МОСКВИЧИ ЗАГАСИЛИ ПРИМУС

22 января 2003 в 00:00, просмотров: 350

— Булгаков не прощает грубого вторжения в свою мистическую атмосферу. Примус провалится — пруд отомстит...

Этот грозное предсказание кинорежиссера Аллы Суриковой задало тон очередному публичному обсуждению проекта памятника Булгакову на Патриарших. Увлекшись критикой, борцы против памятника практически не услышали сенсационного заявления его автора — скульптора Александра Рукавишникова. А он между тем сказал, что... отказывается от установки самой спорной детали композиции — 12-метрового примуса.


— В мире есть всего несколько профессионалов, которым я доверяю, — заявил скульптор, — один из них позвонил мне и попросил не ставить примус. Я пообещал. Правда, еще не согласовал вопрос с соавторами.

Впрочем, с тем, чтобы оставить от памятника одну фигуру писателя, сидящего на скамейке, Рукавишников не согласился. На пруду встанет и Иешуа, а вместо примуса все равно будет какой-нибудь фонтан. При этом скульптор с сожалением заметил, что такие перестройки “отбрасывают искусство назад”. И вообще: проект памятника выиграл открытый конкурс, был утвержден множеством комиссий и “попахивал шедевром”.

Дальнейшие события сами тянули на произведение искусства. Роль хора исполняли дамы из группы защиты Патриарших.

— Ой, начинается!.. Ну хватит уже! — подавали они реплики из зала на каждое слово скульптора. Более пространные монологи отличались высоким эмоциональным накалом. Больше всего собравшимся не понравилось то, что автор проекта уступил не мнению общественности, а некоему “профессионалу”.

— Если ваши памятники народу не нужны, то для кого вы работаете?! — спросили у Рукавишникова.

— Нужно не опускаться до уровня народа, а поднимать его до своего уровня. Памятник оценят через 100—200 лет, — ответил он.

Такие фразы обычно вызывают бурю протеста. Она и началась.

— В памяти потомков вы останетесь погубителем Патриарших прудов! — страстно восклицал архитектор Никита Шангин (знаток из “Что? Где? Когда?”).

Одна из активисток, Наталья Чернецова, попыталась было напомнить, что решать вопрос о памятнике должен не скульптор, а московское правительство — к нему и нужно обращаться с претензиями. Но ее уже никто не слушал.

Неизвестно, сколько бы еще длилась дискуссия на тему “Должно ли искусство быть народным?”, если бы Рукавишников не ушел, сославшись на занятость. Остальные участники еще немного поговорили о том, что старые уютные Патриаршие могут исчезнуть навсегда, и тоже разошлись.

Но это был лишь очередной акт драмы. И ружье, которое должно выстрелить в финале, пока осталось висеть. Роль ружья исполняет правительство Москвы. До сих пор оно не вмешивается в споры о памятнике. Но когда дело подойдет к развязке (памятник собираются устанавливать уже в мае), править бал будет именно мэрия.




    Партнеры