Пропащие души

21 июля 2001 в 00:00, просмотров: 567

Минувшая неделя была по-своему уникальной: с прошлой пятницы в столице не расстреляли ни одного человека. Между тем с начала года в Первопрестольной киллеры обнажали стволы уже 46 раз. Как видно из таблицы, чаще жертвами наемников становятся славяне. Оно и понятно: все-таки в Москве живем. В последние месяцы несладко приходится уроженцам солнечной Армении, почти вровень с ними идут представители Земли обетованной и соседи из Азербайджана. Далее — украинцы, дагестанцы, чеченцы. Был даже один эстонец. Естественно, чаще всего от пуль наймитов страдают коммерсанты и бандиты, но четыре раза покушались и на сотрудников госучреждений.

Однажды лучший друг советских физкультурников, будучи не в самом веселом расположении духа, изрек в адрес одного из провинившихся соратников: “Нет человека — нет проблемы”. Секретарь аккуратно записал историческую цитату. Проблема действительно исчезла, не прошло и 24 часов. А генералиссимус, возможно, даже сам того не зная, дал установку своим вассалам на много лет вперед. Действительно, что может быть проще? Мешает тебе дядя Вова или тетя Света или какой-нибудь Рубик-джан с Фридой Соломоновной? Убрать! Пара-тройка звонков, глядишь — нет больше Фриды Соломоновны, как будто ластиком стерли. Правда, через месяц-два наблюдательная старушенция вспомнит, что давно не видела соседку, ну и что? Почешет в затылке — да и пойдет дальше. Мало ли куда Фрида уехала. Может, на историческую родину подалась...

В новом веке заветы вождя получили вторую жизнь. Двуногие твари, которым убить человека — что сигару выкурить, с восторженными криками “Товарищ Сталин, вы большой ученый!” воплощают его афоризмы в жизнь. Люди в Москве пропадают, как в Бермудском треугольнике. Если бы родственники исчезнувших присоединились к белорусским вдовам, которые сейчас колесят по миру в поисках правды, пришлось бы зафрахтовать несколько самолетов. У нас в отделе шкаф ломится от объявлений о пропавших гражданах — при желании можно все восемь страниц газеты заполнить фотографиями сгинувших людей. Где они, эти пропащие души? Кто их стер из жизни? Для кого эти несчастные в свое время стали проблемой? Если бы знать... И не думайте, что бесследно исчезают только толстосумы, депутаты или одинокие владельцы квартир. Такое может случиться с каждым. Пустячный конфликт с родственниками, мимолетная ссора — и тебя на этом свете уже днем с огнем не сыщешь. Сколько их упало в эту бездну, разверстую вдали...

Март. Раннее утро. Осташковская улица, северо-восточная окраина Москвы. Дворник заступает на вахту и заученным движением опорожняет мусорные урны возле безликих многоэтажек. Одна, другая, третья — привычный ритуал. Но что это? Трясущимися руками работник метлы вытряхнул из бежевого целлофанового пакета... руку, еще одну, потом две части бедер... Бр-р-р! Врагу не пожелаешь такой находки.

Других останков несчастного обнаружить не удалось. За несколько дней сыщики прошерстили весь район, опросили пьяниц, бомжей, психбольных, ранее судимых, старших по подъездам — убитый-то наверняка из местных... Но — увы, вычислить жертву не удалось. Никто не пропадал, не уезжал в длительную командировку. Дело умирало. Прошел апрель, май, июнь, а установить, чьи же руки нашли холодным весенним утром в урне, так и не удавалось.

Наконец детективам повезло. Кто помог? Конечно же, прекрасная фея. Шерше ля фам — это вам любой Пинкертон скажет. В знойный день к участковому явилась знойная женщина (простите за каламбур) и поделилась своими сомнениями: уже несколько месяцев не подает признаков жизни сосед. Человек почтенный, уважаемый, отставной подполковник, служил в погранвойсках КГБ СССР, в 1991 году уволился. Переехал? Сомнительно. У него атеросклероз, бедняга еле ходит... С кем жил? Дочка у него была. Та еще фифа. Тоже, кстати, куда-то смылась. А сейчас в его квартире какие-то азербайджанцы тусуются...

