АЛЛАХ С НАМИ

6 декабря 2002 в 00:00, просмотров: 2294

"Экспансия представляет собой расширение сферы господства государств; может носить силовой, военный характер или осуществляться другими методами, например идеологическим”. Это — определение толкового словаря.

На территории России функционирует более 30 лицеев, колледжей, школ, финансируемых экстремистской турецкой сектой “Нурджулар”.

В странах СНГ развернуто порядка 200 учебных заведений, которые контролируются сектой. Это — сегодняшняя реальность.

“Наша задача — формировать исламское мировоззрение. Именно так мы сможем захватить Россию без всякого джихада”. Это — цитата из выступления перед братьями по вере лидера запрещенной в Турции секты “Нурджулар” Фатхуллы Гюлена.

Кавказский полумесяц

“...Жить в бесконечной борьбе не на жизнь, а на смерть — качества, присущие далеко не всем нациям, а вот у тюрок они видны невооруженным глазом. Поэтому и была поставлена цель взять весь мир под спокойную и надежную гегемонию тюркского племени... Согласно современным историкам, тюрки, научившись управлять стадами скота, навыки эти перенесли на людей, заложив основу современной цивилизации. Они привили всем другим народам основы права, организации и государственного строительства... Ввиду того что тюрки по культуре и цивилизации превосходили население тех областей, куда они переселялись, они навязывали ему свое превосходство и обучали цивилизации...”

Напрасно вы думаете, что это шизоидальный бред. На самом деле — всего-то несколько предложений из турецкого учебника, по которому занимаются русские дети...

16 ноября 2001 года в столице Республики Дагестан Махачкале заседал Советский районный суд. Иск был скандальным и вообще нехарактерным для постсоветского судопроизводства. Республиканская прокуратура обвиняла Министерство образования Дагестана и правительство республики в том, что они “способствовали незаконному открытию в республике Международного дагестано-турецкого колледжа (МДТК)”.

Колледж был создан еще в 1992 году на базе одного из профтехучилищ. Заведение быстро приобрело известность и престиж, поскольку обучение велось на двух языках — английском и турецком, а выпускники могли продолжить обучение в Турции. Через некоторое время в республике появилось еще несколько “совместных” учебных заведений, в Дербенте и вовсе был открыт лицей, полностью аналогичный махачкалинскому. Довольно долго ни у властей, ни у прокуратуры не было претензий к учебным заведениям этих кавказских городов (правда, стоит отметить, в колледже и лицее обучалось немало детей высокопоставленных дагестанских чиновников).

Так или иначе, МДТК в 2000 году успешно прошел аттестацию. Но в том же году 15 турецким преподавателям, сеявшим “разумное, доброе, вечное” в МДТК, и трем учителям дербентского лицея и его директору Несиму Катану был запрещен въезд в Россию. Основанием для выдворения из России стала “деятельность, выходящая за рамки функциональных обязанностей преподавателя лицея”. До перестройки это называлось — шпионаж.

Тогда же в республиканской прессе появились статьи о том, что Министерство образования республики допустило в стенах МДТК пропаганду ваххабизма. А еще через пару месяцев выяснилось, что учредителем и дербентского, и махачкалинского учебных заведений была негосударственная турецкая фирма “Торос”. Которая, в свою очередь, являлась структурным подразделением деструктивной исламской секты “Нурджулар”, запрещенной у себя на родине — в Турции.

Еще интереснее развивалась ситуация в Карачаево-Черкесии. Здесь турецкий лицей появился в 1994 году. Реклама обещала высококлассных специалистов и прекрасные условия обучения. И — вот совпадение! — в черкесский лицей принимали преимущественно детей госчиновников и серьезных предпринимателей. И правительство КЧР долго и охотно поддерживало международное учебное заведение: сначала турецким учителям было отдано здание школы-интерната, потом турки развернулись, выкупили детский сад и перешли на систему интерната. Спонсором образования стал фонд “Эфляк”. Невероятно, но факт: лицей был открыт без составления каких бы то ни было учредительных документов и даже... счета в банке. Этот юридически-образовательный нонсенс имел место с 1994 по 1998 год.

В 1998-м миграционная служба КЧР начинает проверять длиннобородых учителей. Оказывается, у большей части “просветителей” нет опыта работы с детьми, многие не знают русского языка. (Кстати, и детям сразу сказали: русский язык вам не понадобится. Часть предметов велась на английском языке, часть — на турецком.) Десять преподавателей лицея возвращаются в Турцию: в КЧР им не продлевают визы. В лицее появляется новый директор — руководитель иркутского отделения турецкого фонда “Уфук” Боджа Тарык. Для того чтобы “снять вопросы” и продолжать нелегкий учительский труд, необходимы лицензия и подтверждение соответствия турецкого диплома федеральным российским стандартам. По законам нашей страны такое подтверждение выдается только самому испытуемому и при личном контакте. Но в КЧР вопрос решается по-другому — значительно проще: в Москву за подтверждением диплома для всех турецких преподавателей выезжают один турок и один чиновник правительства КЧР. С собой сладкая парочка везет горку турецких дипломов — обратно они едут уже со всеми необходимыми справками.

