СТОЛИЧНЫЙ ОВОЩ — ТОТ ЕЩЕ ФРУКТ

29 ноября 2002 в 00:00, просмотров: 413

В русском языке есть такие старые затасканные фразы, что их уже не воспринимаешь. Типа “Хлеб всему голова”. Или “Ешьте овощи и фрукты каждый день”. Несмотря на правильность последнего лозунга, следуют ему далеко не все москвичи. В ежедневном рационе горожан живые витамины занимают очень скромное место. Даже самые продвинутые москвичи съедают меньше половины нормы овощей-фруктов, рекомендуемой медиками. Об остальных и говорить нечего.

Это тем более странно, что магазины, рынки и лотки у метро забиты овощами и фруктами всех мыслимых сортов, цветов и размеров.

Покупай — не хочу. И многие действительно не хотят. Почему?

Корреспонденты “МК” решили это выяснить.

Диагноз доктора Фрейда

— Папа, я хочу яблочко.

— Я тоже хочу яблочко, сынок, но денег хватает только на водку.

Нельзя сказать, что москвичи не любят овощей. По данным исследования, проведенного социологами компании “CSR Research”, “при наличии возможностей” их употребляли бы каждый день 93% опрошенных. Но на практике овощи “изо дня в день” позволяют себе только 10 процентов респондентов.

42% москвичей отдают предпочтение огурцам и помидорам. А вот на втором месте неожиданно оказались баклажаны и сладкий перец. Их назвала пятая часть опрошенных. Столь популярные в Европе цветная капуста, зеленый салат и капуста брокколи удостоились внимания лишь десятой части москвичей.

Самыми “мужскими” овощами были названы картошка, лук и чеснок (женщины вообще отказывались говорить, что они их едят — стеснялись, наверное). Слабый пол вроде как больше налегает на “благородные” баклажаны и сладкий перец. Но любовь любовью, а покупают москвичи чаще овощи пролетарские — картошку, морковь, капусту и тот же лук. И едят их гораздо чаще других.

По фруктам любовные пристрастия и покупательские привычки москвичей совпадают. Свои сердца и желудки 40% опрошенных отдали яблокам, около трети москвичей больше любят апельсины и бананы. Экзотические авокадо и манго предпочитают лишь 4% москвичей. Мужчины среди любимых фруктов часто называли дыни и виноград. Хоть вспоминайте Фрейда, хоть просто хихикайте, но москвички предпочитают другим фруктам бананы.

Впрочем, как бы ни различались вкусы жителей столицы, всех объединяет одно: и овощей, и фруктов мы едим гораздо меньше, чем нужно организму.

А сколько нужно?

Медицинская норма 75—100 кг овощей в год на человека и столько же фруктов. Фруктов москвичи съедают в среднем 40 кг. По овощам положение лучше — в среднем мы потребляем 80 кг в год. Это и понятно. Но даже “второго хлеба” (картошки) москвичи съедают всего 70% годовой нормы.

Меж тем каждый американец съедает в год почти 130 кг фруктов и 200 кг овощей. Даже в Китае, где фруктов едят столько же, сколько и мы, потребление овощей — 112 кг в год. Мы недотягиваем даже до китайцев.

Зато москвичи осознают свою “неполноценность”. 60% опрошенных не удовлетворены количеством фруктов на столе, а 40% считают, что едят слишком мало овощей. В первую очередь это пенсионеры, которым на здоровое питание не хватает денег, и люди от 25 до 35, которым не хватает времени. И те, и другие хотят положение исправить, но не могут. Дешевых и качественных “даров земли” Москве катастрофически не хватает.



Гнилье мое

— Слушай, а сливы бывают с ножками?

— Нет.

— Значит, я жабу слопал.

