TУЖЬСЯ, МАША!

23 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 234

На Машу Распутину снизошло смирение. В прошлом широко известная своими капризами и выкрутасами, ныне она — ну чистой воды голубица. С удовольствием рассуждает про нравственные устои и семейные ценности и вовсю пропагандирует лозунг “Мужчина в доме хозяин!”

Трудно сказать, что на нее так подействовало: то ли семейная жизнь с крупным бизнесменом Виктором Захаровым, то ли рождение ребенка, то ли долгая разлука с шоу-биз-тусовкой. Так или иначе о прошлом Маша предпочитает не вспоминать. И, похоже, она решила вычеркнуть из жизни всех тех, кто связывает ее с этим прошлым. Ни о старшей дочери, ни об ее отце слышать и говорить она не желает.

Зато охотно говорит о грядущем своем камбэке. Грозится взрывом убийственной силы. В эстетическом, разумеется, смысле слова.


— Маша, насколько я знаю, три года назад случилось невозможное — произошло укрощение строптивой певицы.

— Да, уж кому-кому, а журналистам известен мой крутой нрав. Мужское население тоже всегда боялось Машу Распутину. Я им нравилась жутко, но на более серьезные отношения они не решались. Вы же понимаете, что жить с Ниагарским водопадом никому не хочется. Мужчина — собственник, он хочет, чтобы все это: и тело, и душа, и красота, и талант — принадлежало ему одному. Но вот нашелся такой супермужчина, последний из могикан, который не побоялся.

— И как он вас укрощал?

— Все получилось само собой и почти сразу: он сказал слово, и я вдруг поняла, что слушаюсь. Настолько он внутренне благороден, что мне совершенно не хотелось ему противоречить, показывать свои клыки, свои капризы звездные. Он из меня сделал настоящую женщину. Я забыла на время, что я Маша Распутина, и вспомнила, что я обычное существо — земное, милое, милосердное.

— И покорное?

— Да. А жена и должна быть покорной. Зачем мужу строптивая жена? За три года совместной жизни я только один раз проявила свой характер, и то в самом начале наших отношений. У меня тогда были концерты в Сочи, мы договорились с Виктором, что встретимся там. Вдруг — звонок. Виктор говорит: “Маша, извини, но я прилечу на день позже. Завтра у меня совет директоров”. А у меня только что концерт закончился, я вся такая взбудораженная. Помните, Аркадий Райкин говорил про балерину, к которой надо провода подключить, чтоб она электроэнергию вырабатывала? Так и я после концерта — вилку воткни, и любой фен заработает. Короче, я заявляю Виктору таким звездным, капризным тоном: “Так! Либо завтра, либо ты меня больше не увидишь”. И бросаю трубку. Он перезванивает через некоторое время и говорит абсолютно спокойным тоном: “Не беспокойся, я завтра буду!” Все! Я расцвела. Но с тех пор такое уже не повторялось. Я всегда стараюсь ему уступать. Мне хочется показать всем своим существом: ты — хозяин, давай говори, и я все беспрекословно выполню.

— Вас не узнать. Может, вы ему и рубашки гладите?

— Нет, это уже глупости вы спрашиваете — про рубашки. У нас есть горничные и повара... Хотя когда есть время, любимому мужу за честь и носки постирать. И ноги помыть. Он же муж, богом данный. Тем более мы с ним венчанные. У нас ведь нет большевистского брака и печати из загса — только венчание. Виктор очень серьезный человек. Он не из шоу-тусовки, он нормальный, очень глубокомыслящий, порядочный, умный.

— К тому же, говорят, нефтяной магнат.

— Это коммерческая тайна! Ну какая разница: нефтяной магнат или молочный. Главное, что магнат!... Да и не в магнате дело. Запомните — счастье за деньги все равно не купишь. Это я знаю на личном опыте. Но... за деньги можно купить коровью ферму.

— Маленькая дочка названа в вашу честь?

— Да, ее муж назвал. Он так был влюблен в образ Маши Распутиной... Такое впечатление, что, кроме Маши, ему вообще никакие имена не нужны. Виктор сразу сказал: если девочка, обязательно назовем Машей. Если бы мальчик получился, назвали бы Витей. Но благодаря УЗИ все стало известно задолго до родов. А рожала я в очень хорошей клинике. Для меня вызвали самого лучшего анестезиолога, он все обезболил, и я ничего не чувствовала. Слышала только голос врача: “Маша, тужься!” И с третьей потуги — вшик! — она и вылетела!

— Вы кормили ребенка грудью или берегли свои роскошные формы?

— Я кормила Машеньку до двух месяцев, потом молоко само по себе исчезло. А формы беречь надо по-другому. Ни для кого не секрет, что я со школьной скамьи занималась легкой атлетикой. Стоит мне чуть-чуть потренироваться, и мышцы моментально приобретают прежний вид. Для меня это легко. У нас на даче почти гектар площади, есть корт, и я по нему бегаю и зимой, и летом. В любую погоду. Просыпаюсь и бегу десять кругов как минимум. Я без спорта не могу жить.

