Евгений Безрученко: "У меня не получается набрать вес"

14 августа 2001 в 00:00, просмотров: 1815

В Японии он во второй раз стал чемпионом мира по плаванию в открытой воде. Казалось бы, что стоит нос задрать?! Но Евгений после того позвонил в редакцию сам. Не фыркал, когда спрашивала его о деньгах и проститутках, что очень большая редкость. И наконец, говорил легко и честно, что совсем невероятно.



— Какие впечатления от Японии?

— Да так себе, никаких впечатлений. Вот в Америке классно — здания другие, люди другие, еда — и та другая... А что Япония? Ну попробовал я сырую рыбу — не понравилась. По-моему, там все так же, как везде в Европе. Кормили как и в остальных странах, — “шведский стол”. Вот в Таиланде здорово. И по ценам, и вообще...

— Неужели вас там никуда не водили — я имею в виду на экскурсию...

— Водили. По магазинам электроники. Я купил себе ноутбук за 77 долларов. Подержанный. Все, что нашлось дешевого. Там нельзя брать технику, она вся запрограммирована на японский, и в России работать на ней просто невозможно. Был, конечно, магазин, рассчитанный на русских туристов, но нашлось два телевизора и два видеомагнитофона 95-го года выпуска. С товарищем нарвались на магазин мобильных телефонов по центу за штуку. А потом оказалось, что мобильные продают только местным. Потому что он отдаст цент, а потом еще пару сотен долларов заплатит в процессе использования. А с европейцем этот номер уже не пройдет. Просили переводчика купить, но японцы все жутко правильные, и он сказал, мол, не может свою страну обманывать. Я только один день гулял. Два дня ушло на соревнования, два — на отдых, когда меня трогать нельзя, один день я смотрел на марафон 25-километровый, и один день — на гулянья.

— Японцы правильные, говоришь, неужели там даже проституток нет?

— Есть. Правда, продажные девочки работают не так, как у нас, в открытую, а в ночных клубах. Ватерполисты ходили, узнавали.

— Скажи, а что там произошло на дистанции между нашим Дятчиным и итальянцем Пампаной?

— А вот что: судья этого марафона очень не любит итальянцев, и когда он заметил, что Пампана бьет по голове русского, то снял его с соревнований. Я считаю, незаслуженно. Потому что драки в воде — нормальное явление. Я на пятикилометровке как-то получил ощутимый удар в пах. Когда плывет толпа, это не так заметно, поэтому лет пять назад еще обращал внимание, а теперь уже привык. Главное, сдачи не давать, иначе тебя тоже снимут.

— Природа тоже соперник?

— Для меня — да. Я не переношу холодную воду. Если температура ниже 22°, значит, все — деревенеют мышцы. Да так, что все уже уплыли вперед, а я — мах левой, мах правой. Мне в скором времени предстоит плыть в 16-градусной воде. Произойти может все что угодно. И хотя там всего 1500 метров, на 1400-м может свести ногу. Сейчас мой врач обзванивает всех своих знакомых медиков, обсуждают, как решить эту проблему. Будет, видимо, особый цикл тренировок. Люди разные — вон Дятчин, он холодную воду любит.

— А с медузами “целоваться” не приходилось?

— Я вообще-то предпочитаю с девушками. Но от медуз до сих пор красные следы остались на коже. В Японии очень мутное и грязное море. Руки вытянутой не видно. У нас в Геленджике и то чище. Но это еще ничего — в 99-м году мы соревновались в Мраморном море, там медуз столько, что вода, как желе. Приходилось голову наклонять, чтобы лицо не обжечь. Они прямо ковром на воде плавают. А на Гавайях, между прочим, глубина 20 метров — и дно видно.

— Какую роль в твоей карьере сыграли родители?

— Очень большую. У меня мама — пловец, папа — пловец, они-то меня шестилетнего и привели в секцию плавания. Я, конечно, упирался. Что нужно шестилетнему ребенку — машинки, а я вместо этого в бассейн бегаю. Когда через день ходил, еще ничего, а вот каждодневный режим напрягал. Начинал упираться. Правда, я и ребенком-то был таким: родители сказали — я сделал.

— Сейчас они, наверное, за тебя счастливы?

— Я их пугаю, что уйду скоро. Я и на Гавайи ехал твердо уверенным, что это мой последний поход за медалями. У меня год назад тренер умер. Думал, это конец! А потом вместо него тренером стал мой бывший соперник Алексей Акатьев. И мы решили с ним — надо продолжать.

— Ты в школе хорошо учился?

— До школы олимпийского резерва хорошо, а потом никакой учебы не получилось. Сборы, соревнования... Но по математике у меня всегда была твердая “пятерка”. Папа МЭИ закончил, так он меня гонял будь здоров — 12 часов ночи, а я сижу задачки решаю: “Мама, я спать хочу!”. Зато контрольные делал и за себя, и за товарища-соседа.

— А сейчас где ты учишься?

— Где еще я могу учиться, как не в институте физкультуры, но учебой это сложно назвать.

— Ну да, ты зачеты на чемпионатах мира сдаешь...