Можно, конечно, кивать на климат — мол, у нас не Бразилия, и банан с ветки не сорвешь. Но это смешные возражения. Большинство фруктов круглый год везут в Москву. Что же касается овощей, то 90 процентов картошки, свеклы, моркови, лука и капусты поступает на прилавки из столичных овощехранилищ, куда мэрия закладывает их осенью. И можно уверенно сказать: качество овощей во многом зависит от того, как они там хранились.

В наследство от социалистического режима Москве осталось 25 плодоовощных баз. В теории процесс закладки урожая на зиму выглядит достаточно просто. Собранные на полях страны овощи загружаются в контейнеры вместимостью 300—400 кг. Для успешного хранения достаточно поддерживать постоянную влажность и температуру: +3 для свеклы, +1 для моркови, 0 для капусты... Но, несмотря на кажущуюся простоту, эти условия почти не соблюдаются.

— Возьмем, к примеру, картофель, — говорит завкафедрой хранения и переработки плодоовощного факультета Тимирязевской академии Светлана Авилова. — Разные сорта нужно хранить при разных температурах: один из них требует максимум +2, другому нужно не меньше +6. Но у нас об этом забывают. При загрузке в одну кучу могут свалить разные сорта. А через небольшое отверстие или даже вмятину, которые получают овощи при транспортировке, в них легко проникают микробы.

Московские овощные базы — это песня. Очень жалобная. Оборудование изношено до неприличия. А именно — до 85 процентов. В холодильных камерах устанавливается уже не влажность, а сырость. Овощи начинают портиться через пару месяцев. А в этом году, кстати, из-за сильной жары они созрели на две недели раньше, поэтому и гнить начали раньше. До Нового года, может, и продержатся, а до весны могут не дотянуть.

Каждый сезон на базах сгнивает 25—30 процентов овощей. Впрочем, местное начальство этот факт только радует. Ведь под статью “гнилье” можно списать очень много хорошей моркови и капусты. А вот куда она уходит на самом деле?



Как рубят “капусту”

Обед каннибалов: “Сегодня у нас овощное пюре и Галина Бланка”.

Постороннему наблюдателю трудно разобраться, что происходит на овощебазах. Машины подъезжают и уезжают, снуют автопогрузчики с мешками и ящиками, ставятся печати на накладные. Вроде бы нормальный хозяйственный процесс. Но это только видимость. Корреспондентам “МК” удалось поговорить с рабочим, недавно уволившимся с овощебазы. Имя свое он просил не называть.

— Каким было состояние оборудования на базе? Требовалось ли там проводить ремонт?

— Да не помог бы там ремонт. Там все оборудование менять надо. У нас в нескольких камерах поставили французскую холодильную систему. Ее купили на бюджетные деньги, якобы для хранения овощей, купленных по заказу правительства Москвы (такие овощи с баз поступают в больницы, школы, детсады. — Авт.). Но эти новые камеры тут же сдали в аренду частникам, а овощи остались в старых.

— А откуда на государственной базе взялись частники?

— Да у нас половину всей площади занимают арендаторы, причем держат на складах не овощи, а другие продукты. Даже туалет переделали под офис. У арендаторов свои работники, человек 200—300. А на нашей базе всего-то 70 работников. Среди них 25—30 женщин, которые постоянно перебирают овощи, отделяют сгнившие от хороших. Гнилье тайно, чтобы никто не знал, сколько его на самом деле, увозят на помойку.

К июню овощи заканчиваются, и начинается подготовка к следующей “завозной”. Летом моют, красят-белят камеры, ремонтируют контейнеры. На базе очень большая текучесть кадров, маленькие зарплаты. Рабочие, проработав несколько месяцев, даже не понимают, что трудились на чужого дядю.

— ???

— На овощах, которые закупает городское правительство для москвичей, делают деньги совершенно посторонние люди — перекупщики да начальники. После того как овощи попали на базу, контроль за ними теряется. Кому они продаются и по каким ценам — определяет начальник базы.