— А как вы прожили три года без работы?

— Господи, да как в сказке. Я стала уравновешенная, более спокойная, самодостаточность появилась какая-то. Мудрость даже. Слава богу, финансов хватает, чтоб прокормить Машу Распутину, с ее запросами...

— Насколько я знаю, муж был категорически против продолжения вашей карьеры. Как вы его уломали проспонсировать новый клип?

— Это не совсем так. Естественно, Виктор не хочет, чтобы я ездила на гастроли. Я ведь теперь принадлежу не себе, а ребенку и мужу. Ему нужна жена, а не гастролерша. Нашей малышке всего два годика, ей необходима мама. Так что я собираюсь выступать только для души. На гастроли буду ездить в исключительных случаях — только на хорошие, высокооплачиваемые концерты. Если бы мне не попалась новая, хорошая песня, я, может, и сейчас бы загорала на Гавайях или на Багамах с мужем. Но вот захотелось мне спеть. Для клипа я взяла всех самых талантливых: режиссера Федю Бондарчука, оператора Влада Опельянца, стилиста Сергея Зверева.

— Судя по всему, супруг вас всячески балует, оплачивая все самое-самое.

— Да. Как же не баловать? Дорогие подарки: драгоценности, машины. Хотя машинами сейчас никого не удивишь. На венчание он подарил мне огромный бриллиант в форме сердца, который занесен в каталог мировых стандартов по чистоте бриллиантов.

— А недорогие подарки? Для сердца, для души?

— Один раз он принес маленькую вещичку, крохотный сувенир из итальянского фарфора — два белых голубка и альков над ними. Стоит она копейки, но для меня представляет самую большую нравственно-морально-душевную ценность, потому что эта безделушка увековечила наши отношения. Я поставила ее в спальне рядом с кроватью и постоянно, когда ложусь, смотрю на нее.

Понимаете! Ни одна карьера не сравнится с личным счастьем женщины. Ради любви можно и карьеру забросить. А вот ради карьеры бросать любовь — значит саму себя наказать на всю жизнь. В конце концов популярность и слава все равно уходят, каким бы великим и талантливым артист ни был. Не понимаю тех, кто говорит: я хочу умереть на сцене. Это какой-то глупый фанатизм. Я вот хочу дома умереть! В спокойной обстановке!

— Рановато вроде.

— Конечно, рановато. Я шучу. Но суть такая: для меня сцена всегда на втором месте.

— А ведь публика — она коварная... Возьмет и забудет раньше времени.

— Ну, знаете что... Настоящему артисту нечего бояться. Я вот не появлялась на экранах уже три года. Нас с мужем подолгу не было в стране, но я вам хочу сказать, что люди по-прежнему восторженно ко мне относятся, всюду подходят, говорят: “О, Маша, мы вас так любим! Мы так соскучились”.

— Развейте слухи: что же произошло с концертами в Вильнюсе, на которые вы почему-то так и не приехали?

— Там были виноваты сами организаторы. Они через третьих лиц заделали концерты, о которых я и знать не знала. Потом эти третьи лица связались со мной, я ответила: “Хорошо, почему бы и нет. Съезжу развеюсь”. Тем более что гонорар предложили очень хороший. Но в то же время в Вильнюсе гастролировала другая звезда. Как мне сказали, наши выступления получились как бы параллельными. Только на артистку Распутину билеты разошлись за два дня, а на другого гастролера они почти не продавались. Из Вильнюса позвонили моему посреднику и сказали: “У Маши и так все в порядке, поэтому мы ее на следующий месяц сдвинем. Чтобы ее коллеге по гастролям кассу не перебивать”. Тут уж взыграли мои амбиции. Машу Распутину никогда и никто не имеет права куда-то сдвинуть. Я заработала себе такое имя и уважение в народе, что со мной подобные шутки не проходят. И отказалась выступать. Они звонили, грозились судом, кричали на каждом углу, что я их разорила на 15 тысяч долларов...

— Чем все закончилось?

— Ничем. Смешно же! Они сами себя наказали. Лично я ни один документ не подписывала, напрямую они на меня не выходили. Какие ко мне могут быть претензии?! Покричали-покричали и успокоились.

— Как реагирует ваш муж, когда пресса называет его жену секс-бомбой?

— Хорошо! Это же игра в шоу-бизнес. Они ж не пишут б...-бомба. Каждый понимает слово “секс” в меру своей образованности. Я вот смотрю на Ким Бэйсингер: даже если она не двигается, а просто стоит, причем одетая, а не голая, — для меня она секси. А для кого-то “секс” — сразу б... Ну, значит, такой у человека уровень мышления. Но у меня муж умный и образованный, слава богу. Он понимает, что секс во мне — это талантливо и красиво. С таким голосом, с такой энергетикой, да еще и секс-бомба — это ж просто невероятно, такого не бывает. Это значит — супер... Понимаете?! ...Пупер!




Партнеры