СЕРГЕЙ СЕМАК: ТЕЩА ПРИНЕСЛА УДАЧУ

12 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 580

По итогам традиционного ежемесячного опроса “МК” лучшим футболистом октября был выбран Сергей Семак. Стоит ли напоминать, с каким блеском он подтвердил справедливость этого выбора, распечатав ворота красно-белых в решающем субботнем матче ЦСКА—“Спартак”.


С какой же теплотой я вспоминаю иногда рекламный щит с Сережей Семаком, красовавшийся пару лет назад на подступах к журфаку МГУ, что на Манежной площади. Идешь, бывало, на родной факультет, а тебе капитан ЦСКА улыбается. И почему-то сразу хочется учиться (кстати, Сергей окончил школу с золотой медалью)... А по ходу дела глотнуть прохладительного напитка, который он рекламирует.

Жена не ревнует его к поклонницам. Тем более — “чужим”...

Семака любят даже соперники. Болельщицы же соперников — так просто теряют голову. Как вы думаете, куда ринулись поклонницы красно-белых после феерического субботнего матча ЦСКА—“Спартак” на заснеженном стадионе “Торпедо”? Ответ прозвучал как откровение. Я услышала его непосредственно из уст Сережиной супруги Светы. Она девушка счастливая, любимая, а потому не ревнивая:

— Представляешь, только Сережа вышел из раздевалки, уставший и разгоряченный, как его тут же окружили... спартаковские болельщицы! Все хотели с ним сфотографироваться, наговорили ему кучу комплиментов.

— Тебя в тот момент рядом не было?

— Нет, мы с сыном дома игру смотрели. Илюшка постоянно простужается последнее время, я побоялась вести его на стадион. Но, господи, как же он переживал за папу! Бегал, кричал... Зато моя мама наконец-то вырвалась на “живой” футбол. Весь матч стоя смотрела — сидеть-то на обледенелых трибунах невозможно. Но, что характерно, мама даже не замерзла. Такой заряд бодрости испытала, такую радость за Сережу.

— Ты правда совсем не ревновала его к болельщицам, тем более к чужим?

— Я-то не ревновала, но все же странные они какие-то. Надо же так переметнуться...

— Осуждаешь?

— Скажем так, не совсем их понимаю.

— А как думаешь, болельщицы тебе завидуют?

— Иногда я сама себе завидую.



Красный мяч, белый снег на растрескавшейся земле...

— Нервничали мы сильно... — признался Сергей. Вообще, он человек неэмоциональный, его трудно вывести из себя. Но, похоже, предматчевый мандраж на этот раз неслабо прокатился по психике игроков, и капитан ЦСКА не был исключением. — Только минут за пятнадцать до начала игры успокоились — когда стало ясно, что матч все-таки состоится.

— Как думаешь, что заставило судью согласиться на проведение матча, ведь разметки почти не было видно?

— Знаешь, что охранники перед матчем говорили? “Если игры не будет, случится страшное. Настоящее побоище. И мы в таких условиях ничего сделать не сможем”.

— То есть выбора у судьи не было?

— Выбор был сложный... Думаю, он принял правильное решение.

— Интересно, что президент “Спартака” Андрей Червиченко говорил о плохом предчувствии, о погоде, о том, что для красно-белых было бы лучше перенести эту игру.

— Так ведь погода для всех одинаковая.

— Кстати, вас не раздражал красный мяч на белом поле?

— А ты права — спартаковская тема получилась... Хорошо, что мы об этом не задумались.

— Тебе приходилось раньше в таких условиях играть? Грязь, гололед — неизвестно, что хуже...

— Известно что — гололед, конечно. На самом деле мы играли в грязи. Подогрев ведь все время работал. Но я тебе честно скажу: это противно, но неопасно. А вот если бы подморозило, стало скользко, мы бы рисковали получить серьезные травмы.

— А как насчет пресловутого комплекса “Спартака”?

— А зачем думать именно о “Спартаке”? Ведь если обыгрываешь других, получаешь те же 3 очка. Хотя, что говорить, вырвать их у “Спартака”, тем более в такой игре, многого стоит.

— Страшно было проиграть?

— Очень. Слишком высоки ставки. Люди болели стоя, кричали. Мы каждым нервом чувствовали это, понимали, что не можем подвести. Каждый метр приходилось отвоевывать, чуть не сказал — кровью. Психологически это очень тяжело. Особенно когда чувствуешь, как отчаянно борется соперник и сдаваться не собирается. Зрителям казалось, что нам мешает метель, а мы все прекрасно видели. Сконцентрировались настолько, что снега даже не замечали. Разметки по сути просто не было. Сначала ее вроде краской прямо по снегу хотели нарисовать, но бесполезно. Тут же бы снова засыпало.