Тогда же Минобразования КЧР под давлением федеральных властей проводит проверку образовательной деятельности лицея, но подписывают заключение почему-то совсем не те люди, которые проверяли учебное заведение. Заключение предсказуемо: все в порядке, закон не нарушается.

Лишь в январе 2002 года приезжает комиссия Минобразования РФ из Москвы и выявляет грубейшие нарушения Закона об образовании. Образовательный уровень учащихся — гораздо ниже, чем у их сверстников из обычных средних школ; результаты аттестации лицея — фальшивка. Минобразования РФ требует отозвать лицензию Международного карачаево-черкесско-турецкого лицея и аннулировать государственную аккредитацию.

Но — все еще только начинается... Особый интерес спецслужб вызывает директор лицея Боджа Тарык. По информации “МК”, специально для беседы с Тарыком в начале 2002 года в КЧР приезжают представители ФСБ РФ. В ходе допроса Боджа Тарык признает, что Международный карачаево-черкесско-турецкий лицей задумывался и действовал как структурное подразделение — да, вы угадали — все той же экстремистской секты “Нурджулар”, а фонды “Эфляк” и “Уфук” на самом деле возглавляют функционеры секты.

...Старые кварталы Дербента — одноэтажные магалы — почти не отличаются от турецких городов. Послеполуденный зной разрезает крик муэдзина: “Аллах Акбар! Аллах Акбар!” Боевой клич и призыв к молитве — у мусульман они звучат одинаково.

Турецкий марш

Досье “МК”:

Фундаменталистская секта, или община “Нурджулар”, — одна из наиболее влиятельных в Турции. Ее возглавляет проживающий в США имам Фатхулла Гюлен. В 2000 году в Стамбуле против Гюлена был начат судебный процесс. Имама обвинили в стремлении заменить светский строй в Турции режимом шариата и создать “всемирный тюркско-исламский союз”. Выяснилось, что экстремистская секта контролирует около 30% турецкого капитала, а функционеры “Нурджулара” вынашивают планы использовать фактор исламского экстремизма для формирования на евроазиатском пространстве тюркской империи “просвещенного” шариата. В связи с этим деятельность “Нурджулара” была запрещена в Турции, но секта продолжает свою работу на сопредельных с Турцией территориях. Организация располагает значительными финансовыми ресурсами, имеет сотни учебных заведений во многих странах, владеет печатными и электронными СМИ в Турции. В ее планы входит и подготовка около 3 тыс. боевиков-камикадзе. По информации российских спецслужб, члены секты поддерживают постоянные контакты с чеченскими боевиками.

После того как секту запретили в Турции, объектами влияния “Нурджулара” стали все регионы России, где проживают или проживали турки, где говорят или говорили на языке тюркской группы, где исповедуют ислам. Везде, где есть хоть один из этих показателей, появляются организации, контролируемые либо спонсируемые “Нурджуларом”. Большая территория России поделена на несколько секторов — за каждым закреплен “свой” фонд. На Кавказе действуют “Эфляк” и “Торос”; за Уралом, в Хакасии, — “Уфук”. В Башкирии проводник пантюркистской политики — турецкая частная фирма “Серхат”. Кострома, Нижний Новгород, Ростов-на-Дону, Санкт-Петербург, Москва, Минск, Вильнюс — “епархии” фонда “Толеранс”. И это далеко не полный список “отростков” “Нурджулара”. Связь этих организаций с сектой у российских спецслужб уже не вызывает сомнений. Об этом же говорят и мусульманские священнослужители: так, председатель Центрального духовного управления мусульман Ростовской области муфтий Хазрат был противником открытия в Ростове-на-Дону турецкого образовательного центра и даже выступил со специальным заявлением для местных СМИ — о том, что “Толеранс” и “Нурджулар” — близнецы-братья.

“Негосударственные фонды”, тесно связанные с религиозными экстремистами, специализируются на образовании.

Вот неполный список действующих у нас турецких образовательных учреждений. В Республике Татарстан открыто восемь лицеев (Казань, Набережные Челны, Нижнекамск, Бугульма и Альметьевск); в Республике Башкортостан — четыре (Уфа, Стерлитамак, Нефтекамск и Сибай). В Чувашии с 1993 г. действует лицей в Чебоксарах. По одному лицею открыто в Карачаево-Черкесии и Туве. В Якутии (Республика Саха) — Саха-турецкий анатолийский колледж в городе Якутске. В Дагестане — колледжи и лицеи в Махачкале, Дербенте и селе Буглеи Буйнакского района. Один лицей работает в Астрахани. Турецкие образовательные учреждения действуют в Москве и Питере...

В некоторых “полутурецких” школах не преподаются реформы Петра Великого, итоги Второй мировой войны, но зато бойко заучиваются цитаты “отца всех турок” Ататюрка и превозносятся победоносные войны Османской империи. Используются турецкие учебники, для которых, по оценке специалистов, характерны “гипертрофированный национализм, идеологическая ангажированность и пренебрежительное отношение к фактологическому материалу”.

