Куда ушли пещерные люди?

31 июля 2001 в 00:00, просмотров: 575

Загадочную пещеру, полную таинственных письмен, обнаружил 48-летний рыбовод-ихтиолог Виктор Мельников, приехав в гости к родителям в село Селявное-2 Воронежской области. Это пока единственная подобного рода находка, отрытая — в буквальном смысле слова — в данной местности. Корреспондент “МК” стал одним из первых, кому довелось побывать в еще недавно скрытой от глаз людских подземной обители.

“Сейчас вы ее увидите, я там почти все обследовал”, — Виктор приглашает меня в пещеру по-хозяйски, как к себе домой. И в самом деле, почему бы не похозяйничать, если до последнего момента в это подземное царство не ступала нога ни одного специалиста-археолога? А их Виктор ждет не дождется: после того как прибудут ученые, ему как первооткрывателю государство выплатит положенные 25% стоимости обнаруженного клада. А в том, что последний замурован в пещере, рыбовод не сомневается.

“Вы там у себя напишите, чтоб археологи сюда приехали и начали копать, а то у меня разрешения специального нет, — просит Виктор. — А я им покажу, где клад находится — за стеной в самом дальнем зале, на ней еще огромный крест выцарапан. Он и служит указателем”. Кладоискательство — это “хроническая болезнь” рыбовода Мельникова. Причем подземные сокровища Виктор упорно ищет в окрестностях родного села — говорит, что всему виной интуиция, твердящая о том, что рано или поздно старания будут вознаграждены. До сегодняшнего дня эти “обещания” оказывались бесплодными — самой ценной находкой кладоискателя был немецкий солдат Отто Шварц, коего Виктор откопал в близлежащем лесу. Да и то без пользы для себя: документы “законсервированного” со времен Великой Отечественной вояки “конфисковали” соответствующие инстанции, даже не сказав первооткрывателю банального “спасибо”. Через некоторое время Виктор отомстил — когда в нескольких километрах от Селявного-2 специалисты отыскали два немецких танка и пулемет, рыбовод самым банальным образом утащил находку из-под носа радостных следопытов, тщательно спрятав у себя в сарае. Не помогло — Виктора разоблачили, напоследок пообещав подать заявление в милицию. Но скандал хоть и заставил кладоискателя попритихнуть, мечту наткнуться на подземную сокровищницу убить не смог. И вот однажды...

“Пришел я как-то к тете Шуре Копейкиной — ей лет семьдесят, и она всю жизнь живет в этом селе, — рассказывает Виктор, — и говорю: “Эх, теть Шура, вот бы найти какую-нибудь пещеру, и чтоб обязательно в ней клад был”. А она мне в ответ: “Витя, а ведь такая пещера совсем недалеко от села”... Бабка Шура рассказала воодушевившемуся кладоискателю легенду, которую ей, в бытность босоногой девчонкой, поведала прабабка. Дескать, в паре километров от Селявного есть Лысая гора, названная так потому, что на ней практически нет растительности. А по соседству с Лысой — гора другая. Там-то и находится пещера, в которой после раскола православной церкви обитали спасавшиеся от преследований староверы. Впоследствии они покинули эти места и подались неизвестно куда. Взяв в долю своего друга Василия Сычева, кладоискатель начал действовать.

“Первым делом мы с Васькой сфотографировали гору со всех сторон, — рассказывает Виктор. — А когда снимки были готовы, сразу стало понятно, в каком примерно месте находится пещера”. Надо сказать, что местонахождение подземелья рыбовод вычислил весьма оригинальным способом: начитавшись умных книжек по археологии, коих, по словам Виктора, он одолел аж несколько сотен, кладоискатель наткнулся на интересную мысль. Дескать, в том месте, где находятся подземные пустоты, скапливается очень сильная энергия, которая проявляется на черно-белых снимках в виде шара, зависшего аккурат над месторасположением пещеры. На фотографиях, которые сделал Виктор, такой гигантский шар появился в одном месте. Правда, автору этих строк уникальные снимки увидеть не удалось — кладоискатель утверждает, что оставил их дома в Воронеже.

