ЖЕНА ИЗ “ДОМА ДУРАКОВ”

19 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 254

После того как картина Андрея Кончаловского “Дом дураков” взяла Гран-при на Венецианском кинофестивале, она была выдвинута отечественной киноакадемией на соискание премии “Оскар” в номинации “Лучший зарубежный фильм” года. Главную роль в фильме, о котором не слышал только ленивый, но видела очень ограниченная аудитория, сыграла актриса Юлия Высоцкая, по совместительству — пятая жена режиссера.

Краткая справка: Юлия Высоцкая. Родилась в Новочеркасске, Ростовской области. Закончила актерский факультет Белорусской академии искусств, а также London Academy of Music and Arts. Работала в Музыкальном театре им. Янки Купалы. Главные роли в спектаклях: “Оглянись во гневе” по Джону Осборну, “Безымянная звезда” по Себастьяну, “Лысая певица” по Эжену Ионеску и др. Снималась в фильмах: “Пойти и не вернуться” (реж. Николай Князев), “Игра воображения” (реж. Михаил Пташук), “Макс” (реж. Минно Мийес), “Дом дураков” (реж. Андрей Кончаловский).

— Юля, в “Доме дураков” вы играете душевнобольную девушку. Как проходила подготовка к фильму?

— Два месяца перед съемками я ездила в психоневрологический интернат, где общалась с людьми с похожим диагнозом. Ездить приходилось каждый день, поскольку жить там запрещено законом. Диагноз моей героини — Христова невеста. Как правило, это женский диагноз, который выражается в том, что человек уверен, что у него есть суженый. Раньше этот синдром часто наблюдался у монашек, которые считали, что принадлежат Христу, отсюда возникло название. По фильму моя героиня влюблена в Брайана Адамса. Она уверена, что он знает о ее существовании и приедет за ней.

— Вам не страшно было общаться с такими людьми?

— Нет, потому что с такими, с которыми страшно, общаться не разрешали. Я разговаривала со спокойными людьми с различными отклонениями.

— Вам действительно была интересна тематика фильма или вы снимались только потому что муж — режиссер?

— Потому что это хороший сценарий и написал его большой режиссер. А потом, в нашей стране очень немногие актеры находятся на позиции выбора — хорошо если вообще его кто-нибудь зовет.

— Тяжело работать с мужем на съемочной площадке?

— Если на съемочной площадке начинаются отношения муж—жена, кончается работа. Я с ним работала как с режиссером. Когда мы были в Венеции, мы практически двое суток давали интервью, и ни один западный журналист не спросил об этом. Их интересовало одно: не аффектировало ли совместное творчество семейную жизнь после съемок, потому что это была довольно сложная работа. А в России всех только это и интересует. У меня хватает ума, чтобы разделять эти две вещи и не путать одно с другим. Естественно, и на работе, и в семье бывают конфликты, которые нельзя смешивать, иначе потом не расхлебаешь.

— Юля, ваша героиня играет на аккордеоне. Вы хорошо владеете этим инструментом?

— Специально для фильма три месяца я занималась с педагогом из музыкальной школы. Научилась играть “Польку”, “Марш” и “Лезгинку”. Было сложно, хотя у меня есть неоконченное музыкальное образование по классу фортепиано. К счастью, моя мышечная память не была загружена игрой на пианино, поэтому аккордеон мне дался довольно быстро. Мне так понравилось, что я даже хотела продолжать заниматься, чтобы научиться играть парижские уличные мелодии с переливами, но Андрей Сергеевич сказал: сначала выучи французский язык, а потом занимайся аккордеоном.

— Как вы считаете, как зритель может воспринять картину в свете последних печальных московских событий?

— Этот фильм — реальные действия, которые могли сделать люди, работавшие над картиной, чтобы объяснить, что проблема есть и с ней нужно что-то делать. Страшно, что погибли люди. Но ведь чеченская проблема была раньше. Неужели, чтобы понять, что существует проблема, нужно, чтобы случилось несчастье?

— Многие считают, что Гран-при картина получила только из соображений политкорректности...

— Смотря что называть политкорректностью. Наверное, это политически корректно говорить, что война — это плохо. В этом вопросе я человек необъективный, поскольку эту картину я люблю, как своего ребенка, и считаю, что приз она получила совершенно заслуженно. Это хорошее кино, потому что режиссеру удалось донести до зрителя мысль.

— Какова была реакция зрителей на фильм в Венеции?

— Потрясающая, потому что они далеки от наших проблем и предубеждений. Когда мы с Андреем Сергеевичем зашли на показ для прессы, чтобы проверить качество копии, мы услышали, как в середине фильма зал аплодирует. Этого хватило, чтобы мое сердце забилось. А на показе, где кроме кинокритиков и участников присутствовало много простых зрителей, в финале люди с глазами, полными слез, хлопали в течение десяти минут, не уходили и не давали уйти нам. На улице ко мне постоянно подходили, говорили восторженные слова, просили автограф, хотя я понимаю, что в жизни не выгляжу так, как в кино.

— А вы не боялись выглядеть некрасивой на экране?

— У всех свои комплексы. Когда я училась в институте, у меня был комплекс красоты. Я боялась, что из-за того, что я такая КРАСИВАЯ, мне никто никогда не поверит, что я умею играть. А здесь волосы пришлось остричь, ходить в халате. И что такого?

— Насколько мне известно, Андрей Сергеевич собирается снимать фильм по своим автобиографическим книгам. Вам там отведена роль?

— Сценарий еще не написан, не найдены деньги — а это процесс долгий. Пока не хочу загадывать, потому что в нашей профессии, особенно находясь в таком близком контакте, разумнее всего жить по китайской мудрости: “Что есть, то есть”.

— Юля, как вы себя ощущаете после того, как вся страна прочитала интимные подробности ваших отношений в книге Кончаловского?

— Замечательно. В моем самоощущении ничего не изменилось. Я думаю, что каждый человек может рассказать что-то другому, если это считает нужным. На мой взгляд, Андрей Сергеевич не написал в своих книгах ничего такого, чем не хотел бы ни с кем делиться. Я знаю, что другие герои его книг переживают, страдают и говорят, что он не имел права этого делать. Но каждый из нас имеет право на все и несет ответственность за собственные поступки. Я читала книгу до того, как она была напечатана, и меня этот факт нисколько не смутил, а даже наоборот.

— Сейчас Андрей Сергеевич готовит проект, посвященный разным странам. Вы сопровождаете его в поездках?

— Мы практически живем в самолете. Я не занята в этом проекте, но езжу с мужем, потому что это уникальная возможность посмотреть мир. Мы были в Китае, Индии, Египте и Кении. Это безумно интересно.

— А как же ваша дочка? Вы находите время для нее?

— Сейчас она на даче. Как общаемся? Мы воюем. Она очень сильный товарищ, поэтому всех строит. Командир с папиным характером, очень на него похожа. Вот они меня с двух сторон и воспитывают. Конечно, если мы уезжаем более чем на десять дней, мы берем Марусю с собой. Однако в такие страны, как Индия, я не брала ее, все-таки страшно.






Партнеры