А еще детям показывают удивительную “Карту тюркского мира”. В нее включены сама Турция, Северный Кипр, Азербайджан, Казахстан, Киргизстан, Узбекистан, Туркменистан. Не забыты и многие регионы России, Ирака, Китая, Монголии, Афганистана... Этот геополитический бред усердно вдалбливают в головы подростков в многочисленных учебных заведениях, в том числе и высших — к примеру, в Турецко-казахстанском университете имени Ахмета Иесеви. Карта публикуется на английском, русском, арабском и турецком языках. А приглашение молодых людей из включенных в “карту” государств на учебу в центры ислама в Турции вообще становится признаком хорошего тона. По некоторым данным, учеба одного лицеиста — не считая “образовательных” поездок в Турцию — обходится в 350—500 долларов в месяц. При этом саму Турцию наводняет армия бедствующих граждан, не умеющих ни читать, ни писать.

Замысел глобален донельзя: нынешние ученики в будущем должны занять ключевые посты в экономике, науке и управленческих структурах России и стран СНГ и лоббировать интересы секты. Кстати, многие чеченские боевики являлись выпускниками этих медресе, лицеев и других подобных спецшкол...

Итак, схема действия турецких религиозных экстремистов продумана до мелочей. Есть цель — система образования России. Есть средства — многочисленные “благотворительные фонды”. Цель выбрана не случайно: именно школа — в широком смысле — “слабое звено” государства. И достаточно вложить не самые большие деньги, чтобы благодарный русский чиновник (директор, учитель и т.д.) открыл турецким “благодетелям” двери учебного заведения. При этом схема действует как с педагогами-взяточниками, так и с фанатиками учительской профессии. Механизм рассчитан именно на российскую образовательную структуру: ведь госчиновники давно махнули рукой на “неприбыльное предприятие” — школу. А свято место пусто не бывает.

И еще одна любопытная деталь. Российские аналитики уверены: без опеки официальной Анкары деятельность “частных фондов” была бы просто невозможна. И этому есть подтверждения: скажем, фонд “Уфук” — неправительственная организация, но его деятельность координируется и финансируется правительством Турции. Из государственных турецких источников финансируется Фонд исследований тюркского мира (ФИТМ). А руководитель фонда Туран Язглан в своих многочисленных интервью прямо заявляет, что “наиболее эффективным способом ослабления влияния России на Чувашию является перевод чувашской письменности с кириллицы на латиницу”. Говорят, ФИТМ оказал большое, хоть и неявное, влияние на решение татарских депутатов о переводе письменности на латинскую графику...

Миссионеры “Нурджулара” тоже охотно говорят о необходимости освободиться от “последствий колониализма” в Татарстане, Башкирии, Чувашии, пропагандируют переход на латинский алфавит для языков российских тюрок. Кстати, в Чувашии вовсю работает штаб-квартира Ассамблеи тюркских народов, которая объединяет государственные и общественные организации России, Турции, стран Закавказья и Средней Азии. Все эти организации поддерживают идею создания “Великого Турана”. В Чебоксарах на “VII курултае тюркских государств и общин” Турция рассматривалась как “новый центр притяжения и самостоятельный путь на Запад”.

Кто пожнет бурю?

...Московская школа-интернат №56. Компьютерный центр, прекрасно оборудованные лаборатории, чистая и красивая — совсем не школьная — столовая. Вместе с директором Генрихом Кузнецовым мы входим в класс.

— Садитесь, садитесь, — говорит директор мальчишкам, — продолжайте урок...

Начиная с 7-го класса в этом интернате обучаются только мальчики. Таково было желание попечителей школы. Естественнонаучные дисциплины изучаются на английском языке.

— Трудностей с русским не бывает? — спрашиваю я у подростков.

— Бывают, — наперебой кричат они, — особенно когда экзамены сдаем!

На столах — странные учебники, не похожие на те, что “рекомендованы Министерством образования РФ”. Учителя постоянно улыбаются, но по-русски говорят плохо. Пособия и преподавателей для школы-интерната №56 тоже рекомендует попечительский совет. В расписании то и дело встречаются “Турецкий язык” и “Культура Востока”. А вот список “красных дней календаря”, которые отмечают ученики школы-интерната №56: День Турции, День турецкого учителя — а в праздновании помогает попечительский совет.

Надо ли называть “доброго попечителя”? Это турецкий фонд “Толеранс” — мощное ответвление секты “Нурджулар”. В Москве под контролем “Толеранса” сегодня пока только одно учебное заведение. Но турецкие эмиссары надеются на лучшее.

— Мы работаем полностью в правовом поле российского законодательства, — говорит директор. — По Закону об образовании у нашей школы может быть только один учредитель — Управление образования Москвы. Но, конечно, если бы мы имели право на двух учредителей, вторым, безусловно, стал бы фонд “Толеранс”.

...Кто сеет ветер — пожнет бурю, говорят на Востоке. Экспансия агрессивного ислама в России опровергает народную мудрость. Кто бы ни “сеял ветер” — “благотворительные фонды”, экстремистские секты, — пожинать результаты придется только нам. А уж как впоследствии будут использованы проверенные, подготовленные и благодарные своим учителям кадры — одному Аллаху известно.




Партнеры