Несмотря на наличие “указателя”, с первого раза обнаружить подземелье не удалось — шар охватывал достаточно большую площадь. И Виктор с Василием начали раскопки “с чего бог послал”, ткнув для начала лопатой наугад. Порыли в одном месте, во втором — ничего. Ну а на третий раз... “В третий раз мы с Васькой взяли с собой соседского парнишку, которому было любопытно. Мы копаем, а он вокруг ходит. И вдруг как закричит: “Дядь Вить, смотрите!” Мы подбегаем, а возле него в горе — дыра метра два глубиной. Пока мы копали в одном месте, по соседству произошел обвал. Потом оказалось, что та дыра, которую мы выкопали, — тоже часть пещеры. Потому что с местом обвала она сообщается общим ходом”.

И вот мы с Виктором стоим на пороге лаза — иначе отверстие, по которому надо передвигаться чуть ли не ползком, не назовешь, — ведущего вглубь горы.

— Вперед, — командует Виктор и, приземляясь на колени, ползет. Мне, как гораздо более мелкой, удается передвигаться вприсядку. Спустя несколько метров можно выпрямиться — мы добираемся до того самого места, где произошел обвал. Сквозь дыру наверху виднеется небо, и меня охватывает какое-то странное чувство отстраненности от реальности, как будто поселившееся в пещере прошлое берет власть над настоящим. Виктор гордо демонстрирует свою находку — кресты, коих на меловых стенах выцарапано великое множество. Все они без каких-либо художественных выкрутасов, одинаковые по форме. Отдельные экземпляры по размеру несколько больше других, но проследить закономерность этого различия нам не удается. Кое-где в стенах выдолблены ниши, вероятно, предназначавшиеся для икон. А у самого основания “пола” — загадочные письмена, отдельные элементы которых напоминают перевернутые в обратную сторону единицы и некоторые буквы латинского алфавита. “Письменная” поверхность стены позеленела от времени, в то время как остальное пространство пещеры девственно бело. Объяснение этому можно дать одно: когда-то “зеленое место” было сводом пещеры, и лишь произошедший впоследствии обвал “опустил” его до уровня пола. Видимо, с того момента прошло не так много времени (“не так много” — понятие, конечно, относительное), чтобы “новообразованная” поверхность приняла такой же болотный оттенок. А, следовательно, и изображенные на белых стенах кресты “родились” гораздо позже, чем письмена — последние имеются только там, где “поселилась” зелень. Вывод напрашивается сам собой — в разные времена в пещере жили разные люди. Но кто они?

На сей счет старожилы Селявного-2 выдвигают несколько версий. “Слыхала я про эту пещеру, давно это было, — рассказывает 97-летняя бабка Марфуша. — Там какой-то угодник жил, а потом удушился. Говорят, вроде болел сильно”. — “Нет, там жили много монахов, — опровергают старушку другие аборигены. — Они прорыли подземный ход аж до самой Титчихи (состоящий из пяти дворов хутор в Воронежской области, где некоторое время назад были обнаружены пещеры), чтобы с другими такими общаться”.

Исходя из народных легенд, можно выдвинуть и другую версию: обнаруженная Виктором Мельниковым пещера есть не что иное, как начало (или конец — кому как удобно) подземного хода протяженностью в несколько сотен километров, который якобы был прорыт под Доном монахами, прятавшими там бунтовщика Степана Разина. Второй ход в подземелье будто бы находится в районе известного, также расположенного в Воронежской области музея-заповедника “Дивногорье”, знаменитого своими меловыми пещерами, которые в начале XVII века заселили православные монахи из Киева.

Виктор приглашает меня дальше, в глубь подземелья. Сейчас оно представляет собой систему из трех залов, проникнуть в которые весьма сложно. Для этого нужно принять чуть ли не позу зародыша, голова к коленям, и, ничего не видя перед собой, — вперед. Надо сказать, ощущения неприятные — волосы и спина то и дело “отираются” о безумно низко нависающие своды. Плюс ко всему в убеленной мелом голове прочно обосновывается мысль: а вдруг все это рухнет?

