Выше - только веревка

20 февраля 2001 в 00:00, просмотров: 174

Раннее утро, понедельник, улица Ильинка. Сюда, наискосок от Гостиного двора, раз в неделю возвращаются советские времена. Обмотанные шарфами граждане и гражданки пишут на руках номера, проводят переклички, ругаются застуженными голосами — после проведенной на морозе ночи.

Только эта очередь не за венгерской колбасой или кремом для лица — за справедливостью. Люди стоят в приемную Верховного суда России.

Понедельник — день особый. К дежурным-то судьям легко записаться в любой день, и назавтра — пожалуйте на аудиенцию. Все жалобы на вступившие в силу приговоры низших судов будут рассмотрены.

А вот в понедельник, если очень-очень повезет, можно записаться на личный прием к руководителям Верховного суда: самому председателю Вячеславу Лебедеву и его заместителям. И ходоки стекаются со всей России:

— На местах ничего не решают. Боятся...

— Мы ищем здесь правду! Там, дома, все куплено.

7.50. Начинается драка. Несколько мужчин покрепче стараются оттереть друг друга от закрытых еще дверей приемной. Дамы, вытесненные на периферию, только попискивают. Над головами мелькают сжатые кулаки, слышны ругательства.

8.00. Из здания выходит милиционер и приглашает инвалидов. Плотная группа просителей отделяется от толпы и следует за ним к главному входу. Прочие тоскливо смотрят им вслед. Поскольку сегодня запишут всего человек двадцать (каждый из зампредов ВС принимает раз в неделю по 10—12 человек), остальным придется дожидаться следующего понедельника.

9.00. Толпа начинает медленно двигаться в сторону метро. На сегодня — все. Кто не успел — тот опоздал. В этой очереди иные проводят до полугода.

...Господин Андреев из Удмуртии уже четыре года безрезультатно “бодается” с Горьковским автозаводом. Жилищный иск Игоря Красникова из подмосковного Чехова к АО отказались рассматривать несколько инстанций. Работница костромской птицефабрики приехала в столицу, чтобы отстоять права рядовых акционеров...

— Вот, смотрите! — парень с явной военной выправкой рвет на себе куртку. Я со страхом опускаю глаза: что там? Пистолет? Незаживающие раны? Но на животе у парня всего лишь сумка с документами.

— Тут у меня льготы: афганские, абхазские, чеченские... А что толку?

Николай Озеров получил от своей части квартиру в Краснодаре. Потом его послали на китайскую границу. Жена осталась дома. Когда офицер наконец вернулся из суровых степей Забайкалья, ни жены, ни жилья, ни прописки у него уже не было. Райсуд принял решение в пользу бывшей супруги. Прокуратура края это решение отменила. Но пока Озеров два года дожидался следующего судебного процесса, он успел выйти в отставку. Чтобы получить паспорт и прописку, зарегистрировался у родителей. Поэтому новое судебное решение опять оказалось не в его пользу. Теперь приехал за правдой в Москву.

— Дома мне конкретно сказали: твоя жена дала 30 тысяч. Хочешь выиграть дело — давай 40. Если уж тут не помогут — тогда все... Выше — только веревка!

Свою жалобу можно просто бросить в деревянный ящик, установленный в приемной. Но ходоки за справедливостью даже к личному приему у дежурных федеральных судей относятся скептически:

— Что вы, ничего они не решают!

Каждый из тех, кто ночует у дверей Верховного суда, желает попасть к “самому наиглавнейшему”.

— Эти очереди образуются не по нашей вине, — объясняет пресс-секретарь Верховного суда Николай Гастелло. — Мы и так рассматриваем до 19 тысяч жалоб в год.

— Между прочим, личного приема нигде в цивилизованных странах вообще не ведется. Если жалоба оформлена правильно, хорошим адвокатом, все документы в порядке — она обязательно будет принята к рассмотрению, — уверяют работники приемной. А нездоровый “лом” граждан, желающих непременно лично пообщаться с руководителями Верховного суда, объясняют исключительно российским менталитетом.

Но так ли это? Ни для кого не секрет, что судебная практика в России очень заволокичена. Сроки рассмотрения дел безбожно затягиваются. Почти половина гражданских исков — о восстановлении на работе, по жилищным спорам, о лишении родительских прав — рассматривается месяцами и даже годами. А в уголовных процессах обвиняемые годами содержатся под стражей.

Судей катастрофически не хватает. Сейчас в среднем по стране 1 судья приходится на 9,5 тыс. человек населения. Для сравнения: во Франции — на 6 тыс., в ФРГ — на 4, в Англии на 3 тыс. человек). Поэтому на каждого российского судью приходится около 50 дел в месяц — что в 2,5 раза больше нормативной нагрузки.

Вот и остается людям одна надежда — на Верховный суд. Который, по их разумению, все расставит по местам.



Партнеры