В ПАРИЖЕ МОДНЫ АНГЕЛЫ

25 января 2003 в 00:00, просмотров: 153

В Париже прошли дни haute couture. Итак, каков он, сезон весна-лето 2003 года от кутюр? Исчезают имена. Дома. Стили. Нет в кутюре Пако Рабанна, нет Кензо, нет Сен-Лорана. А теперь вот уходит и Тьери Мюглер. У кого — возраст, у кого — депрессия, а у кого — отсутствие денег содержать такую красоту. Высокое шитье стоит безумно дорого. Но для Домов высокой моды делать его — вопрос престижа. Однако, когда нет денег, выше головы не прыгнешь. У коллекций haute couture почти не осталось клиентов, скоро пальцев на одной руке хватит: да, престижно, но дорого-о-о! И тогда кутюрье идут двумя путями: либо продаются крупной группе — LVMH или там Гуччи, либо предпочитают уходить. Кто — на пенсию, кто — в тоску. А кто просто переключает все внимание только на прет-а-порте.


Что сказать про то, что было, кроме того, что все, как всегда, великолепно: и залы, и коллекции, и манекенщицы, и сопутствующие вечеринки. Ну разве только то, что кутюрье нашли новую тенденцию, “дух времени”: 20-е годы, белый цвет, ангельские лица.

Унгаро представил свой дух времени в виде огромнейших шляп, маленьких черных жакетов в талию, которым сопутствовали красные губы и сигареты. Длинные черные платья с мелкими деталями в виде красного бисера и камней: рука на бедре, томное плавное покачивание бедрами, завуалированные тюлем лица. Шелковые платья, розовый сатин, коралл на легких пальто, кружево. Фантастический жакет-бюстье сине-голубого цвета и золото. А какие женственные юбки! Какие бесконечно женственные брюки! Шелк с рисунком, маленькие жакеты и огромные шляпы — то, о чем может мечтать любая дама, грезя о начале ХХ века. И, конечно, гвоздь любой коллекции от кутюр — свадебное платье. У Унгаро невеста вся была укрыта тюлем: 60 метров на трен, голова в вуали и обмотанный тюлем букет роз. А само платье — верх шитья — белое, кружевное. “Это была прогулка во времени и пространстве”, — сказал Унгаро после показа разочарованным журналистам. Разочарованным, потому что 20-минутного шоу было совершенно недостаточно, чтобы разглядеть детали haute couture: ткани, аксессуары, ленты, шитье, вышивка. Пожалуй, женственней коллекции в Париже показано не было. Рядом с Унгаро стоял французский символ женственности — актриса Анук Эме. Помните ли вы фильм Лелуша “Мужчина и женщина”?..

Впрочем, все, как один, дизайнеры весной-летом-2003 выбрали музой Женственность. С нагромождением деталей, с макияжем, кричащим “Я ЖЕНЩИНА!”, с великолепнейшей вышивкой — ни одна показанная коллекция не обошлась без этого. Кого-то унесло в 20-е, кого-то на Восток. Ушел в Восток Стефан Роллан, дизайнер Дома Шеррер. Чем вдохновился он — арабской музыкой, южным ночным небом, лукумом? Впрочем, нет — Жаном Луи Шеррером 70-х годов: бюстье, цвет слоновой кости, воздух. А невеста была одета в бусы из жемчуга и рубины, под которыми с трудом можно было разглядеть маленький кап молочного цвета. Ушел в Восток Джон Гальяно для Дома Диор: гальяновский Восток был дальним, китайским, с обилием цвета, с китайскими зонтиками и сложнейшим макияжем сине-голубых цветов: макияж размазывался по всему лицу в виде маски, сверху рисовались тонкие брови и клеились большие ресницы. И гальяновская китаянка плыла без улыбки, вызывая восторги всех без исключения редакторш мод.

У Дома Карвен были Гавайи, здесь королем стал цвет океана, голубой. Здесь были орхидеи и гибискусы — цветы экзотики. И хлопковые бюстье. И парео для вечера. И платье из крепжоржета со всеми имеющимися в природе расцветками. И черное кружево. И что-то от 50-х, и что-то от диско. И что-то от женщины, которую зовут Мечтой.

Эта бесконечная женственность сочилась, просыпалась, проливалась из коллекций Лагерфельда для Дома Шанель (шляпки, бусы, канотье или взять хотя бы 60 слоев муслина для одной камелии), Кристиана Лакруа (женщина-ангел и женщина-вамп), Валентино (ленты, сетка, вышивка, нежнейшие ткани и расцветки), Готье. И весь этот haute couture, который некогда был “неодеваем” из-за далеко уходящих фантазий кутюрье, сегодня стал максимально близок к реальности (читай прет-а-порте) — женщина haute couture больше не похожа на произведение искусства, теперь она полнокровная, живая, невероятно женственная и невероятно сексуальная.




Партнеры