В браке с папертью

25 августа 2001 в 00:00, просмотров: 273

Сегодня в столице редко можно найти станцию метро или угол какой-нибудь оживленной улицы, где бы люди не просили на хлеб насущный. Если судить по числу нищих в Москве, кажется, что страна еще никогда не опускалась так низко. При этом создается впечатление, что еще каких-нибудь пятнадцать-двадцать лет назад нищие на улицах встречались крайне редко и были пятном на репутации советского общества. Однако это не так.

Как удалось узнать репортеру “МК” из закрытых постановлений партии и правительства времен Советов, в СССР тоже процветало нищенство, причем даже на партийном уровне. Оказывается, целые деревни в полном составе, включая комсомольцев и коммунистов, избирали эту сферу деятельности своей профессией, становились в ней передовиками производства, создавали целые династии нищих.

После окончания Великой Отечественной войны толпы нищих — солдат–калек, беженцев, людей из разоренных войной городов и деревень — заполнили все города и веси Советского Союза. Их количество исчислялось сотнями тысяч. Практически не было населенного пункта, на улицах которого не просили бы подаяние “счастливые граждане” советской страны. 23 июля 1951 года был издан секретный Указ Президиума ВС СССР “О мерах по борьбе с антиобщественными паразитическими элементами”. Он был призван положить конец такому “позорному”, по мнению властей, положению, когда в крупных городах на улицах и площадях “страны победившего социализма” стояли тысячи нищих. Но проблема была в том, что всего 10% от задерживаемых нищих были профессионалами и могли быть подвергнуты перевоспитанию. 70% от числа нищих составляли действительные инвалиды, а еще 20 — “впавшие во временную нужду”. Запихнуть всех бродяг и нищих в тюрьмы, дома инвалидов или трудоустроить не получалось. Найти работу удавалось не более 2—3% нищих. Специализированных заведений не хватало, некомплект составлял примерно 80% (!). Многие высылаемые возвращались обратно.

Через два с половиной года после появления указа, 20 февраля 1954 года, министр внутренних дел Круглов пишет в ЦК докладную: “МВД СССР докладывает, что, несмотря на принимаемые меры, в крупных городах и промышленных центрах страны все еще продолжает иметь место такое явление, как нищенство”. Для ликвидации проблемы министр предлагал создать специальный орган внутри МВД, закончить строительство специализированных домов инвалидов “с особым режимом”, куда можно было бы запереть попрошаек, разрешить сажать нищих в КПЗ. И лишь в самом конце этого списка карательных мер содержалось самое существенное предложение, способное ликвидировать нищенство (кроме профессионального), — “предусмотреть выдачу пенсий лицам, ставшим инвалидами в детстве, вследствие несчастных случаев, одиноким престарелым”. После реализации предложений Круглова количество нищих хоть и уменьшилось, но все равно продолжало приводить в ужас интуристов, а вместе с ними и партийные органы. Так, во второй половине 50-х в Ленинграде по праздникам на Невском проспекте собиралось до двух тысяч нищих.

Впрочем, кроме “обычных” побирушек существовали еще и нищие профессиональные, передававшие свои умения из поколения в поколение. Из документов ЦК КПСС мы узнаем о существовании целого района в Калужской области, население которого профессионально занималось нищенством... еще с конца XIX века. Только в одной из деревень этого района — колхозе “Рассвет” — было 270 хозяйств, чьи владельцы отнюдь не были бедняками. Процветала и сдача детей напрокат — за 300—500 рублей. Нищенствовали все — коммунисты, комсомольцы, депутаты сельсовета, бригадиры. Профессиональное нищенство породило даже специфический брачный обряд — перед свадьбой девушка должна была отправиться на нищенство и напросить себе на приданое для жениха и на свадьбу. В случае отказа сделать это она была обречена оставаться старой девой. На этом обычае кормились многочисленные брачные аферисты. Так, один из них, некий Жуков, успел за короткое время заключить аж пять браков и скоренько развестись, оставив приданое себе. Попытки партийных органов бороться с этим явлением ни к чему не приводили. Не действовали ни постановления калужского обкома, ни решения Совета Министров РСФСР, ни даже грозный ЦК КПСС.




Партнеры