Господа Бумажкины

20 февраля 2003 в 00:00, просмотров: 233

Историческая дата 18 июня 1995 года стала днем рождения полноценного политического шоу на отечественном ТВ. Для этого, как известно, потребовались стакан апельсинового сока, Жириновский и Немцов. Теперь у них много последователей, а “стаканы с апельсиновым соком” перед эфиром заготавливают специально обученные люди.


Сладкая же парочка продолжает лидировать в области телевизионного пиара. Вот Жириновский в прямом эфире “Свободы слова” сначала чуть ли не обнимается с предводителем “правых сил”, а через месяц там же вынимает пистолет и грозит им своему вечному визави. Немцов прилюдно купается в проруби в “Намедни”, а в другом выпуске этой политрискованной программы шокирует всех критикой в адрес коллег-конъюнктурщиков, увлекшихся “президентскими” видами спорта — дзюдо и горными лыжами. Но не судите строго политика — он играет, как велят ему имиджмейкеры...

— Функция телевидения, и в частности политических программ, — знакомить зрителя с тем, чем занимаются избранники народа, — считает ведущий политический журналист на НТВ Савик Шустер. — Мы приглашаем всех политиков, за исключением фашиствующих лидеров, это принципиальная позиция.

Очевидно, ярый “антифашист” Жириновский, в июле прошлого года прямо в эфире НТВ набросившийся с кулаками на мать и брата парня, погибшего в фанатской драке на Театральной площади, к таковым не относится...

Романтиков политбаталий на ТВ поубавилось, верх берет голый и неприкрытый пиар. Валерия Новодворская теперь приходит на ТВ обсуждать только крайние случаи попрания прав и свобод, вроде сомнительных деяний губернатора Краснодарского края Александра Ткачева. Порядочные люди начинают чураться ТВ. Стоит хоть раз побывать в VIP-зоне, куда съезжаются “слуги народа” перед началом и после съемок, дабы убедиться в том, что телеполитика — это суперциничное шоу. “Ну как я выступил?”, “Все сказал, как мы договаривались?” — такие незавуалированные переговоры с ведущим звучат в послеэфирных кулуарах.

— В свое время политические деятели приходили на ТВ как начальники, чтобы всех учить, — говорит Владимир Познер. — Потом было время, когда они совсем не ходили на ТВ. Теперь ходят, потому что поняли, что с телеэкрана легче всего продвинуть свою точку зрения, точку зрения правительства. У кого-то это лучше получается, у кого-то нет.

Конечно, интереснее всего, когда политики ведут себя на экране естественно и неожиданно. Всякий следящий за телепроцессом зритель с удовольствием вспоминает, например, Александра Волошина, которого Андрей Караулов заснял для “Момента истины” канала ТВЦ где-то на приеме совершенно “неподготовленным”, когда тот расслаблялся от “семейных” трудов с сигареткой в руках. Или с ужасом — как Ирину Хакамаду, которую в “Школе злословия” на “Культуре” просто “забили ногами” две интеллигентные дамы-ведущие Татьяна Толстая и Дуня Смирнова. Прекрасен был также Василий Шандыбин, декламировавший в “Без протокола” у Бермана и Жандарева на ТВС романтические стихи Роберта Бернса и призвавший “всех девушек беречь до свадьбы свою честь”.

Виктор Черномырдин, чтоб все знали, прекрасно говорит по-русски. Но только когда выключаются все камеры. Речь нашего посла на Украине и редактора нового собрания сочинений Н.В.Гоголя тут же становится образна, почти изысканна. В пику своему бывшему премьеру никогда не матерится Борис Ельцин и всегда ко всем подчеркнуто обращается на “вы”. Президент Владимир Путин может в мужской компании ввернуть крепкое словцо, но только к месту, для придания дополнительной яркости выражению. Самый неожиданный матерщинник — министр иностранных дел Игорь Иванов, — по общему признанию, знает и умело применяет в беседе родную ненормативную лексику. Григорий Явлинский — известный “динамист”, обожает пообещать и не приехать на съемку, сообщив об этом в самый последний момент. Но его все равно приглашают, поскольку, как выразилась шеф-редактор одной из программ, “в эфире Явлинский прекрасен”. Геннадия Зюганова в кругу телевизионщиков прозвали шарманкой за то, что на любой вопрос, даже на “как вас зовут”, лидер КПРФ как заведенный будет твердить про “антинародный режим”. Очень любят сниматься Митрофанов, Олег Морозов, Кокошин, Степашин, — последний как никто прост и демократичен в общении. Не любят сниматься почти все невыборные политики, чиновники и особенно генералы всех сортов. Военные — вообще головная боль для полит-ТВ. Совсем не умеют формулировать свои мысли и жутко перестраховываются. Боятся камеры, по любому поводу останавливают съемку и мчатся звонить начальству. Генералы — также главные “динамисты”. Бывало, военный гость программы уже сидит под софитами, включается камера... Тут почтенный муж в погонах краснеет как девушка и с криком “Нет, не могу!” стремглав убегает от камеры. Очевидцы утверждают, что такое несколько раз происходило с адмиралом Поповым, экс-командующим Северным флотом. Гражданских чиновников перед камерами тоже иногда скручивает ступор: нормальный, даже интеллигентный Сергей Грызунов в бытность свою главой Минпечати так однажды зажался, что не смог выдавить ни слова. Зато радуют дамы-политики. Хакамада, Лахова, Памфилова. Эти пунктуальны, уверены в себе и почти никогда не пользуются услугами студийного гримера. Павел Бородин известен как любитель поддать после эфира — причем пьет только водку, но “в любых количествах”. Если же обобщать, то лучше всего умеют и любят сниматься главы и представители “старых” думских партий и фракций: Жириновский, Явлинский, Зюганов и др. А хуже всего пока это получается у центристов, которые в большинстве своем косноязычны, несамостоятельны и часто норовят читать текст по бумажке.

— Приглашение политиков в ТВ-программы — дело сугубо индивидуальное, — полагает автор и ведущий программы “Зеркало” на телеканале “Россия” Николай Сванидзе. — Только Путин может быть всегда, потому что президент — это всегда информационный повод. Всех остальных приглашают на ТВ, исходя из событий недели.

Николай также считает, что умение сниматься для политика — важная часть профессии. И если политик любит сниматься, значит, он любит свою работу.




Партнеры