— Скажи, а в начале сезона ты рассчитывал, что ЦСКА станет бороться за победу?

— Мы такую установку еще раньше получили. Когда выполнили программу-минимум — выиграли Кубок России в этом году. Тогда руководство и сориентировало нас должным образом. Знаешь, я не люблю кричать: ЦСКА — чемпион, мы — лучшие! Как будто другие команды ничего собой не представляют. Я никогда не ставлю себя выше других. Я говорю только о конкретной игре. И если мы играли плохо, всегда признаю это. Но если победа заслуженная, как в эту снежную субботу, осознаю это с гордостью. За всю нашу команду. Для нас этот матч — исторический. Победа — тоже.

— А для “Спартака” жестокий удар...

— Мы выиграли справедливо. Это главное.

— Но, насколько я знаю, Олег Романцев счел судейство субботнего матча некомпетентным?

— Со своей стороны могу сказать, что для таких погодных условий арбитр справился достойно. Хотя я считаю, что первую карточку мне дали совершенно несправедливо. Никаких нарушений не было. Но ведь судьи тоже живые люди. Не убивать же их за это...

— Праздновали победу, признайся?

— Нет, конечно, ты что! Рановато еще. Потерпим.

— Остался самый принципиальный вопрос: ЦСКА или “Локо” — кто станет первым чемпионом России после “Спартака”?

— Шансы у нас равные.

— Признайся, что ты чувствовал, когда тебя окружили спартаковские болельщицы?

Тут Сергей впервые смутился.

— Ну они же просто хотели поздравить с хорошей игрой. Что тут особенного? Я привык, что ко мне подходят болельщики других команд. Часто узнают на улицах, любят поговорить о футболе.

— Оказывается, у тебя героическая теща: два часа мерзла на стадионе, стоя за тебя болела. Ты это чувствовал?

— Еще бы!



А на нейтральной полосе...

— Что-то слишком уж много стрессов у тебя в этом сезоне: то в Грузии матч сборных отменили, то теперь вот — решающую игру сезона едва не перенесли...

— Когда игра срывается, чувствуешь себя отвратительно. Столько готовишься, настраиваешься... А с Грузией... Если честно, очень не хочется снова ехать в Тбилиси осенью. Куда логичнее было провести этот матч на нейтральном поле. Но слова игроков тут веса не имеют. Все решают серьезные футбольные организации.

— Ты всегда такой спокойный, сдержанный. Что-то все-таки может выбить тебя из колеи?

— Из колеи меня ничто не может вывести. А разозлить любого человека можно. Меня, к примеру, подлость и несправедливость возмущают.

— Думаю, в твоей жизни справедливость восторжествовала: прежнее руководство ЦСКА лишило тебя капитанства, а нынешнее все расставило по своим местам.

— С нынешним руководством во всех отношениях проще. А что касается капитанства, то я такой же член команды, как другие. В моих обязанностях нет ничего сверхъестественного. Просто я один из лидеров, к моему мнению прислушиваются.

— Помню, ты говорил, что это очень сложная роль — быть буфером между командой и руководством...

— Сейчас система отношений в клубе — четко контрактная. Президент и главный тренер все контрактные условия беспрекословно выполняют. И никакие эмоции на справедливость их решений повлиять не могут.

— Ты уже восемь лет в ЦСКА. Какой год был самым трудным?

— Трудно сказать. С середины прошлого сезона началась серьезная селекция. Ставки в этом году сильно возросли. Но иногда, знаешь, я чувствую, как такая жизнь изматывает. Очень скучаю по семье. Так редко вижу Свету, сынишку. Ужасно хочется домой.

— А Илья Сергеич все такой же непоседа? Помнится, он секунды на месте усидеть не мог, требовал постоянного родительского внимания. Наверно, собираетесь отдать его в футбольную секцию?

— Не только в футбольную. Чем больше спорта, тем лучше.

— В прошлом году он ножку на санках сломал. Вылечили?

— Да, очень серьезная травма была. Илюша потом три месяца в гипсе ползал. Но ничего, поправился. Теперь еще непоседливее, чем раньше, стал. Пора отдавать его в детский садик.






Партнеры