Справочник вора в законе

7 февраля 2001 в 00:00, просмотров: 1235

— Иди ко мне, птичка моя, — натужно хрипит артист Михаил Ульянов, подманивая указательным пальцем корреспондента “МК”. Я удивляюсь столь игриво-фривольному обращению от обычно сурового актера. Не в его это характере... Минутой позже выясняется, что сомневалась не зря — за моей спиной появилась требуемая мэтром “птичка”. Ею оказывается жгучая брюнетка азиатской внешности с навороченной прической и в ярком расписном халате. Стучащая деревянными сандалиями “птичка”-официантка просеменила внутрь декорации — японского ресторана — и органично слилась с интерьером. “Начали!” — раздался откуда-то сверху голос режиссера Егора Кончаловского.

Вопреки расхожему мнению про то, что главный человек на съемочной площадке — режиссер, здесь очевидно обратное. Хотя именно Егор Михалков-Кончаловский снимает криминальный боевик “Антикиллер” по одноименному бестселлеру Данила Корецкого (авторы сценария — Корецкий и Фуад Ибрагимбеков).

Главный на площадке — Ульянов, он же Отец, главарь преступной группировки и вор-“законник” международного масштаба. Именно он правит бал на сегодняшней воровской сходке, спрятанной от посторонних глаз в павильонных дебрях “Мосфильма”. Скромная роль режиссера Кончаловского заключается в следующем: следить через монитор за ходом дискуссии в банде, вовремя орать в мегафон “Мотор!” и “Снято!”, а также постоянно выскакивать из своего укромного уголка и бегать на площадку разводить мизансцены.

— Я не могу есть этими ветками! — с ненавистью в голосе кричит актер Валентин Голубенко и швыряет национальные палочки на низенький столик в японском стиле. Далее по сценарию: “официантка приносит вилку”. На площадке снова появляется “птичка”. Прочим членам банды статусом пониже приходится по-прежнему ковыряться палочками в заморских деликатесах, привезенных из ресторана неподалеку.

В перерыве Иван Бортник, один из воров в стиле “денди 70-х” — красный галстук на белоснежной рубашке плюс кепка — признается в тайном сговоре с режиссером. Оказывается, что он заранее попросил избавить его от палочек, которыми он есть не умеет.

— Даже когда мы были в Японии, на всех приемах нам выдавали вилки. Поэтому в этой сцене я сказал Егору, что лучше буду просто курить в кадре...

Персонаж Ульянова больше похож на сытого кота. Он — старый вор, измененный современными условиями: живет в шикарном доме, работает в кабинете с видами Венеции по стенам, ходит в черном бархатном халате, рисует автопортреты и читает латынь...

Что интересно: даже не сильно разбирающийся в кино заметит, что происходящая сцена разительно напоминает знаменитую сходку из “Место встречи изменить нельзя”: “Мы тебя зарежем не больно...”. Причем и бандиты все те же: экс-Промокашка — Бортник, Фокс — Александр Белявский (правда, теперь его герой держит казино)... Что же на такой очевидный факт скажет режиссер? А он и не отрицает аналогии, хотя уточняет, что его герои — люди более современные. Если в “Месте встречи” они прятались по погребам и загородным домам, то сейчас воры обсуждают волнующие их вопросы в ресторане.

— Чем отличается старшее поколение от молодого? В первую очередь традициями воров старшего поколения. Их закон призван упорядочить жизнь криминалитета. “Смотрящий” в зоне — как правило, вор в законе, призван следить за тем, чтобы не было беспредела, не обижали слабых, чтобы был порядок. Потому что где есть анархия, там сразу начинается насилие. Говорят, что пахан — это самый плохой. Нет. Пахан как раз всю зону держит в рамках определенного приличия. А у молодых такого закона нет.

Структуру криминального мира в “Антикиллере” можно изучать как по учебнику. Помимо вышеперечисленных “стариков” в нем присутствует группа “молодых” с главными паханами в лице Александра Балуева (Шаман) и Евгения Сидихина (Баркас). Банду отморозков-“беспредельщиков”, живущих абсолютно не по понятиям, возглавляет Виктор Сухоруков, он же Амбал.

