Саратовские страдания

13 августа 2001 в 00:00, просмотров: 454

Византийские богословы в стародавние времена разработали мудрую теорию “симфонии” — мирного и благодушного сосуществования двух властей, светской и церковной. Очень красивая теория! Правда, на протяжении двух тысячелетий трудно сыскать пример, чтобы император и патриарх жили душа в душу. Ну разве на Руси, в начале XVII столетия, после окончания Смутного времени, когда патриарх Филарет, будучи родным отцом царя Михаила, отечески журил и наставлял его. А так все больше светские владыки ссорились с церковными. Причем больше всего доставалось церковным. Даже царь Алексей Михайлович, по прозвищу Тишайший, на что любил “собинного друга”, патриарха Никона, но все ж не сдержался, лишил его за строптивость патриаршества и отправил на исправление в Соловки.
Про советский период говорить не приходится — не жаловали большевики российское духовенство. Расстреливали, томили в тюрьмах, решив раз и навсегда искоренить религию. Боролись не за страх, а за совесть. Так что забыли обо всем необходимом, лишь бы свести на нет Церковь. Опамятовались лишь перед празднованием 1000-летия крещения Руси. Спасибо Горбачеву и экс-председателю Совета по делам религий Харчеву — вспомнили, что Русская церковь, оказывается, имеет заслуги не только на небе, но и на земле. Отпраздновали 1000-летие, а вскоре и большевизм приказал долго жить. Распустили Совет по делам религий, а вот вместо него ничего так и не создали. Есть, правда, какой-то совет при президенте, в который входят все представители многоконфессиональной России. Но это даже не совещательный орган, а скорее клуб по интересам. Помню, пришлось как-то побывать на одном заседании. Обиженные главы конфессий долго выясняли — кто больше льгот от государства получил. Те, кого обделили, очень обижались, а старший брат, митрополит Гундяев, утешал: мол, возрастом еще не вышли. Братья-украинцы поумнее — у них создан комитет на правах министерства по делам религий, а председатель комитета подчиняется непосредственно президенту и премьер-министру. Понимают — религия дело тонкое и архиважное.

В Москве полная симфония — восстанавливаются храмы и монастыри, проходит полным ходом реституция. Власти и церковное руководство живут душа в душу. Руководит реституцией архиепископ Арсений (Епифанов). Захотел отнять у Историко-архивного института здание Синодальной типографии — кто ему докажет, что сия типография никогда Церкви не принадлежала, а была госучреждением даже до революции? В провинции все сложнее. Там как Ельцин надавал губернаторам суверенитета, так никто до сих пор ни крохи отобрать не может. Губернатор — царь и Бог.

Наиболее смышленые епископы вроде бы и не против, хотя знают, что, если даже самому умному и талантливому губернатору разрешить избираться не три, а четыре срока подряд, все равно бессмертным не станет. Рано или поздно придется ему умирать. А отпевать его, горемычного, придется ему, архиерею. Поэтому особо не перечат и даже иногда кадят — умно и тонко.

Саратовский губернатор Дмитрий Аяцков — личность заметная и яркая. Он мыслит себя преемником великого русского реформатора Петра Столыпина, который в годы первой русской революции был саратовским губернатором и показал революционерам во всей красе кузькину мать. Поэтому Аяцков во всем равняется на него. Даже храм близ своей малой родины, Балтая, возвел. Раньше называлось село Калинино, губернатор переименовал его в Столыпино и выстроил храм во имя благоверного князя Димитрия Донского. А в храме велел фреску написать святого благоверного князя Димитрия, своего небесного покровителя. Приехал архиепископ Саратовский и Вольский Александр освящать храм, глянул на фреску и обмер. Ну прямо живой Дмитрий Федорович! Стали тут чиновники доказывать, что Аяцков чуть ли не какой-то дальний потомок князя Донского и потому так похож. Но владыка человек богословски образованный, как-никак 10 лет был ректором московских духовных школ, про симфонию знает не понаслышке. Развернулся и уехал — не стал освящать храма.

Крут владыка, а губернатор еще круче. Недаром как-то Борис Николаевич, наш первый российский гарант, в порыве чувств назвал его своим 31-м преемником. Аяцков первым разрешил всенародную землю под магазины продавать, бесповоротно ликвидировал медвытрезвители, легализовал в отдельно взятой области проституцию и решительно поддержал Билла Клинтона в разгар сексуального скандала: “Билл такой классный парень — я даже завидую Монике Левински”. Решил он и владыку Александра уму-разуму поучить. Да только владыка тоже не прост оказался. Уехал к себе в Сергиев Посад, в свой маленький уютный домик, и в Саратов стал заглядывать крайне редко. Пишет из дому циркуляры, смещает маститых протоиереев, издалека руководит Саратовской семинарией, а к губернатору не заглядывает. Бедный Аяцков долго не догадывался, как ему изловить и ущучить архиерея. Решил его иным способом достать. Перекрыл все краны, по которым так называемое финансирование на восстановление духовности капало. Область и так не из богатых. Поволжских немцев, которых Сталин в начале войны по всей России-матушке раскидал и которые при нынешней демократии вообразили, что вот-вот восстановят им автономию в Саратовской области, губернатор в Германию выкурил. А на их место на развод цыган запустил. Ужасно плодовитый народец! Ясно дело — храмы в области не восстанавливаются, новые едва строятся, семинария на ладан дышит. Батюшки в Москву на архиерея жалобы строчат. Но епископ долго не хотел уступать, пока не сообщили ему, что злополучную фреску переписали. Убрали с храмовой стены портрет губернатора.

Из Москвы владыке Александру тоже мягко намекнули, что не след ссориться с преемником гаранта. Приехал владыка и храм таки освятил. Но испорченных отношений с губернатором исправить не удалось — по гороскопу губернатор “жасминовый” Скорпион. Журналистам как-то признался: “Знаю, я не подарок!” Саратовцы теперь с тоской вспоминают прежнего, ныне покойного епископа — веселого, ласкового со всеми архиепископа Пимена. Тот не был затворником — приглашали, всегда шел навстречу людям. Выступал и в университете, и в воинских частях, и в школах. И даже с властями умел ладить. Теперь все изменилось. Пока два владыки саратовского края ссорятся, вовсю трудятся на просторах Поволжья сектанты всех мастей. Они не сидят в храмах, не ждут, когда к ним кто-то забредет. Идут навстречу людям, стремясь просто и доступно излагать им истины христианства и других, порой весьма экзотических учений. Душа человеческая свята, она жаждет пищи духовной. А свято место пусто не бывает.



Партнеры