Товарищ миссис

13 августа 2001 в 00:00, просмотров: 225

Мы привыкли мыслить стереотипами. Если, к примеру, выходишь замуж за иностранца, тем более американца, — считай, вытянула счастливый билетик. Ведь как думают наши российские золушки, цепляя заморских женихов: лишь бы были у мужа деньги да появилась возможность свалить в забугорье, а все остальное ерунда, в какой семье нет проблем... У нашей героини все наоборот. Она наполовину американка, наполовину француженка. Родилась и до двадцати трех лет жила в Нью-Йорке. Потом приехала в Москву изучать загадочную русскую душу. И так увлеклась этим делом, что нашла себе русского мужа, родила дочь Анни и уезжать никуда из России не собирается. Ее зовут Елена БЕТ ШАХТЕР, и она уже больше десяти лет живет вместе с нами.

Мы условились встретиться в центре Москвы. На мой вопрос, как я ее узнаю, Елена рассмеялась и ответила: “На американку я совсем не похожа...”

Она действительно выглядит как стопроцентная наша, но стоило нам заговорить о жизни, мужчинах и детях, как стало понятно, что мы смотрим на мир, любовь и секс во многом по-разному. Насколько мы отличаемся и каково это — быть американской женой русского мужа, об этом и пошел разговор.

— Я по образованию филолог, меня всегда интересовали другие страны и люди. С первым русским парнем я познакомилась в Нью-Йорке. Смотрю, стоит веселый паренек и продает какие-то значки и плакаты русские. Я подошла и спрашиваю: “Товарищ! Что здесь изображено?”. Ему так понравилось это мое “товарищ”, что он тут же пригласил меня на свидание. Так начался мой головокружительный роман с Андреем.

Мы с ним объездили всю Америку. Я вообще по натуре очень открытый и смешливый человек, почему-то здесь, в России, это многих шокирует.

Потом я приехала к Андрею в Москву, но в России наши отношения резко изменились. Пропала беззаботность, легкость... Сначала я столкнулась с бытовыми проблемами. В первый же вечер я решила приготовить любимому наше коронное блюдо — мясные шарики с макаронами. Пошли в магазин за продуктами. Он стоит и со стороны наблюдает, ему было интересно, смогу ли я все сделать сама. А я стою и ничего понять не могу. Какие-то чеки надо где-то пробивать, потом куда-то с ними идти.

На кухне тоже полная “труба”. Ищу миксер, тостер, ну хоть что-нибудь из домашней техники. Ничего нет. Однажды нашла нечто похожее на фен, только громадный, и давай им волосы сушить. Андрей вошел и чуть не умер от смеха. Оказывается, я пылесосом воспользовалась. Думала, раз у вас такой дефицит бытовых приборов, то и фены — доисторические.

Со стиральной машиной опять облом. Решила постирать, а про всякие шланги забыла. Короче, чуть весь подъезд не затопила. Сижу себе, по телефону разговариваю, а вода уже до щиколоток достает. Половину дня потом воду вычерпывала, а другую половину с соседями объяснялась.

Но это были еще цветочки. Ягодки пошли, когда начались психологические, а не бытовые проблемы. Я по натуре человек очень независимый, не люблю ни перед кем отчитываться. А мой бойфренд считал, что я, как и все предыдущие его девушки, должна делиться с ним всеми своими планами, обсуждать, согласовывать, чуть ли не спрашивать разрешения. Я ему говорю: “Если мы живем вместе, то не должны друг друга унижать ревностью и подозрениями”. Андрею же нужна была женщина, которая всегда была рядом. В результате мы расстались.

Были у меня и другие романы с русскими мужчинами, но все они быстро разваливались, причем по очень нелепым причинам. Даже странно, что из-за таких мелочей люди могут ссориться и не понимать друг друга. Как-то я с другом сидела в ресторане и, естественно, хотела сама за себя заплатить по счету. Почему должно быть иначе? Конечно, бывают приглашения на романтический ужин, тогда другое дело, но за обычный ланч я должна платить. Приятель же очень обиделся. Тогда я была моложе и потому в таких случаях начинала задвигать мужикам целые лекции про равноправие полов. Дура, в общем, была. Теперь я уже не такая.

Осенью 93-го года я работала в отеле “Рэдиссон—Славянская” администратором и познакомилась со своим будущим мужем - Максимом Стишовым. Когда я узнала, что Максим много лет прожил в Америке, меня это, естественно, заинтересовало. Чего лукавить, захотелось поговорить с родственной душой. И правда, он оказался почти американцем. Он писатель и сценарист. По его сценариям поставлены такие фильмы, как “Самозванцы”, “Затворник” и многие другие.

В то время я жила в гостинице, где работала. Поэтому, когда Максим предложил переехать к нему, я недолго ломалась. Мама моего мужа живет в соседнем доме, но в тот момент у них был конфликт, и меня ей не представили. Но я познакомилась с ней самостоятельно. Увидела ее на улице, подошла и сказала: “Здравствуйте, меня зовут Елена, я живу с вашим сыном”.

