Гильотина для "Курска"

3 декабря 2001 в 00:00, просмотров: 249

Пока в плавдоке поселка Росляково следователи Главной военной прокуратуры разбираются в завалах “Курска” и извлекают из-под них тела погибших моряков (еще одно было найдено буквально вчера), специалисты размышляют, как им утилизировать погибшую субмарину. Но с главным вопросом они уже определились — лодку будут разделывать на судоремонтном предприятии “Нерпа”. Корреспондент “МК” побывал в городе Снежногорске, где оно находится, и делится своими впечатлениями от увиденного.

Предприятие “Нерпа” в своем роде уникально. Более того, долгое время все, что было с ним связано, было покрыто тайной. В святая святых допускался лишь узкий круг специалистов, а весь персонал завода перед приемом на работу давал подписку о неразглашении государственных секретов.

Из досье “МК”.

В 1964 году правительство приняло решение о строительстве в незамерзающей бухте Кут Кольского полуострова секретного объекта — Северной сдаточной базы, позже ставшей судоремонтным заводом. Четыре года спустя завод получил наименование “Нерпа”. Предприятие входило в состав Минсудпрома — одного из самых закрытых министерств бывшего СССР. Секретностью была окружена вся деятельность “Нерпы” — почти 20 лет завод занимался ремонтом и переоснащением атомных подводных лодок и надводных кораблей Северного флота.
С 1994 года “Нерпа” — основное предприятие на Кольском полуострове, занимающееся утилизацией подводных лодок. Уже тогда специалисты столкнулись с острейшей проблемой: темпы вывода из боевого состава флота субмарин и сроки их утилизации не совпадали. “Нерпе” катастрофически не хватало средств. Точнее, их не было вообще. Дело сдвинулось с места лишь после “запуска” программы американских сенаторов Нанна и Лугара — по их предложению конгресс США выделил на уничтожение оружия массового поражения — ядерного и химического — около 1 миллиарда долларов. Один из пунктов этой программы предусматривал, что оборудование для разделывания российских субмарин будет поставляться американскими фирмами.

Продекларировать намерения одно, а воплотить их в жизнь — совсем другое. С последним сразу появились проблемы. Иначе чем объяснишь такой факт: из 189 атомных подводных лодок, выведенных из эксплуатации российского ВМФ, 105 до сих пор держат в отстойниках. Только на Северном флоте подлежат утилизации 65 атомных субмарин, причем 57 имеют на борту ядерное топливо. Но, даже после того как его выгрузят и реакторы удалят из субмарин, проблем не станет меньше. Во-первых, срок их хранения в губе Сайда — на плаву с приваренными цистернами живучести — определен в 10 лет. Время идет, техническое состояние объектов, постоянно находящихся в морской воде, ухудшается, а до утилизации дело никак не доходит. Во-вторых, обеспечение безопасности плавучего реактора требует все больше и больше средств. Не найдутся они вовремя — жди радиационной беды.

За семь лет на “Нерпе” приобрели солидный опыт по разделыванию атомных субмарин. На предприятии уже была проведена полная утилизация АПЛ класса “Виктор-I”, “Чарли-II” и ряда других — всего 20 подлодок. Не случайно, когда в Баренцевом море случилась трагедия с “Курском” и было решено поднимать затонувший атомоход, местом его дальнейшей утилизации определили именно Снежногорск, предприятие “Нерпа”. Причем, как рассказал корреспонденту “МК” главный инженер Ростислав Римденок, “Курск” утилизируют вне очереди.

Справедливости ради заметим, что на “Нерпе” до сих пор не занимались разделкой субмарин такого класса (проект №949-А, класс “Антей”, по классификации НАТО — “Оскар-II”). Тем не менее специалисты предприятия уверены, что справятся с этой задачей. Технологически процесс утилизации подлодок различных проектов мало отличается друг от друга. Однако в работе с “Курском”, по словам Римденка, будут элементы новизны. Если говорить точнее, придется применять принципиально новую схему разделки.

Это в первую очередь связано с тем, что “Курск”, если можно так выразиться, “мертвая лодка”. Впервые утилизации подлежит субмарина с недействующими системами жизнеобеспечения — раньше на “Нерпу” атомоходы приводили на буксире, и ядерное топливо с них выгружалось на плаву.

С “Курском” ситуация иная. После того как следственная группа Главной военной прокуратуры произведет на лодке все необходимые действия, разрушенную субмарину перегрузят из плавдока №50, где она сейчас находится, в плавдок №42. Он и доставит АПЛ на “Нерпу”. Затем подлодку поместят в эллинг (так называется утилизационный цех), из реактора выгрузят ядерные компоненты, оставшиеся ракеты “Гранит” и только после этого приступят к ее разделке.

Как подчеркнул Римденок, проблеме радиационной безопасности на предприятии всегда уделяется особое внимание. А в случае с “Курском” меры предприняты беспрецедентные. Радиационный контроль будет присутствовать не только на каждом этапе утилизации, но и до нее — еще при поступлении подлодки на завод. А вот как будет примерно выглядеть сама разделка субмарины. При обнаружении на лодке радиационно загрязненных мест там проведут дезактивацию. Затем из атомохода выгрузят ядерное топливо, демонтируют часть оборудования. После этого в специальном цехе (эллинге) вырежут отсеки с ядерными реакторам и сформируют так называемый трехотсечный блок. Его перегрузят на специальное судно для последующей переработки и транспортировки.

Корпус подлодки поступит в цех механической разделки. Там пресс, поставленный фирмой “Харрис”, разрубит большие фрагменты прочного корпуса субмарины на более мелкие части. Причем слово “разрубит” надо понимать буквально. В основе работы пресса лежит принцип знаменитой французской гильотины. Поэтому-то и называют судоремонтники пресс гильотиной. Ее производительность — 73 тонны лома в час. Полученный металлолом затем проверяется на сортность, проходит еще раз радиационный контроль и поступает на реализацию.

Технический проект утилизации “Курска” разрабатывает ЦКБ морской техники “Рубин”. Однако пока он еще не закончен. Поэтому на заводе затруднились сказать, сколько дней займет утилизация “Курска”. Римденок назвал ориентировочный срок — примерно 5—6 месяцев. О стоимости работ на “Нерпе” вообще говорить не стали. Но корреспонденту “МК” удалось узнать, что, например, в США на утилизацию атомной субмарины подобного класса затрачивают от 30 до 50 миллионов долларов. У нас на это идет 6—8 миллионов долларов. Несоответствие главным образом объясняется разным уровнем зарплат российских и американских специалистов.

В самом Снежногорске к соседству с таким опасным предприятием, как “Нерпа” (оно в 4 километрах от города), относятся философски. Один житель объяснил это так: “Снежногорск расположен на высоте 189 метров над уровнем моря, а “Нерпа” — на нулевой. Поэтому, если что-нибудь рванет, облако все равно к нам не поднимется. Но из города мы уже не выберемся — дорога-то спускается вниз и проходит мимо завода”.

Снежногорск — Москва.



Партнеры