Наука требует жертв

1 марта 2003 в 00:00, просмотров: 199

В Юго-Западном округе Москвы продолжают убивать ученых. Научный анклав столицы — как Бермудский треугольник: вторую зиму смерть косит здесь докторов наук, академиков, профессоров... Очередной жертвой стал Сергей Бугаенко — директор Международного центра по ядерной безопасности Минатома.

Кто и почему ведет охоту на лучшие умы российской науки? Экспресс-расследование провели корреспонденты “МК”.

Из досье “МК”:

УЧЕНЫЕ — ЖЕРТВЫ НАПАДЕНИЙ

30 января 2002 г. — в подъезде своего дома ударами по голове убит директор Института психологии РАН, профессор Андрей Брушлинский.

9 февраля 2002 г. — в подъезде найден убитым заведующий кафедрой микробиологии 2-го Российского государственного медицинского университета Валерий Коршунов. Он скончался от черепно-мозговой травмы.

19 марта 2002 г. — в подъезде своего дома жертвой нападения стал декан исторического факультета МГУ Сергей Карпов. С черепно-мозговыми травмами ученый был госпитализирован.

Убийцам помог сломанный лифт

44-й дом по Ленинскому проспекту — престижный, “академический”. Окна выходят на Дворец профсоюзов, на первом этаже — загс. Все здесь располагает к чинной, размеренной жизни. И люди здесь такие же — спокойные, интеллигентные, погруженные в себя. А теперь еще и подозрительные. Вчера многие шарахались от посторонних как черт от ладана.

Сергея Бугаенко убили около 9 часов утра. Перед тем как уехать на работу, 68-летний ученый-ядерщик всегда выгуливал четвероногого любимца — маленькую симпатичную собачонку. В четверг он был вынужден спускаться вниз пешком. Незадолго до того лифт в подъезде вышел из строя. Лифтеры уже начали его ремонтировать, даже разложили инструменты на первом этаже. Но в то утро они еще не успели заступить на вахту. Зато предполагаемых убийц видели соседи.

— Я утром за газеткой спускалась, — говорит бабуля с 5-го этажа, — смотрю, стоят двое. Вроде не местные. Один курил, а второй от скуки зажигалкой стену в подъезде подпаливал. Я ему замечание сделала, а он хоть бы хны!

— Я собирался уходить — одетый уже, возле двери стоял, — рассказывает другой сосед. — И услышал, будто что-то упало. Открыл дверь — смотрю, два парня спускаются. У одного в руке был гвоздодер, а с него кровь капала...

Предполагается, что орудиями убийства стали именно этот гвоздодер (небольшой загнутый ломик) и монтировка. Их прибывшие оперативники нашли неподалеку. Видимо, преступники боялись, что на шум выстрела сбегутся люди, поэтому и выбрали “тихий” инструмент. Они подкараулили Бугаенко на лестничной площадке между 3-м и 4-м этажом. Там ученого и нашли — через 20 минут после убийства. Судя по положению тела, как только мужчина повернулся спиной к преступникам, те нанесли ему удар. Вокруг все было залито кровью. Эксперты даже не смогли с ходу определить, сколько всего ранений на теле несчастного. Оставалась даже слабая надежда, что Бугаенко умер, ударившись головой о ступеньку (точный ответ специалисты обещали вчера вечером).

Дома в этот момент была супруга Сергея Евгеньевича (взрослая дочь ученого живет отдельно). Сейчас она в шоке, даже сыщики не рискуют мучить немолодую женщину долгими допросами. А у дверей квартиры Бугаенко появилось шесть гвоздик.



68-летний ученый легко ходил на руках

Из досье “МК”:

Сергей Евгеньевич Бугаенко родился в 1934 году в г. Красноярске. В 1958 году окончил МВТУ им. Баумана, а в 1973 году — МГУ. С 1958 по 1973 год работал в ГНИИ машиноведения РАН. С 1973 по 1998 год — в Научно-исследовательском и конструкторском институте энерготехники. Был научным руководителем работ по управлению сроком службы реакторных установок и энергоблоков АЭС, членом рабочей группы МАГАТЭ по управлению сроком службы и официальным представителем Минатома в Комитете по безопасности ядерных установок Агентства по ядерной энергии. Доктор технических наук, профессор.

— Это был человек энергичный, волевой. Я его очень любила, — рассказывает секретарша Сергея Евгеньевича. — Правильный руководитель: в меру строгий, в меру мягкий. С ним легко было работать: он был человеком дела, строгим, но справедливым. Требователен к другим, но и к себе тоже. Коллеги его уважали.

