РУССКИЕ НУЖНЫ АГЕНТУ 007

21 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 270

Русского человека пустили в святая святых западного мира, да еще поставив на 16-ю позицию в списке героев киногимна их образу жизни. Актер и режиссер Михаил Горевой только что вернулся с премьеры юбилейного, 20-го фильма о Джеймсе Бонде — “Умри в другой день”, где он сыграл правую руку главного злодея — русского ученого Влада Попова.

Корреспондент “МК” первым поздравил Михаила Горевого, как только он прилетел с туманного Альбиона.

На съемках, которые проходили в Лондоне в июне этого года, его гримерка располагалась рядом с гримеркой со скромной табличкой “Bond”. В Альберт-холле на мировой премьере “Умри в другой день” он сидел неподалеку от королевы Великобритании Елизаветы Второй, почтившей своим присутствием новую серию приключений агента 007, который за 40 лет беспорочной службы сотни раз чуть не отдал жизнь за Ее Величество.

Приглашение Горевого в бондиану застало врасплох отечественную кинообщественность, привыкшую, что ее на иностранной территории представляют хорошо знакомые в отчизне секс-символы вроде Владимира Машкова, Александра Балуева, Валерия Николаева. Тем более что сначала от этой роли отказался самый экстравагантный злодей нашего экрана Виктор Сухоруков, который предпочел 16-му номеру в титрах нового хита о похождениях агента 007 главную роль в картине Виталия Мельникова “Бедный, бедный Павел” о трагической истории жизни и смерти русского монарха Павла I.

Михаилу Горевому 37 лет. Он окончил Школу-студию МХАТ, после которой играл в театре “Современник-2”, созданном на базе его курса, и в Театре им. Маяковского. Затем три года жил в Америке, где чем только не занимался: был бизнесменом, артистом, выпекал пиццу и преподавал систему Станиславского. В 1996 году создал в Москве свой театр — “Фабрика театральных событий”. Снимался в кино: “Президент и его женщина”, “Маросейка, 12”.

Итак, наш первый вопрос герою дня:

— Михаил, как прошла премьера?

— Грандиозно! Ничего подобного я никогда раньше не видел, ни в чем таком раньше не состоял, не участвовал. Хочу еще!..

— Вас представили королеве?

— На премьере ее ложа была напротив моей. Но я же говорил и подтверждаю: мой номер в кино — шестнадцатый. Там была Мадонна, спевшая фирменную песню Бонда, новая девушка 007 Халли Берри, Пирс Броснан — все мои противники по оружию, но товарищи по борьбе в искусстве. Нет, королеве я представлен не был, но чувствовал себя частью семьи. Это же семейное кино, и я теперь член семьи, семьи Бонда. Я говорил об этом с Барбарой Брокколи, и она сказала: “Да-да, ты что, конечно, это так! Это же семья — раз попал, так уж попал”. Так что можно сказать, что я чувствовал причастность к общению с королевой.

— Планируется ли ваше дальнейшее участие в бондиане?

— Что вы, меня же убили и оживлять не собираются. В конце фильма меня убивают, причем достаточно унизительно.

— Вы впервые видели свою роль на экране?

— Да, и это объединяло нас с королевой. Мы оба смотрели фильм впервые.

— Довольны своей работой?

— Мне не стыдно за то, что я увидел. Но я еще раз говорю: это что-то среднее между эпизодом и ролью. (Тут Горевой, разумеется, скромничает. — Авт.) Хотя нет, это, конечно, роль, но, к сожалению, было мало места для того, чтобы развернуться по-настоящему, распахнуть свой талант. Да, мне не стыдно, к тому же я получил очень много комплиментов от моих коллег и от продюсеров.

— Вы успели поздравить самого Броснана, режиссера Ли Тамахори?

— Конечно. Во-первых, там было два события. Кроме премьеры в субботу мы с сыном были приглашены на прием в честь сорокалетия Бонда. Там были Роджер Мур, вообще все Бонды, кроме Шона Коннери, который снимался в Праге, много девушек Бонда, знаменитые “Челюсти”... И еще там мы успели “поздравиться”.

— Последний вопрос: какова сумма ваших гонораров?

— Не скажу. Коммерческая тайна. Но успокойтесь: на эти деньги не то что виллу в Испании — даже домик в деревне не купить. Хотя, конечно, очень приятно, почетно и правильно получать хорошие деньги за свою работу.




Партнеры