Половина "марсиан" рассекречена

22 марта 2001 в 00:00, просмотров: 367

В позапрошлом выпуске “Автоклуба” мы задались, казалось бы, невинным вопросом: а собственно, какому именно региону России принадлежат номера с кодами “94” и “98”, которые совсем недавно появились в Москве?

Обращения в различные инстанции структур МВД не дали, как вы помните, никаких результатов, и наш вопрос об их принадлежности рассматривался ответственными работниками, видимо, как бред сумасшедших.

Тогда мы забыли упомянуть о трех версиях, которые рассматривались в качестве возможных. Первая — это новые номера Чечни, вторая — спецномера МВД, и третья — машины, принадлежащие космодрому “Байконур”. И лишь с помощью наших читателей нам удалось установить истину.

Но начнем с версии №1. Версия Чеченской Республики отпала сразу, и частично еще неделю назад ее прояснили в ГИБДД Москвы. С 1 апреля прошлого года по приказу начальника Главного управления ГИБДД МВД РФ Владимира Федорова ликвидируются все номера Чечни с индексом “20” (“они вскоре исчезнут вообще”), и после перерегистрации “поле боевых действий” будет переведено на индекс “95”.

Версия №2 — спецномера МВД. Она не лишена правдоподобия, ибо согласно приложению №1 приказа МВД России от 30 июля 1993 г. №362 цифровые коды регионов РФ с “90” до “98” находятся в резерве МВД России.

И, наконец, третья версия — г. Байконур. Она оказалась наиболее правильной, на наш призыв откликнулись аж два обладателя машин с номерами кода “94”. Оба подтвердили, что “94” — это код г. Ленинска (более известного как Байконур) Кзыл-Ординской обл., находящегося в... Казахстане. Но какое тогда отношение имеет некий регион Казахстана к России? Оказалось, что все просто.

Весной 1992 г. космодром Байконур, как и все военные и космические объекты союзного значения, был указом президента Назарбаева объявлен собственностью Республики Казахстан.

Однако в течение последующих двух лет положение здесь было мало кому понятным. Космические старты по-прежнему осуществлялись российскими специалистами, в городе Ленинске хозяйничало Министерство обороны России.

В феврале 1994 года проблема, казалось, была урегулирована — между двумя странами был подписан специальный договор, согласно которому производился некий раздел имущества космодрома. Стороны договаривались о том, что арендатор — Россия — будет ежегодно выплачивать юридическому хозяину космодрома — Казахстану — по 115 миллионов долларов, для чего в российском бюджете должна была появиться специальная расходная статья.

Очень скоро стало ясно, что договор об аренде являлся чисто политической декларацией двух президентов с целью успокоить общественное мнение и дать хоть какую-то возможность космодрому выполнять свои функции на правовой основе. Ни в 1994-м, ни в последующие годы Казахстан так и не получил ни одного цента из оговоренных 115 миллионов долларов в год. Все обращения казахстанской стороны о погашении задолженности наталкивались на встречный аргумент: Казахстан сам должен России очень много и по самым разным статьям. Это и электроэнергия, и железнодорожные перевозки по территории России казахстанских грузов, и транспортировка нефти через систему российских трубопроводов, и многое другое.

Препирательства из-за взаимных долгов продолжались до октября прошлого года, когда в Алма-Ату прилетел президент Борис Ельцин. После недолгих переговоров со своим коллегой Нурсултаном Назарбаевым Борис Николаевич в очередной раз торжественно объявил о том, что между двумя странами больше нет никаких проблем, а в вопросе о долгах решено остановиться на “нулевом” варианте — никто никому ничего не должен.

Но Назарбаеву тогда удалось все же “выторговать” для Казахстана выгодную дату отсчета, когда вступил в силу этот “нулевой” вариант. Долги решено было простить друг другу за период до 31 декабря 1997 года, а с начала 1998 года начать новый отсчет.

Именно тогда и появилась идея использовать спецномера с индексом “94” для тех россиян, которые служат на космодроме. Позже из Казахстана часть машин была продана в российские города по доверенностям, и они уже второй год колесят по бескрайним просторам нашей многострадальной родины, появившись теперь и в Москве.

Только вот одно непонятно — почему из пустякового дела надо было делать какой-то секрет. Что касается региона “98”, то до сих пор нам так и не удалось выяснить его принадлежность. Может быть, и в этот раз читатели помогут?





Партнеры