“Мы тоже сначала боялись, — радостно сообщает ихтиолог, — поэтому сразу вглубь и не полезли. А потом взяли литр самогонки, прямо в пещере выпили и обследовали до самого конца. Кстати, пили за духов, царство им небесное”. Но духов, похоже, тосты потомков тронули мало, и спустя некоторое время мужики ощутили на себе их дурной нрав. Желание проникнуть в один из залов едва не закончилась для приятеля Виктора плачевно — объемное тело селянина намертво застряло в узком лазе. Многочисленные попытки вырваться из западни и усиленные толчки друга не давали никаких ощутимых результатов. Мужики совсем уж было отчаялись, но жажда жизни взяла свое — с криками и стонами кладоискатель все же “выдернул” свою изрядно помятую плоть из дыры. И полез дальше, на сей раз уже в другой зал. Там-то и обнаружилась стена с выцарапанным гигантским крестом. Проникнуть дальше было нельзя — и без того небольшой зальчик казался еще более маленьким из-за обрушившихся меловых глыб.

“Неподалеку от этой горы всегда какие-то непонятные вещи творились, — взволнованно рассказывает Виктор. — Со мной еще в детстве странный случай произошел. Я поколотил одних ребят, и мой отец решил меня отлупить. Схватил веревку и погнался за мной. Я — от него, и помчался прямо по направлению к этой горе. И вдруг что-то заставило меня остановиться — передо мной на траве лежал непонятный светящийся шар. Я замер как вкопанный и почувствовал, что не могу сделать ни единого движения. И мой отец, которого я видел краем глаза, тоже остановился. А потом вдруг медленно повернулся и ушел. Когда я снова посмотрел на то место, где лежал шар, его уже не было, и наваждение сразу же прошло. Как это объяснить, я не знаю до сих пор”.

У стариков Селявного с горой — “хранительницей” пещеры и расположенной по соседству Лысой горой связано суеверие: если подняться на одну из гор в полнолуние и полежать на ней несколько часов, то человек “зарядится” жизненной силой и энергией на весь будущий год. Но упаси бог посетить эту местность в туманную ночь — неминуемо заблудишься и проблуждаешь до самого утра. В подобные переделки попадал не один селянин, несмотря на то что каждый из них был знаком с окрестностями с детства. Объяснений этому народная молва придумать не может, но верить продолжает упорно. Конечно, корней сельских суеверий не отыскали и мы, но кое-какие объяснения относительно обнаруженной пещеры получили. Вот как прокомментировала ситуацию заведующая сектором археологии музея-заповедника “Дивногорье” Татьяна Демитриенко — первый на сегодняшний день специалист, воочию лицезревший находку рыбовода:

— О том, что конкретно представляет собой данное подземное помещение, судить очень сложно, потому что находится оно в плачевном состоянии. Это, безусловно, кусок чего-то, но чего именно? Подземного хода? Просто пещеры? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно сначала установить форму помещения, а это позволят сделать только дальнейшие раскопки. Но не вызывает сомнения то обстоятельство, что в пещере действительно жили люди, которые и нанесли на стены кресты и надписи. По моим предположениям, первое появление этих людей можно отнести к началу XVII века — раньше эти места были нежилыми. Что же касается наличия на стенах надписей и крестов, то они появились в разное время, причем кресты — гораздо позже. Они выглядят намного свежее, чем надписи, изображенные только на позеленевшей части стены. Интересно и то, что эта пещера абсолютно не похожа на пещеры Дивногорья. Жившие там православные монахи не наносили на стены никаких знаков и надписей, стены во всех пещерах чистые. И, естественно, мне сложно предполагать, кто были те люди, которые обитали в пещере, обнаруженной в Селявном. Взять, к примеру, те же кресты — мне неизвестно, чтобы нечто подобное имело место в других, ранее обнаруженных пещерах. Хотя, с другой стороны, я могу и не знать — запас существующей археологической литературы очень скуден. Но однозначно могу сказать, что имеющиеся на стенах этой пещеры знаки — не руны, они слишком примитивны для рун. Точный ответ могут дать только узкие специалисты, которым потребуется здесь немало поработать.


Автор благодарит за помощь редакцию “Лискинской газеты”

и лично главного редактора Петра Бабенко.




Партнеры