Много продается на юг, например, в Ставрополье. Чем-то торгуют и на московских рынках. Делают это, пока овощи не сгнили, обычно с декабря по февраль. Есть десять постоянных клиентов-посредников, они приезжают примерно раз в неделю на “Газелях” и в среднем берут 3—5 тонн овощей за одну ходку. Самый популярный товар — морковь. За ней даже очереди выстраиваются. Если она хорошая и крупная, за ней с рынков приезжают по нескольку раз на дню.

— Кто непосредственно продает перекупщикам овощи?

— Начальник цеха, да еще мастера ему помогают. На товар оформляются накладные, все чин-чинарем, но, кроме официальной суммы, начальнику дают на лапу.

— А проверки на базе бывают?

— Проверок много, а что толку? Наезжают и санитарные врачи, и милиция (в том числе участковые, ОМОН, патрульные машины). Но обо всех проверках известно заранее. Начальник цеха всегда предупреждает арендаторов: такого-то числа будет проверка, на работу не выходите. А если о проверке узнают за два-три часа до нее, то рабочих прячут в раздевалках.

Такая торговая система в конце концов принесла свои плоды. Естественно, гнилые. Московские овощные базы из-за убытков одну за другой стали закрывать (не думаем, что нечистые на руку начальники овощебаз очень переживали по этому поводу). А московское правительство стало спасать положение.



Деньги на базу! Овощную

— Дайте мне огурец поменьше и потолще, — говорит женщина торговцу.

— А вам? — спрашивает торговец у очередной покупательницы.

— Мне — подлиннее и с пупырышками.

— А вам, молодой человек?

— А мне все равно, я их есть буду.

Очередной этап “битвы за урожай” датируется 15 октября 2002 года. В этот день вышло постановление правительства Москвы. Согласно ему еще 4 государственные базы в 2003 году превратят в ОАО с сохранением 25% акций в собственности города.

Называться они будут по-новому — распределительными центрами или оптовыми продовольственными рынками. Одна супербаза уже открыта — “Новые Черемушки”, вторая — “Садко”. Там самое современное оборудование, компьютерная обработка данных и т.д. Вроде как их появление должно не только решить проблему с воровством и улучшить техническое состояние баз (не будут же коммерсанты воровать сами у себя), но и уменьшить число посредников. Ведь товар от производителя будет поступать в распределительный центр, а оттуда в магазины — без промежуточных звеньев. Поэтому должны уменьшиться и накрутки в цене.

Но на практике дешевых овощей и фруктов вряд ли станет больше. По мнению директора по продажам одного из современных хранилищ Вадима Заднипрянца, принципиально схема торговли в Москве не изменится. Часть складов в распределительном центре также арендуют частники. Да и люди, покупающие товар с базы, вовсе не обязательно должны представлять магазин. Нет такого закона, который запрещал бы покупать овощи посредникам. К тому же в современных камерах овощи тоже портятся. Как говорит Заднипрянц, через месяц после закладки с капусты снимают до 20% гнилой листвы. Почему? Да потому, что из отечественных хозяйств овощи привозят на базу уже колотые, резаные и, случается, с гнильцой. Ну а коммерсанты, ясное дело, будут возмещать убытки только одним способом — повышая цену.



И в службу, и в дружбу

— Я, братан, покупаю за рубежом килограмм киви за доллар и продаю здесь за четыре. На эти три процента и живу...

Московские рынки живут по системе, отлаженной до совершенства: договоренности между перекупщиками; рыночные авторитеты; “крыша”, которая поддерживает существующий порядок. Как только товар пересекает границу любого московского рынка, он автоматически дорожает еще в два-три раза. Поэтому неудивительно, что 90% москвичей считают овощи и фрукты излишне дорогими.

ГУВД Москвы регулярно принимает “программы по декриминализации рынков”. Для борьбы с мафией в свое время было создано одиннадцать штабов: центральный и еще десять — в каждом округе столицы. И началась работа. Оперативники в штатском, маскируясь под обычных покупателей, ходят по рынкам, прицениваются, внедряются в ряды торговцев, чтобы знать врага изнутри. Правда, ничего от их героического бдения не меняется.

