АВТО “С ДУШКОМ”

14 декабря 2002 в 00:00, просмотров: 185

С точки зрения обывателя владелец машины, поставленной на учет в ГАИ, — образец законопослушности. А как иначе: перед выдачей номеров сотрудники автоинспекции обязаны проверить и саму машину, и ее владельца по многочисленным базам данных. На самом деле нет лучшего способа скрыть криминального происхождения автомобиль, чем... зарегистрировать его в ГАИ.

Известна гаишная статистика: если встать на улице и проверять по базам данных номера всех проезжающих мимо автомобилей, то за день легко выявить 5—6 машин, числящихся в розыске. Это только по регистрационным знакам! А если еще и сверять идентификационный номер?.. Любой инспектор, не моргнув опытным глазом, скажет, что в Москве больше половины дорогих иномарок так или иначе связано с криминалом. Это не только угнанные машины, но и объявленные в розыск таможней, скрывшиеся с места ДТП или проходящие по спискам судебных приставов. Наибольшее число таких авто составляют “Ауди” 6—8-й моделей, “Мерседесы” Е, S, G и ML-классов, BMW Х5,5—7-й моделей. К ним в компанию затесался и “Лексус”. Все машины — последних двух-трех лет выпуска.

Зачем таможне ПТС?

В 1998 году таможня, желая получать причитающиеся налоги, выбила себе право выдавать Паспорта транспортных средств (ПТС). Оплатить таможенные сборы и получить ПТС можно двумя путями: внести залог и расплатиться в Москве, уже ввезя автомобиль, или выплатить полную стоимость на границе. Таможенные ПТС имеют только одну серию — “Т”. Вместе с тем, если остановить на улице одну из машин перечисленных категорий, более чем вероятно, что в номере ее ПТС не будет фигурировать буква “Т”. Следовательно, новый автомобиль не проезжал таможню и его владелец не платил налоги. А машина зарегистрирована по всем правилам и в розыске не значится. Как такое могло произойти?

Наибольшее количество разыскиваемых автомобилей проходит по линии Интерпола. Здесь ситуация патовая. У России нет межгосударственных соглашений, по которым другие страны оперативно предоставляли бы нам свои базы данных. Однако “черная дыра” бывшей Страны Советов, в которой каждый год бесследно исчезает не менее десяти тысяч автомобилей, настолько достала ту же Германию, что она по собственной инициативе “слила” нашему национальному бюро Интерпола все старые базы данных и иногда поставляет новые.

В 1998—99 годах это привело к массовому выявлению на российских дорогах “криминальных” машин. Опять тупик: а что с ними делать? Наше бюро информирует зарубежных коллег: мол, радуйтесь, поймали, — но те и машину не забирают, и из базы ее снимать не хотят. Действительно, пострадавшему владельцу страховку уже заплатили, собственником машины стала страховая компания, а снаряжать в снежную Россию экспедицию, тащить автомобиль назад, продавать... Никакие расходы не окупятся.



За границу? И не думай!

После повальных арестов и забитых штрафных площадок приняли мудрое решение: регистрировать “криминальные” автомобили, но ставить в Свидетельстве о регистрации штамп “В розыске Интерпола”. Соответственно, на таких можно ездить только по России. За рубежом (в том числе и в бывших братских республиках) машину “с душком” ждет неминуемый арест вместе с владельцем. Не правда ли, либеральные условия. Тем более что если назвать вещи своими именами, то придется сказать: уважаемый, а вы катаетесь на ворованной тачке! Но не в нашей стране. Здесь слово “интерпольная” произносят с гордостью.

Осталось понять, кому это выгодно. Кстати, после недавних скандалов с официальными дилерами крупнейших европейских заводов, ввозившими “серые” автомобили, производители сами занялись поставками и растаможиванием. Как результат, цены на “белую” продукцию сразу же стремительно взлетели. Опять вопрос: кому выгодно?

Массовое сознание о своей причастности к “крутым мира сего” изменили не только бандиты, но и чиновники среднего и высшего ранга. Им очень хотелось ездить на солидной машине, но не платить ее полную стоимость. Зачем тратиться, если многочисленные приятели, кормящиеся с “услуг” человека на государственной должности, предлагают новую престижную иномарку за полцены?.. Учитывая, что чиновничий аппарат с каждым годом непомерно растет, можно представить размах нового криминального автомобильного бизнеса. В нем уже все отточено и поставлено на широкие рельсы. Принимается конкретный заказ (модель, цвет, оборудование), вносится залог — и остается немного подождать. Максимум через месяц счастливому обладателю крутой иномарки надлежит явиться в автосалон, внести остаток и получить машину. При этом ему говорят, чтобы не выезжал за пределы страны, а остальные проблемы они берут на себя. В том числе и регистрацию в ГАИ. Кто же устоит перед таким заманчивым предложением? Нередко вместе с владельцем хозяева автосалона едут в ГАИ, где ему показывают, что автомобиль ни по каким базам не проходит.

Вместе с тем в последнее время и над головой жадных до чужого добра хозяев престижных иномарок сгустились тучи. Что поделаешь: жадность рождает еще большую жадность. Ездят они полгода-год — и вдруг машину останавливает инспектор и объявляет, что она в розыске либо за Интерполом, либо за таможней. Сперва стоит бешеный крик (“Ты на кого руку подымаешь?!”, “Не может быть!”), потом платится взятка, и вскоре у “крыши” раздается звонок. Незадачливому владельцу машины популярно объясняют: извини, мол, дорогой, но срок вышел — плати еще 3—5 тысяч американских рублей и катайся дальше. Нет — заберем машину и отдадим более уважаемому господину.

По самым скромным подсчетам, таких авто в Москве не менее двух тысяч, и парк постоянно обновляется: жаждущие халявы даже в очереди стоят. Если учесть, что “крыше” автомобиль не стоил ни копейки (своровали, не растаможили), и не принимать во внимание накладные расходы (услуги перегонщиков, взятки на таможне и в милиции), то навар с одного автомобиля в среднем составляет $40000. Понятно, что за такие деньги можно постараться.






Партнеры