“РУССКИЕ СЕЗОНЫ” С ВИДОМ НА ФУДЗИЯМУ

11 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 351

Символ Японии — вулкан Фудзияма, который грозит вот-вот проснуться, — имеет пока вполне миролюбивый вид и напоминает пудинг, обильно присыпанный сахарной пудрой. Сейчас этот вулканический “пудинг” не прикрыт тучами и живописно смотрится на фоне синего-синего, не по поздней осени, неба. На таком красивом фоне в минувшую субботу в Японии, в городе Сидзуока, открылись “Русские сезоны”.

В отличие от исторических, парижских “Русских”, состоявшихся еще в начале прошлого века, японские “Русские сезоны” — абсолютно беспрецедентны. Во-первых, это первая полномасштабная российско-японская культурная акция, проводимая за 150 лет на государственном уровне.

— Вообще ее инициатором был Владимир Путин, — говорит директор Центра сценических искусств, знаменитый японский режиссер Тадаши Судзуки. — Год назад, во время театральной олимпиады, мы были у него на приеме в Кремле, и он сказал, что культурный обмен между нашими странами имеет очень большое значение.

Таким образом, “Русские сезоны” получили государственный патронат, и машина по их подготовке закрутилась параллельно в Москве (в лице Министерства культуры, Конфедерации театральных союзов) и в городе Сидзуоке. Почему именно в этом месте, больше известном своими плантациями зеленого чая и уникальным микроклиматом (океан, горы, горячие источники), а не в Токио? Выбор города центральной части страны не случаен: оказывается, один из первых официальных договоров между Россией и Японией был подписан в Сидзуоке еще за пять лет до отмены крепостного права в нашей стране. Естественно, что тогда Японию и Россию торгово-экономические отношения волновали больше, чем культурные. В 2002 году Сидзуока к своим экономическим достоинствам решил прирастить солидный театральный “капитал”.

“Русские сезоны” затеяны с размахом на два месяца, работают на разных площадках и представлены разными жанрами — драматические спектакли, балет, выставки, лекции, диалоги мастеров культуры. Все началось с балета — как когда-то на Земле все началось с жеста, а не со слова. На основную площадку в “Гранд Шипе” вышла балетная сборная из Большого театра, Мариинки и Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. Основательная японская публика интересовалась музыкальным сопровождением.

— А то в Токио в прошлом году Большой театр под “фанеру” танцевал! — сказала одна из зрительниц.

Балетная халтура время от времени в разных точках земного шара пытается подорвать репутацию той области искусств, где мы “впереди планеты всей”.

“Русские сезоны” со своей балетной программой свели на нет усилия очернителей. Во-первых, балет работает с симфоническим оркестром “Русская филармония” (бывший оркестр Ведерникова), во-вторых, представлен сильным составом: Нина Семизорова, Инна Петрова, Татьяна Чернобровкина, Юлиана Махалина, Марк Перетокин, Сергей Забабурин... показали высокий класс.

— Господин Судзуки, по какому принципу вы отбирали программу для “Сезонов”?

— Программу выстроил наш давний партнер — Конфедерация театральных союзов (Валерий Шадрин), а мы откорректировали ее с учетом национального менталитета. Если японцы слышат “МХАТ — Мейерхольд — Любимов”, то это для них аргумент.

МХАТ представлен в первых “Сезонах” не спектаклями, а интереснейшей выставкой “Чехов и Художественный театр”, которая разместилась на земле и в горах. Оба здания — предмет зависти любого театрального человека. Первый — “Гранд Шип”, но никакой он не “большой корабль”, а огромный, высотой примерно с двадцатиэтажный дом. Здесь трансформируются сцены и из двух залов без шума и пыли делается один или многосекционное помещение. Именно здесь сейчас идут балетные дивертисменты от России, а в ноябре и декабре выступят Таганка со своим “Марат Садом” и Мастерская Петра Фоменко с двумя спектаклями — “Волки и овцы”, “Война и мир”.

Здесь же — фотовыставка о Чехове и его постановках на сцене Художественного театра.

— Примерно 90 фотографий, — говорит директор музея Ирина Корчевникова. — Есть совершенно уникальные, которые никогда не выставлялись — например, грим Тригорина (рисунок Станиславского) или вот эта фотография Антона Павловича, сделанная с негатива, которому сто лет.

Рядом — пять макетов знаменитого художника Симова, а исторические костюмы уехали в горы, где спряталась еще одна сценическая площадка театра господина Судзуки. Вернее, две — одна под открытым небом. Живая декорация из бамбука, мандариновых деревьев и кустов зеленого чая плотно окружает сцену. Хочешь “Чайку” играй, хочешь — Сирано. Кстати, своего Сирано Судзуки-сан покажет в будущем году в Москве на Чеховском фестивале.

Переводчица Лена Накагава говорит, что здесь играют спектакли вплоть до января.

— А если дождь?

— В случае дождя зрителям выдают специальные накидки. Актеры же играют так.

— А если грим потечет?

— Здесь такой грим, что он не течет.

В другой зал — закрытый — зрители входят босиком, что и демонстрирует господин Судзуки, оставшись в традиционных японских носках таби — это когда большой палец строчкой отделен от остальных. Черный пол зала отполирован, как крышка концертного рояля. Заноз можно не бояться, и гвозди в полу искать бесполезно. Чудо японской техники позволяет “топить” сцену под зрителей, поднимать на высоту и, главное, — открывать любую из стен. Очень, должно быть, эффектно выглядит финал спектакля, когда стена, как двери, открывается, и лес, и небо, и даже старушка Фудзияма, почтительно называемая здесь Фуджи-сан, естественным образом входят в спектакль.

Пока же стены закрыты, и по всему периметру зала замерли подлинные костюмы Книппер-Чеховой из “Вишневого сада”, накидка Шарлотты образца 1899 года, мундир Вершинина, который на сцене носил Станиславский... Сукно, я вам доложу, отменное, хорошей мануфактуры. Абрисы костюмов отражаются в полу, и как будто слышны голоса про вишневый сад, про Москву и про “если бы знать”... Что только не почудится в таком гарном театре!

“Русские сезоны” продлятся до конца декабря. В начале недели балет переехал в город Отсу. А в следующем году десант из Японии высадится в Москве — откроет “Японские сезоны” в российской столице.




    Партнеры