— Зря смеешься. Со мной вместе учатся Буре с Курниковой. И если Буре, говорят, сам документы приносил, то вот Курникову никто никогда там и не видел.

— Как свободное время проводишь?

— Да нет у меня его! Вот 6—7 октября заканчивается сезон. Я собирался отдохнуть, а тренер говорит: “Не получится — в январе уже первый старт!”. Значит, с отдыхом не выйдет. Ну, недельку вырву, которая уйдет на ремонт квартиры и машины.

— Женя, а сейчас ты почему не на машине?

— Это все из-за вчерашнего урагана. Я друга хотел отвезти на вокзал. Мы кое-как до машины добежали. Я ключ в зажигании поворачиваю — машина даже не пикнула, понял, что уже не заведется. Бегом в метро, чтобы на поезд не опоздать. Успели. А в машину я еще не залезал. Времени нет.

— Что у тебя за марка?

— “Девятка”. Я ее подержанную взял. А расплатился с гонорара этапа чемпионата мира в Бразилии, где занял второе место. Кстати, очень нелепо занял. Шел первым, а там же надо на финише поднять руку и коснуться планки, я руку поднял, а до планки не достал, пока вторую поднимал, мой соперник успел вперед меня — 900 баксов проиграл. Мы потом с немцем и болгарином смотрели запись. Они долго надо мной потешались...

— На коммерческих соревнованиях тяжелее завоевать место?

— Конечно, конкуренция большая. От каждой страны по пять человек. И все сильнейшие. Оплачивают же не так, как в любительском плавании... Кстати, я туда от России один ездил, потому что это одно из самых хорошо оплачиваемых профессиональных соревнований. Ездил за свой счет — наша федерация поездки на коммерческие соревнования не оплачивает.

— И ты туда за деньгами поехал?

— В общем, да. Раньше был один спонсор — начальник спортивного клуба “Роснефти”. На собрании всем представился, рассказал, какие мы замечательные, со всеми лично заключил контракты. Потом мы неожиданно три месяца перестали получать зарплату, подходим к тренеру, а нам в ответ: “Контракт расторгнут”. Мы хотели подать в суд, но тренер отказался: “Знаете, — говорит, — какие у них адвокаты!”. С тех пор без спонсора живем. Единственный раз, когда я выиграл чемпионат Европы, нам заплатили по 30 тысяч рублей, и все. Конечно, мало... А тут недавно президент нашей федерации выступил с заявлением, что мы даже на Олимпийские игры поедем за свой счет.

— Тогда у тебя какие планы на будущее?

— Я все-таки хочу уйти в профессиональное плавание, чтобы деньги зарабатывать и жить по-человечески. Я уже на летний чемпионат России не поехал, заменил его на профессиональные соревнования. Или вообще уйду из спорта, точнее, не совсем уйду: хочу получить вторую профессию — менеджера по плаванию. А для этого необходимо получить соответствующее образование. Этим и собираюсь заняться в ближайшее время.

— Ты любишь плавать помимо соревнований?

— Нет, не люблю. Даже на море не езжу, еще и потому, что ненавижу солнце. Мы с друзьями три года назад дикарями поехали в Астрахань рыбачить. В прошлом году с товарищами ездил тоже на рыбалку в Подмосковье. Правда, рыбалка здесь — это несерьезно...

— Книги-то читаешь в свободное время?

— О, книги очень хорошо на сборах проглатываю. Детективчики всякие. Раньше, помнишь, были издания, которые днем с огнем не достанешь. Они у моей мамы в библиотеке лежат. Их на сборах и читаем.

— Ты моряком в детстве случайно не хотел стать?

— Нет, что ты. Не помню, но точно — не моряком. Даже когда в армию пошел, меня не во флот взяли, а в спецназ. “Дедовщина”? Нет, не было. Я ведь в спортбат попал. До меня там служил мой товарищ. “Деды” у меня спросили, где он да что с ним, и я, таким образом, остальное время службы тусовался уже в их компании.

— У тебя много друзей?

— Товарищей много — друзей нет.

— А как ты различаешь друзей и товарищей?

— Ну, другу я все доверяю, а с товарищем — ну, сходили пива попили, поболтали... Поверхностные отношения.

— Ты парень видный, поклонницы не донимают?

— Только одна. Но она женщина уже взрослая и донимает всех пловцов. Любит почему-то этот вид спорта. Может, когда нужно и не нужно, подарки дарить. Главное, отказаться-то нельзя — найдет домашний телефон и начнет названивать: ну возьми, ну возьми... Но деньги у нее никто никогда не брал, все в основном торты заказывали... Торт в 2 килограмма получить — не проблема. Одному она вообще подарила шикарный спортивный костюм за бешеные деньги. Странная женщина...

— Кстати, о тортах — ты сидишь на диете?

— О какой диете идет речь, когда мне, наоборот, надо вес набрать, а не получается. Лопаю все высококалорийное. Пловцам очень нужна жировая прослойка. Но почему-то что ем, что не ем... Все равно калории куда-то уходят. Сейчас над этим вопросом мой врач работает. Буду специальные препараты употреблять...



Партнеры