— Да у нас все по-старому, — сказал нам бойкий южанин на Дорогомиловском рынке. — Деньги зарабатываем.

— А разве что-то должно было измениться? — удивился его коллега с Преображенского. — Да, милиционеры тут шляются, но они с нами дружат.

Что до хозяев рынка, то они осведомлены о планах ГУВД лучше, чем сами милиционеры. Как рассказал нам “покровитель” одного из сельхозрынков, у них в органах свои “глаза и уши”: “Это нормальная практика, информацию “сливают” на всех рынках”.

Ничего в ходе “борьбы” не меняется и для покупателей. Торговцы четко вычисляют: этого можно надуть на пять рублей, этого на сотню, а этого лучше не обманывать — на проверяющего похож... Но простым обсчетом-обвесом базарный бизнес не ограничивается. Вот самые типичные ноу-хау московских торговцев.

Редко какой продавец позволит покупателю самому выбрать товар. Понятно, почему: он незаметно подсовывает покупателю несколько подгнивших овощей-фруктов. А пока вы роетесь в своем кошельке, чтобы расплатиться за уже взвешенные огурцы-помидоры, продавец быстро вытряхивает из пакета один-два овоща. Ловкости рук позавидуют опытные фокусники.

И снова о насущном — о цене. Она в основном зависит от произвола продавцов — как правило, стартовая цена завышена раза в полтора. И умение торговаться может сыграть свою положительную роль. Правда, существует нижний предел цен на все товары, который устанавливают негласные хозяева рынка. Дешевле торговец не продаст вам даже подгнившие фрукты. Лучше выбросит.

Большинство москвичей это прекрасно понимают. Но что поделаешь? По данным соцопроса, 83% горожан покупают овощи и фрукты на рынках. Магазинами и супермаркетами постоянно пользуются только 15% горожан. Этот феномен легко объясним. В магазинах и цены выше, и товар... хуже.



Темно, как в “шопе”

Разговаривают две дачницы:

— Как твой старый пень поживает?

— Помер надысь. Пошел на грядку нарвать петрушки — инфаркт.

— Ну а ты что?

— А что я? Пришлось салат укропом заправлять.

Овощи-фрукты в московских супермаркетах составляют лишь десятую часть товара. Это мировая норма. Но в отличие от цивилизованного мира народ в овощных отделах подолгу не задерживается.

Это связано с тем, что есть каждый день зелень (салат, шпинат, сельдерей) мы не привыкли. Цитрусовые москвичи покупают все чаще “для больных”, бананы — по советской традиции. Народные фрукты — разве что яблоки.

Но и сами менеджеры “шопов” делают все возможное, чтобы отпугнуть покупателя. И картошка, и лук даже в лучших магазинах часто гнилые и грязные. То ли торговцы смирились с тем, что отечественный товар другим не бывает, то ли так нас подталкивают к приобретению дорогой импортной картошки. А фрукты в магазинах либо относительно дешевые, но бросовые, либо элитные, но супердорогие. Третьего на прилавок не положено.

Пока существует такое положение дел, москвичи будут есть мало овощей и фруктов. Излишне говорить, что недостаток витаминов в организме приводит к серьезным последствиям для здоровья: от неврозов до ожирения и сердечных болезней. Россия пока, увы, не Европа, где здоровьем граждан озабочены на самом высоком уровне, и государственные организации здравоохранения проводят специальные программы, чтобы граждане употребляли как можно больше фруктов и овощей.

Мы дописали статью и задумались: и что? Мелькали в голове обрывки идей: подъем отечественного сельского хозяйства... понижение цен на овощи и фрукты... массовое воспитание культуры питания...

Все эти идеи были очень красивыми. И такими же недоступными, как дорогой авокадо в элитном супермаркете. Большинство москвичей никогда не узнает, как и с чем это едят.





Партнеры