НЕВЕСТА И ЧУДОВИЩЕ

1 февраля 2001 в 00:00, просмотров: 418

  Прошло полгода со дня окончания Юбилейного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви. Самая крупная в России религиозная конфессия до сих пор не имеет собственного издательства, поэтому пришлось ждать, пока некое ООО “Святигор” не издало основной документ, принятый на Соборе. Первое впечатление от “Основ социальной концепции Русской Православной Церкви” ошеломляющее. Так и хочется закричать: “Автора! Автора!” Документ в 200 страниц полон незабываемых перлов. Кажется, что испекали его где-то за границей специально нанятые люди или иностранцы, плохо изучившие русский язык.

    

     Большинство отзывов на “Основы” со стороны светских публицистов из органа владыки Гундяева — “НГ-Религии”, естественно, положительные. Хотя мне, к примеру, непонятно само название документа. Если перевести его на русский, то оказывается, что Русская Церковь излагает свои воззрения на “общественную систему взглядов”. И впрямь, в преамбуле “Основ” сказано: “Настоящий документ, принимаемый Освященным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви, излагает базовые положения ее учения по вопросам церковно-государственных отношений и по ряду современных общественно-значимых проблем”. В самом документе щедрой рукой председателя рассыпаны подлинные перлы: “Церковь как богочеловеческий организм имеет не только таинственную сущность, но и историческую составляющую, входящую в соприкосновение и взаимодействие с внешним миром, в том числе с государством”. Иногда владыка нет-нет да сбивается на прямое цитирование Маркса: “Первоначальной ячейкой человеческого общества являлась семья”. Или еще один перл — “Сей мир отчасти повинуется Богу, отчасти же, и главным образом, автономизирует себя от собственного Творца и Господа”. Подобные перлы, а их огромное количество, выдают полное отсутствие патриотизма у создателей документа. Похоже, что для создания основополагающего документа Русской Православной Церкви были приглашены какие-то варяги из-за рубежа, которые явно не в ладу с русским языком. Если “отчасти”, то уж никак “не главным образом”. Не удержусь и процитирую еще один: “Современные демократии, в том числе монархические по форме, не ищут божественной санкции власти”. Вот такая гундяевская загогулина — монархические по форме демократии!

     Дальнейшее изучение “Основ” разочаровывает — богословы долго и нудно объясняют нам, как складывались отношения между западными Церквами и европейскими государствами. Но все эти сведения есть в добротных учебниках истории. Интересно было бы узнать, как оценивает Русская Церковь коммунистическую идеологию и период большевистских гонений. Такого не пережила ни одна из западных Церквей. Но как раз об этом столь болезненном и важном для России да и для всего мира вопросе документ умалчивает. Ответственный священник Отдела внешних церковных сношений Всеволод Чаплин в одном из своих откровений поведал, как и кем создавался этот документ. Оказывается, работа над ним шла аж 6 лет. Трудились над ним совершенно разные люди. Отец Всеволод утверждает, что лишь три сотрудника Отдела вложили свою лепту в этот документ. Этому можно поверить. Остальное — “заслуга преподавателей Московских духовных школ и Российского православного университета”. В своем авторстве признался публично один диакон Андрей Кураев. Но бессменным председателем группы безвестных тружеников оставался владыка Гундяев.

     “Основы” интересны скорее как образец богословской мысли нынешних церковных деятелей. Согласно их мнению: “Церковь являет результат искупительного подвига Сына, посланного Отцом”. Христос, прекрасно зная аудиторию, к которой обращался, говорил ясным и доступным языком. Он сравнивал Церковь с щепоткой соли, которая предохраняет продукты от гниения и придает им вкус. Или с горсткой дрожжей, которые поднимают все тесто. Или с виноградными гроздьями, столь желанными для каждого. Но ничего не говорил о результате Своего подвига. Его искупительный подвиг продолжает таинственно изменять Божественной любовью души уверовавших, а Церковь действенно помогает Ему, отнюдь не являя какого-либо результата.

     “Основы” можно без преувеличения назвать и революционным документом. Впервые епископат Русской Церкви признал, что может взбунтоваться: “Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении”. Более того, считает Освященный Собор, — он имеет право “обратиться к своим чадам с призывом к мирному гражданскому неповиновению”. Владыка Гундяев попытался коснуться одной из самых болезненных проблем ХХ столетия — взаимоотношений Церкви и авторитарного государства. Хотя за 2 тысячи лет существования христианства неоднократно менялись формы государственного правления, отношение Церкви к государству вполне ясно выражено в посланиях первоверховных апостолов Петра и Павла. Оба эти изречения цитируются в документе. Их знает каждый мало-мальски образованный верующий. Святые Отцы неоднократно цитировали их, заповедуя христианам молиться за власть, подчиняться начальникам, но помнить — если веления властей вступают в противоречие со Священным Писанием, то повиноваться должно прежде всего Богу.

     Владыка Гундяев разрешает проблему следующим образом: созывается очередной Архиерейской Собор и обращается с призывом к пастве не повиноваться тому или иному правительству или закону. На деле в 20-е годы, во время изъятия церковных ценностей, когда патриарх Тихон обратился к верующим с призывом противостать большевикам, это привело к массовым расстрелам. Но у патриарха хватило мужества лично, а не от имени Синода или Собора, обличать большевиков. Поэтому он был арестован и год томился в тюрьме. Он повторил подвиг московского митрополита Филиппа, обличившего беззакония Ивана Грозного, и патриарха Гермогена, не признавшего законности власти Самозванца и призвавшего россиян восстановить законную власть. Но это личностные подвиги святителей, своим примером явивших путь мученичества. Другим путем пошел митрополит Сергий (Страгородский). В 1927 году он вместе с Синодом уступил давлению большевиков, пытаясь спасти церковную структуру. Результаты этого компромисса мы пожинаем и поныне.

     Последний свободный и канонически бесспорный Поместный Собор Русской Православной Церкви был созван в августе 1917 года. В тяжелейших условиях он работал два с небольшим года. Принял важнейшие и до сих пор невостребованные документы. Они назывались просто и понятно: “О церковном проповедничестве”, “Об епархиальном управлении”, “Приходской устав”, “О порядке избрания Святейшего Патриарха”, “О местоблюстителе патриаршего престола”, “О привлечении женщин к деятельному участию на разных поприщах церковного служения”. Нет в этих документах ни “корпорации публичного права”, ни марксистских ячеек. Юбилейный Собор в августе 2000 года работал четыре дня. Два из них были посвящены богослужениям. Даже самые даровитые епископы вряд ли успели прочитать 200-страничные “Основы”. На мой взгляд, талантливый церковный манипулятор Гундяев навязал Собору убогий, провокационный по сути документ. Подобное произведение могло родиться только в замкнутом, затхлом мирке. Поэтому “митрополитбюро” так страшится созыва Поместного Собора, на котором следовало бы широко и свободно, с участием духовенства и мирян, обсудить важнейшие и насущные проблемы Русской Церкви. В Апокалипсисе Церковь называется Невестой. За Ней охотится чудовище, вышедшее из морских глубин. Не зря Гоббс называл государство Левиафаном. Но Невеста, хрупкое и прекрасное создание, ускользает от чудовища. А в конце времен побеждает его.

    



Партнеры