БЕРЛИН С ВОСТОРГОМ СДАЛСЯ АМЕРИКЕ

10 февраля 2003 в 00:00, просмотров: 209

Пошел уже 4-й день Берлинского кинофестиваля, а страсти по открывшему его киномюзиклу “Чикаго” с поющими и танцующими Ричардом Гиром, Кэтрин Зета-Джонс и Рене Зелльвегер в главных ролях все никак не утихнут. Билеты на все пять последующих показов были сметены еще 6-го утром. А как вопили простые немецкие граждане, когда Гир появился на красной дорожке перед Берлинале-палас перед самой премьерой!

Да и сам Ричард (как запросто называют его фанаты) не подкачал — отработал по-честному: до кого дотянулся — пожал руки, остальным — по-свойски улыбнулся и послал воздушные поцелуи. Меньше восторгов досталось Кэтрин Зета-Джонс, еще меньше — Рене Зелльвегер, ну а на мужа Кэтрин публика прореагировала, как в том анекдоте про Ленина и Крупскую (“Здравствуте, Надежда Константиновна. И вы, товарищ Крупский, проходите”).

Интересно, затмит ли невероятный успех “Чикаго” фильм Мартина Скорсезе “Банды Нью-Йорка” с Лео Ди Каприо, который обещан на закрытии 53-го Берлинского кинофестиваля?

Здесь сплошные звезды. На Берлинале приехали Джордж Клуни, Стивен Содерберг с фильмами “Солярис” и “Признания опасного человека” (режиссерский дебют красавчика Клуни спродюсировал Содерберг). Самую мощную на сегодняшний момент конкурсную картину “Жизнь Дэвида Гэйла” представляют лично легендарный режиссер Алан Паркер и сыгравший свою лучшую роль один из самых великолепных американских актеров Кевин Спейси. Отвечать на вопросы по картине Спайка Джоунса “Адаптация” тоже приехали сам режиссер (в России известен по фильму “Быть Джоном Малковичем”) и исполнитель главной роли Николас Кейдж. Звезда звезде практически наступает на пятки, поэтому обо всем по порядку.

Ричард Гир: “Сложнее всего было бить степ”

— Когда смотришь фильм “Чикаго”, то, восхищаясь им как образцом голливудской продукции, думаешь вот о чем: неужели Ричард Гир, Рене Зелльвегер и Кэтрин Зета-Джонс сами исполняли свои сверхпрофессиональные музыкально-танцевальные номера?

— Очень странный вопрос. Ответ: разумеется. По меркам высокого актерского профессионализма нанимать дублера в подобных случаях просто стыдно. На самом-то деле, если продюсеры будут знать, что у тебя нет соответствующей профессиональной выучки, тебя попросту не пригласят.

— Мы знаем о ваших музыкальных способностях, о том, что вы с детства играете на многих инструментах, а в молодости пели в рок-операх. Но танцевать-то — это совсем другое!

— А танцевать и было трудно. Особенно бить степ. Уже согласившись играть в “Чикаго”, я понимал, что сцена со степом будет для меня самой сложной. (Это когда герой Гира, циник-адвокат, понимает, что его подзащитная — Рене Зелльвегер — будет осуждена, и должен в считанные секунды выдумать новые аргументы, чтобы переубедить присяжных. — Авт.) Мне наняли тренера по степу. Это такой трудный жанр!

— Но вы отлично смотритесь, когда бьете степ.

— А знаете, сколько времени это отняло? Мы начали заниматься, не поверите, за два месяца до начала съемок. И продолжали весь съемочный период. В целом я доволен. Но иногда во время тренировок, когда ничего не получалось, испытывал отчаяние. Теперь, смотря фильм, думаю: господи, почему режиссер Роб Маршалл показывает некоторые детали моего степа — как я виртуозно работаю ногами — крупным планом, так что не видно лица? Публика подумает, будто это монтаж и за меня работал дублер.

— Каково вам быть в роли мирового секс-символа?

— Вы о чем? То есть я знаю, о чем вы, но отношусь к подобным вопросам с безусловной иронией. Я, если вы знаете, буддист, и мне даже смешно объяснять, что для меня известность не имеет никакого значения. Вчера была очень веселая сцена на берлинской пресс-конференции, посвященной “Чикаго”. Какой-то датский журналист спросил, как я отношусь к заявлению голливудской актрисы Лоры Линни, будто все женщины мира одномоментно испытали оргазм в момент, когда я получал за роль в “Чикаго” “Золотой глобус”. Я ответил, что отношусь положительно. И что как раз в этот момент сидящие по разные стороны от меня Рене Зелльвегер и Кэтрин Зета-Джонс наверняка испытывают перманентный оргазм... Ерунда какая-то.

— Чем вы объясняете успех “Чикаго”? Ведь фильм наверняка получит 11 февраля кучу номинаций на “Оскар”.

— В этом успехе, как и во всяком другом, есть что-то мистическое. Но что-то и вполне рациональное. Вы давно видели картину, которая была бы столь профессионально — да и попросту красиво — снята? Давно смотрели фильм, столь изящно смонтированный? Ради участия в таких фильмах и стоит жить.

Рене Зелльвегер: “Прежде я никогда не пела нигде, кроме как в душе”

— Рене, у вас одна из самых быстрых карьер в Голливуде. Только вчера российские киноманы оценили вас в фильме а-ля Тарантино “Любовь и кольт 45-го калибра”. А уже сегодня у вас два “Золотых глобуса” за лучшие женские роли: за “Сестричку Бетти” и “Чикаго”. Номинация на “Оскар” за “Дневник Бриджит Джонс”. Плюс многое еще. Вы ощущаете себя вашей героиней из “Чикаго”, которая больше всего на свете жаждала славы?

— Ой, вы знаете, снимаясь в “Чикаго”, я испытала такое удовольствие! Я не ожидала, что буду на экране петь и танцевать, да еще рядом с такой звездой, как Ричард Гир.

— Рене, пожалуйста, не стройте из себя простую наивную американскую девушку! Мы знаем, что у вас университетский диплом по литературе.

— Хорошо. (Смеется.) Но вы должны поверить, что для меня работа в “Чикаго”, пение и танцы в кадре действительно стали фантастическим опытом. Я искренне восхищена.

— Не давила ли на вас вся история “Чикаго” — одного из самых известных мюзиклов? Вы ведь понимали, что найдутся люди, которые, любя классический “Чикаго”, начнут оценивать и ваше пение, и вашу игру особенно пристрастно.

— Будете смеяться, но я никогда не видела “Чикаго” и не слышала композиций из него. Так получилось. Поэтому мне было легче. Я просто получила неожиданно сложную работу — работу-вызов. Мне надо было доказать всем вокруг, и прежде всего себе, что я справлюсь. Прежде я никогда не пела нигде, кроме как в душе, — мой брат орал мне в это время из-за стены, чтобы я заткнулась.




    Партнеры