Работники МЦЯБЕ утверждают, что только благодаря трудолюбию и энергии их президента Центр был создан и остался на плаву по сей день.

По словам коллег, Бугаенко не был богатым человеком. Знал счет деньгам и расточительством не отличался. Ездил на старых “Жигулях”, владел дачей на шести сотках. Дорогостоящих хобби у ядерщика тоже не было — свободное время он проводил на огороде.

— Зарплата у профессоров вузов — 150 долларов, мы получаем чуть больше, — рассказывает сотрудник МЦЯБ. — Единственный способ подзаработать — международные проекты, но и они баснословных барышей не приносили. Центр — организация общественная, и мы никогда не имели особенных льгот.

Сергей Евгеньевич был спортивным человеком: еще в молодости он стал мастером спорта по гимнастике и в свои 68 мог спокойно пройти на руках. Не курил, выпивал только по праздникам, вел здоровый образ жизни.

— Нельзя сказать, что он был закрытый человек, — скорее наоборот, общительный, тем более что коллектив Центра небольшой: всего 15 человек, все на виду. Тем не менее он держался на дистанции, о личной жизни рассказывал мало. Ходят слухи, что в последнее время в семье патрона были какие-то неурядицы — будто бы некие разногласия с супругой.



Ученых устраняет тайная организация хулиганов?

Из досье “МК”:

Международный центр по ядерной безопасности российского Минатома был создан в январе 1996 года в соответствии с совместным заявлением о создании международных центров по ядерной безопасности, подписанным в Вашингтоне в том же месяце. Среди направлений деятельности Центра: создание баз данных по безопасности ядерных объектов, повышение безопасности действующих ядерных установок, содействие Минатому России и Министерству энергетики США в проведении согласованной политики по обеспечению безопасности ядерных установок.

Сейчас сыщики проверяют пять основных версий убийства Бугаенко. Самая маловероятная — заказное убийство на профессиональной почве. Все, кто работал с ученым, говорят, что он абсолютно никому не мог помешать. Никаких решений федерального значения Центр не принимал, работая лишь как совещательный орган. Центр собирал данные о состоянии реакторов на АЭС в Балакове, Твери, Курске, Смоленске, Белоярске и других городах. Едва ли какое-либо заключение специалистов МЦЯБ могло бы спровоцировать столь тяжкое преступление, даже если предположить, что на одной из АЭС эксперты “нарыли” нечто криминальное. Не выдерживает критики и версия вылазки террористов — как отечественных, так и импортных. Хотя слухи о подготовке теракта на одной из атомных станций ходят давно, сомнительно, чтобы эксперт даже такого уровня, как Бугаенко, мог стать мишенью для террористических организаций.

Не сбрасывается со счетов убийство “по личным мотивам”. Здесь нащупать след можно в первую очередь в семье покойного, но родные пока не настроены общаться с правоохранителями. Естественно, стражи порядка будут проверять, не оставил ли Бугаенко завещания, и если да, то кто станет наследником.

Убийство из хулиганских побуждений или с целью ограбления — эта гипотеза также имеет право на жизнь. Кстати, именно ее активно проверяли при расследовании предыдущих убийств ученых. В случае с директором Института психологии Брушлинским был даже подозреваемый, совершивший несколько аналогичных нападений в подъездах домов в Конькове, но доказать его вину не удалось. Правда, не в пользу этой версии на сей раз говорит место происшествия. Академические дома на Ленинском проспекте — довольно спокойная зона, здесь, несмотря на отсутствие консьержек, шпана озорничает редко. Да и грабить тут почти некого: основной контингент — известные, но нищие по нынешним меркам профессора.

Еще один вариант — страшная случайность. Например, профессор мог неосторожно толкнуть кого-то из молодчиков. Или застать их за неблаговидным занятием — например попыткой совершить квартирную кражу. Правда, ни на одной из дверей подъезда оперативники не обнаружили следов взлома. Но такие ситуации в жизни случаются сплошь и рядом.

И — самое тревожное — не исключается связь убийства Бугаенко с предыдущими преступлениями в отношении ученых в Юго-Западном округе. После каждого такого ЧП множатся слухи о некой тайной организации, цель которой — извести цвет отечественной науки. Одни говорят, что засады в подъездах устраивают фанатики из числа непризнанных гениев-студентов. Другие утверждают, что нити тянутся чуть ли не за рубеж. Естественно, официально такие версии никто не подтверждает. Но и раскрыть хотя бы одно из нападений на профессоров стражи порядка пока не могут. А раз так — нет никакой гарантии, что Сергей Бугаенко будет последним в этом страшном списке.






Партнеры