Мне показалось, что я ей не особенно понравилось. Разумеется, и сейчас, спустя столько лет, у нас есть определенные проблемы, но мне они кажутся естественными для невестки-американки и русской свекрови.

Например, свекровь хочет все про нас знать, давать советы, а мне этого не надо. Она обижается, но я воспитана не так, как вы, русские. Американская семья состоит из мужа, жены и детей, ни о каких родителях мужа-жены там не упоминается. Когда человеку исполняется восемнадцать лет, он уходит из семьи. Поступает в колледж или в университет и живет самостоятельно. Отношения у взрослых детей и родителей совершенно другие. Нельзя сказать, что родители уходят на второй план, но они в жизни детей не участвуют.

Моя мама умерла в 91-м году, а папа, узнав, что я выхожу замуж за Максима, был тоже не в большом восторге. Он воспитан на представлениях периода “холодной войны”, и потому определенные стереотипы живы в нем до сих пор.

Но он мне тогда сказал: “Это другая страна. Тебя могут не во всем понять, поэтому приспосабливайся. У тебя теперь русская семья, и проблемы обязательно будут. Научись сама их решать. Из каждой ситуации есть выход. И запомни, нет такой ситуации, над которой нельзя посмеяться”. С тех пор он в нашу жизнь никогда не вмешивался.

До рождения Анни между мной и мужем особых проблем не было. Максим считался с моим образом жизни, прощал мою бесхозяйственность. Зато потом все изменилось. Я считаю, что отец такой же родитель, как и мать. Поэтому он так же обязан вставать ночью к малышу, гулять с коляской, менять памперсы. Но муж этого понимать не хотел. Тем более что его друзья ему регулярно напевали: “Для чего тогда нужна жена? Разве это не ее обязанность — заботиться о детях?”. Меня их позиция жутко раздражала. Брак — это партнерство, мужчина должен чувствовать, что нужен в этой ситуации. К счастью, со временем Максим изменился, теперь он так же, как и я, чувствует ответственность за дочь.

Я до сих пор не могу понять, как это у вас принято говорить мужу: “Иди в другую комнату, отдохни. Я сейчас займусь ребенком, а потом тобой”. Мне не нравится, когда мужчина для женщины становится как бы вторым ребенком. Как-то мы пошли со свекром в ресторан, а он сидит и ждет, что ему закажет жена. Взрослый мужчина сам не может выбрать то, что собирается есть.

Или вот еще пример. Я испытала шок, когда услышала от одного мужчины, что он не знает своего размера обуви: “Спроси у жены, она знает!”. Разве это нормально?

Мой отец всегда сам принимал решения. И это нормально. А у моих русских друзей это не всегда так. Мой муж Максим, к сожалению, тоже не всегда принимает решения самостоятельно. Мне это, конечно, не нравится, но я делаю скидку на то, что Максим — творческая личность. Я же человек более решительный и многое в семье беру на себя.

Отношение к сексу у русских женщин и американок тоже различное. Например, я могу открыто сказать. А что тут скрывать? Мы живем один раз, упустишь — потом не вернешь. Но многих мужчин удивляет и шокирует такая откровенность. Некоторые мои приятели в России считают, что для нас, американок, секс — это разновидность спорта, что мы бесчувственные, как роботы. Что таким образом мы поддерживаем физическую форму и избавляемся от прыщей.

Но не подумайте, что я считаю русских мужчин хуже американцев. Наоборот! У меня много русских подруг, и я вижу, насколько ваши мужчины лучше наших. Конечно, у русских есть один большой недостаток — иногда они “бухают” в огромных количествах, — но зато какая у них широкая душа! За это можно многое простить и на многое закрыть глаза. Американцы расчетливее: “Сейчас ты получишь от меня колечко, а если станешь моей женой, то я куплю тебе браслетик, потом дойдет очередь до дома, машины”. Разве это жизнь? Тоска смертельная. Такая распланированная, шаблонная жизнь не для меня.

Конечно, как и в любой семье, у нас есть определенные проблемы. Например, я считаю, что Максим мог бы чаще делать мне какие-то маленькие сюрпризы. Мне не нужны шубы, машины, нет. Просто какие-то мелочи, которые помогают чувствовать себя женщиной, которую любят и которой дорожат.

А мужу наверняка хотелось бы, чтобы я была более хозяйственна. Я понимаю, что это не моя стихия по жизни. Но что делать? Стараюсь, чему-то учусь, а что-то приходит само.

Но есть в нашем браке главное: Максим уважает мою свободу, мои интересы, мое желание чего-то добиваться. И я безумно ему за это благодарна. Это и есть основа нашей русско-американской семьи, которая живет в России и уезжать никуда не собирается.



Партнеры