МЕРТВЫЕ СНЫ

30 января 2003 в 00:00, просмотров: 419

Кристин Малевр — это имя сейчас будоражит Францию. В пятницу в версальском суде ей, бывшей медсестре одной из больниц парижского пригорода, должны вынести приговор. Кристин обвиняют в преднамеренном убийстве семи пациентов в 1997 и 1998 годах.

Суд над 33-летней медсестрой начался три недели назад. И заканчивается в грядущую пятницу. Такая быстрота объясняется тем, что Кристин вовсе не отрицает, что “облегчила” муки нескольким неизлечимым пациентам. Однако эвтаназия во Франции запрещена, а родственники жертв категорически утверждают, что больные никогда не просили об искусственной смерти.

На цепочку загадочных смертей в клинике обратили внимание прошлым летом. Началось следствие, которое и вывело на “сострадательную” Кристин Малевр. Она особо не упиралась, признав, что умертвила несколько десятков человек, “что-то около 30”. Но когда за дело взялись адвокаты, число жертв стало таять, как снег на солнце. В итоге Кристин подтвердила только четыре случая смерти по ее вине, причем последние два произошли “случайно”. Разумеется, “женщина в белом” была отправлена на психиатрическую экспертизу, которая дала заключение, что у подсудимой не все в порядке с головой, она страдает манией влечения к смерти. Однако в момент преступлений, считают психиатры, медсестра была совершенно вменяема, что позволило следствию предъявить обвинение в преднамеренных, а не случайных убийствах.

“Я не хотела, чтобы эти люди страдали. И чтобы страдали их семьи”, — так оправдывалась медсестра-убийца, постоянно путаясь в цифрах: скольких же она отправила в мир иной? Чтобы как-то разобраться во всем этом потоке путаных признаний, на суде заслушали статистику смертей в больнице, где работала Кристин. Подсчитали, например, что в 1998 году из 28 смертей в ее дежурство случилось 14. Половина всех летальных исходов в больнице за год! Но спустя столько времени установить, какие пациенты скончались по вине Кристин, оказалось настолько сложно, что к делу привлекли математиков. Они применили к смертельной статистике теорию вероятности и дали свои выводы, которые тоже подшиты к судебным документам. В результате медсестру судят всего по 7 случаям.

Слушания по “делу Кристин Малевр” больше походили на медицинский симпозиум. Врачи объясняли судьям, как поддерживается жизнь больных в коме, сколько морфия требуется, чтобы облегчить муки, и нужно ли действительно удлинять искусственно жизнь тем, кто живет, не ведая, что он жив. Один профессор-невролог, уже на пенсии, рассказал, что в бытность его медики намеренно путали препараты, чтобы провоцировать кому или ускорить смерть: “Это делалось, чтобы человек не мучился от своих страданий. Такие вещи делали стажеры. Это часто практиковалось”.

Личность самой сестры-убийцы выглядит весьма противоречиво. Кто-то из свидетелей вспомнил, что подсудимая начала практику медсестры в 20-летнем возрасте, и это наложило отпечаток на ее психику. Другие ее теперь уже бывшие коллеги обвиняли самих себя: “Кристин уже давно вела себя неадекватно, но почему-то никто на это не обратил внимания”. Нашлись и такие, кто рассказывал, что медсестра-убийца получала некое удовольствие, видя, как умирают пациенты: “Она предпочитала всегда навещать самых тяжелых и часами сидела у постели того, кто находился на краю жизни”.




Партнеры