Стали проверять. Да, жилплощадь пограничника облюбовала семья из Баку. Внешне вполне респектабельные люди. Как сняли угол? У Вики, дочери хозяина. Правда, деньги отдают ее подруге Наталье. Вика, говорят, в отъезде.

Помчались к подруге. Да, Вика говорила, что сдает папину квартиру. Еще в апреле, когда она с бойфрендом некоторое время жила у Натальи. Не самые приятные постояльцы, честно говоря... Спали вдвоем на кухне, там же пьянствовали, днем собирали бутылки на вокзале, в общем — гуляй, рванина! А потом вроде бы Вика забрала отца, и втроем они уехали на Украину, в город Орехов Запорожской области. Родина батьки Махно, между прочим. “Вот, недавно звонили оттуда, — делилась впечатлениями Наталья, — прилично живут, и отец вместе с ними”.

Оперативники угрозыска УВД Северо-Восточного округа осторожно навели справки у коллег-“махновцев”. Туфта, сплошная липа... Вика с хахалем действительно обретается в Орехове, но никакого пенсионера с ними и близко нет. Решили провести обыск в квартире пограничника. И нашли... В ванной на плетеной корзинке для белья — брызги крови. И под плинтусом — красные пятна. Уже горячо. Двое оперов, Александр Мурадян и Андрей Бондарев, а также следователь Бабушкинской межрайонной прокуратуры Сергей Марченко, отправились в самостийную Украину. И... разминулись с парочкой буквально в несколько часов. Кто их предупредил? Или сработал инстинкт самосохранения? Возможно, тем более что местный шериф уже несколько раз вызывал москалей для беседы. Короче, Вика с кавалером удрали. Обратно, в Златоглавую. Сыщики тут же отрапортовали в столицу: встречайте, мол, запорожцев. Пассажиры едва сошли с поезда, как им сказали: “Пройдемте!”. И уже в милицейской машине друг Вики “раскололся”.

Все вышло случайно и абсолютно нелепо. 18 марта у парня был день рождения, 32 года. Праздновать решили в квартире Вики. Кворум был небольшой: именинник, подруга, ее отец и сосед по этажу. Соседушку под вечер увела жена — от греха подальше. Что было дальше? Убийца уже не помнит. То ли пограничник слишком бурно вспоминал боевую молодость, то ли потребовал, чтобы молодые сбегали за добавкой. Скандальчик перерос в драку, виновник торжества толкнул пенсионера, тот, падая, ударился головой об сервант... “Никто не хотел убивать”, — клянется задержанный. Ой ли? Увы, проверить эти показания практически невозможно.

Решение о похоронах принимали вместе. Опять же пригодился сталинский завет. Вика постелила коврик, злодей, поплевав на руки, взял топор... На следующее утро он выкинул руки и ноги в урну, а голову и туловище положил в мусорный контейнер на углу дома. Туда же отправились орудие убийства и “разделочный” ковер. Потом парочка съехала к Викиной подруге, и спустя месяц оба удрали к батьке Махно.

Собственно, преступник допустил всего одну ошибку. Выброси он все части трупа в один мусорный бак — убийство навсегда осталось бы нераскрытым. В то же утро туловище и голова пенсионера, а также топор и коврик, превратились в пепел на мусоросжигательном заводе. Тихая кремация... А если бы не бдительный дворник? А если бы не внимательная соседка? Кто и когда вспомнил бы, что жил на свете тихий, безобидный человек, в прошлом пограничник, любящий отец. Нет человека — нет проблемы. Помнится, Окуджава призывал: возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке. М-да... Совет хорош. Если бы еще заранее знать, с кем можно браться за руки, а с кем нельзя.

Наши “герои”, кстати, не пропадут в этой жизни. Поскольку все вещественные доказательства сгорели в печке, пока задержанному приходится верить на слово. А это значит, что его ждет обвинение всего лишь по статье 109 УК РФ — “Причинение смерти по неосторожности”. Максимум, что грозит парню, — три года тюрьмы. Вот так.



Партнеры