках с блестками и обвешанных “дождиком” коронах. Но окоченевшие снегурки решили не доводить дело до греха, в смысле — не создавать аварийную ситуацию на дороге. Да и “мамка” конкуренток, оторвав приемник от уха, вдруг решительно направилась в нашу сторону...

На отрезке от “ежей” (памятник защитникам Москвы на выезде из Химок) до поворота на Шереметьево, по милицейской статистике, кормятся дорожной проституцией около 400 “заплечных дел мастериц” (в названии отражена специфика секса в малолитражке).

В будни дежурная часть химкинского отделения милиции задерживает по 20—30 “дорожниц”. В уик-энд поголовье “ночных снегурочек” удваивается. Процедура задержания отработана: переодетые в штатское сотрудники отдела по борьбе с проституцией (их еще называют “полицией нравов”) подъезжают к группе девиц и договариваются о цене. Если проститутки сели в авто, торговля телом считается доказанной — и пойманных “бабочек” везут в каталажку. Но самое большее, что можно сделать с задержанными, — это провести беседу о вреде профессии. Кроме того, девицы заполняют анкеты и оставляют в картотеке отпечатки пальцев. Процедура регистрации до недавнего времени слыла среди милиционеров пустой формальностью, позволяющей всего-навсего вести учет поголовья проституток. Однако в последнее время в ней появилась страшная необходимость.

Начиная с октября у дорог ближнего Подмосковья было обнаружено шесть трупов молодых женщин. Две девушки, найденные на Горьковском шоссе, были убиты и сброшены в кювет. Следующую пару сотрудники ГИБДД нашли на Новорижском направлении — с множеством ножевых ранений. Еще по одной жертве было обнаружено на Ленинградском шоссе в районе Химок и на Ярославском. Патологоанатомы установили, что во всех случаях незадолго до смерти убитые имели множественные половые акты. Сверка с картотекой “полиции нравов” показала, что все убитые были дорожными проститутками. То ли клиенты денег за услуги пожалели, то ли сутенеры укротили бунтарок.

Девицы начали бояться: ведь с каждой могут расправиться. Вот и сообщают о себе данные, чтобы, случись что, милиция хотя бы опознать смогла...

К ночи в КПЗ доставляют примерно треть “дорожных работниц”. Если летом ночные бдения проституток длились почти до утра, то сейчас редкая непойманная “бабочка” стоит на дороге за полночь. Выполнив “норму” (1000 рублей, из них 800 — сутенеру), местные девицы торопятся по домам. Иногородние и не выполнившие норму остаются на трассе, карауля, пока проедет дежурный “луноход” (милицейская машина), чтобы напроситься... в отделение переночевать! Тогда и перед сутенером есть как оправдаться: норму не сделала якобы из-за привода в милицию. “Дорожницы” так умоляют не бросать их в темноте и в холоде, что и милицейское сердце часто не выдерживает. Сотрудники “полиции нравов” постоянно предлагают “бабочкам” помощь в трудоустройстве по месту жительства. Но за все время существования дорожной проституции ни одна из задержанных не уехала домой. Еще бы! Где-нибудь в Саратове, известном теперь уже не только холостыми парнями, но и дешевыми девушками, за один акт любви проституткам дают максимум 50 рублей. За Уралом, говорят, расценки еще ниже, а в морских портах плату девушкам уже давно выдают импортной парфюмерией и спиртным. А уж жизнь проститутки что по ту сторону уральских гор, что по эту — бесплатная, как у дяди Шарика. Вот и цепляются “ночные снегурочки” за дорогую столицу с окрестностями.

...На обратном пути редакционный автомобиль останавливается всего на минуту у бензоколонки. Пока совещаемся, проехать подальше или заправиться здесь, девицы, лениво покуривающие на обочине, успевают очнуться от безделья.

— Дру-уг! Полчаса за 200 рублей, не хочешь?

Нашего водителя застает врасплох не само предложение, а форма подачи: девушка, подошедшая к дверце автомобиля, одета в длинное пальто, под которым из одежды ничего, кроме шарфика, не наблюдается. С вечернего неба сыплет мокрый снег, и девичья морозоустойчивость потрясает больше, чем льготная цена секс-услуги. Затянувшуюся паузу товарки принимают за знак согласия:

— И подругам твоим занятие найдем...

Знали бы, что в салоне сидят их несостоявшиеся конкурентки!



Партнеры