Как легко догадаться, трем конкурирующим группировкам непросто жить вместе. Всю кашу из хитроумных комбинаций заваривает Лис (Юрий Куценко) — бывший майор уголовного розыска, только что вышедший из тюрьмы. Он разжигает конфликт №1 — между лидерами Шаманом и Баркасом. Причем Лис — это далеко не образ Рэмбо. В основном он делает все чужими руками, занимаясь комбинаторикой.

Конфликтная линия №2 проходит между двумя старыми ворами. Жесткий и правильный Крест (Сергей Шакуров) отсидел лет пятнадцать на зоне. По воровским законам его место теперь должен занять другой авторитет. Им собираются сделать Ульянова, которому, понятно, совсем не хочется обратно на зону.

Конфликт №3 олицетворяет Амбал (Сухоруков) — дитя помоек, полный урод в душе, который устал быть бедным. Крайне жестокий персонаж, с улыбкой тушащий бычки о проститутку. Достанется ему только в финале, когда Лис с друганами так же легко отрежут ему уши. В общем, ясно только одно: положительных персонажей здесь нет.

Картина должна выйти к июню, однако финал — жестокую кровавую бойню — уже отсняли. Бандитскую разборку актеры и сотня человек массовки вполне натурально сыграли на пустыре в Кронштадте, пугая своим видом окрестных жителей. Теперь в планах режиссера — добавить фильму еще больше экшна: например, разбить “Ягуар” 2000 года и несколько подобных крутых тачек. Модный саундтрек из электронной западной музыки также обещается.

— Егор, говорят, что ты отлично вошел в стилистику и эстетику картины. Откуда познания, из личного опыта?

— Мы все-таки делаем вымышленную историю. Что касается околобандитской среды, то я не думаю, что разбираюсь в этом лучше всех. Дело в том, что все мы занимались бизнесом и знаем, что такое, когда на тебя наезжают. И если кто-то говорит, что у него не было крыши — это исключения. У всех была бандитская, ментовская, ФСБшная крыша — какая угодно. И пара людей оттуда были моими приятелями — я никогда не задавал себе вопрос, чем они занимаются в свободное от дружбы со мной время, но их профессиональная принадлежность была вполне определенна...

— Корецкий как полковник милиции согласен со всеми деталями в фильме?

— Нет, отдельные элементы ему не нравятся. Например, по сценарию один из воров, Гангрена, печет хлеб — булки, крендели — и потом угощает других воров. У него такое хобби. А Корецкий говорит, что вор не может печь хлеб, потому что он вообще не имеет права работать. Но мы же снимаем не документальный фильм, а художественный.

“Антикиллер” — фильм не для интеллектуалов, хотя определенные эстетические элементы тем не менее имеются. Режиссер говорит, что вся присутствующая здесь субкультура, геральдика и феня “За базар ответишь — мазу потянешь” в принципе больше смешна, чем страшна. Однако феня используется в дозированном количестве, чтобы в ответ не запахло дурным вкусом.

На среднем пальце Ивана Бортника синеет татуировка — знак воровского отличия. Перечеркнутый по диагонали квадрат с закрашенной половиной означает “с детства на зоне”. Руки других участников сходки не менее разукрашены чуть размытыми воровскими иероглифами. Интересно, кто же консультирует съемочную группу в этом вопросе?

— Геральдику мы изучаем по специальным книжечкам-справочникам, необходимым в МУРе и органах, — говорит режиссер. — Каждая из наколок символизирует иерархическое положение ее носителя, количество ходок в тюрьму и место, где сидел. Я в этом не очень разбираюсь. Я наш-то фамильный герб Михалковых (произносит с ударением на “а”. — М.К.) расшифровать не могу...

“Авторитет” Бортник замечает, что в принципе наколки видны в кадре не будут, но тем не менее они важны актерам для создания образа. “Отцу” Ульянову, наоборот, наколотые перстни на пальцах никак не помогают в роли, но раз оператор сказал, что так надо, значит, надо. Ульяновская наколка с короной, выдающая в нем “вора в законе”, — лишь скромное дополнение к черному бархатному костюму-фраку и шелковому шейному платку. Все вместе, с сильной актерской хрипотцой, это напоминает “крестного отца” в исполнении Марлона Брандо.

— Главное тут не то, как он одет, а что у него внутри, — раскладывает свой образ мэтр. — Мой герой в одной из сцен произносит, что из-за ранения он потерял голос, и поэтому моей придумкой было говорить так тихо и хрипло. А потом уже оказалось, что это очень похоже на то, как играл Марлон Брандо...



Партнеры