Подиум строгого режима

29 марта 2003 в 00:00, просмотров: 374

Мало модным журналам профессиональных манекенщиков! Последняя фишка — использование в качестве моделей обычных людей из необычных мест. Недавно для французского журнала “Вог” снялись моряки из Гренландии, грузчики из Южной Америки и... заключенные из колонии строгого режима ИК-3/5, что находится в крошечном ивановском городке Кохма. Убийцы и грабители смотрелись в костюмах от Версаче как истинные манекенщики!


О существовании затерянной в российской глубинке кохомской колонии редакция модного журнала узнала из Интернета. На сайте, посвященном жизни ивановских зэков, осужденные демонстрировали камуфляж и рабочую одежду, сшитую собственными руками.

“А почему бы русским зэкам не стать моделями журнала “Вог”?” — подумал редактор Пол Мэдер. Связавшись по телефону с руководством Ивановского управления исполнения наказаний, он объяснил: “В журнале есть специальная рубрика “Новые лица”, где модную одежду демонстрируют не профессиональные манекенщики, а обычные люди из необычных мест”. Предложение французов в УИН сочли весьма заманчивым: за проведение съемки колония должна была получить тысячу долларов.

К приезду представителей модного журнала в колонии строгого режима тщательно готовились. Из желающих попробовать себя в роли моделей администрация выбрала сорок самых благонадежных и опрятных заключенных.

Съемочная группа по непонятным причинам задерживалась... Злоключения французов начались на самых подступах к России: на таможне стилистов приняли за... “челноков”. Немало трудов стоило им убедить российских чиновников, что в контейнерах у них коллекция одежды от Труссарди, Мийяке, Ферре и Жиля Сандера... Французам бы о подробностях визита в Россию умолчать, но они “на голубом глазу” выложили: “Демонстрировать эксклюзив будут ваши зэки”. Таможенники насторожились, и начались проверки...

Наконец в ИК-3/5 от французов пришло сообщение: “Недоразумения улажены. Едем”.

— Когда в зоне спецконтроля кохомской колонии показались нечесаные люди в рваных джинсах — администрация спецучреждения застыла в растерянности. Начальник колонии тут же дал распоряжение досмотреть багаж группы на наличие наркотиков... — рассказал мне начальник отдела по воспитательной работе ИК-3/5 Андрей Романов.

Оставив поклажу для проверки, французы с ходу принялись за работу.

За полдня цифровыми камерами стилисты отсняли всех допущенных к фотопробам. А потом, посовещавшись, приняли решение: моделями журнала станут 11 счастливчиков.

— Всех, кого мы сами прочили в “модели”, французы отсеяли, — говорит Романов. — Выбрали тех, чей облик в большей степени отражал, на их взгляд, русский колорит.

— Неужели все светло-русые и курносые? — спешу уточнить я.

— Сейчас сами и увидите, — безнадежно машет рукой майор.

В библиотеку, которая расположена в клубе колонии, один за другим просачиваются невысокие худощавые мужчины в черных телогрейках.

“И это парижские модели?..” — удивляюсь я про себя, вглядываясь в лица стоящих передо мной осужденных мужчин. Короткая стрижка и впалые глаза делают их похожими друг на друга.

— Сергей Дугин, Сергей Чернобривец, Олег Рыбаков, — представляет мне присутствующих майор Романов.

Когда разговор заходит о съемках, вся троица мгновенно преображается.

— Нас не стали ни причесывать, ни накладывать грим, — рассказывает уроженец Иванова Сергей Дугин.

Бывшему прапорщику 31 год, за убийство по пьяной лавочке получил “десятку”, из них отсидел только 4 года. В колонии строгого режима открыл в себе массу талантов. Теперь Сергей пишет стихи, рисует, поет в тюремном ансамбле и виртуозно играет в настольный теннис.

— Каждая модель, которую мы демонстрировали, была эксклюзивная, сшитая в единственном экземпляре и стоила сумасшедшие деньги, — продолжает рассказывать Дугин. — На мне, например, была надета куртка за 15 тысяч франков от Труссарди. Я подсчитал, так могла бы стоить в наших краях 2-комнатная квартира.

Привезенная коллекция одежды была выдержана в стиле “милитари”. В каждом костюме от модных французских кутюрье были детали настоящей военной формы различных армий мира — британской, кубинской, японской. Например, бывшему бойцу рижского ОМОНа, а ныне осужденному за убийство Эдуарду Левину довелось красоваться в берете от “коммандос”.

— На мне был черный пиджак из чистой шерсти и зеленые брюки от Жиля Сандера, — рассказывает самый молодой из кохомских осужденных Сергей Чернобривец.

В колонию Сергей попал в 19 лет за убийство в драке “стенка на стенку”. Из 13 лет отбыл три года.

Отбывающий за грабеж Олег Рыбаков демонстрировал кашемировое пальто и куртку. Перед съемкой он перемерил гору перчаток, прежде чем стилисты остановились на подходящей паре. В дорогостоящих берцах из тончайшей кожи он расхаживал по колонии целый день.

Всех моделей поразило, насколько интенсивно работают французские фотографы. Без обедов и перекуров они продолжали снимать зэков-моделей шестнадцать часов подряд.

Полистав журнал с изображением своих подопечных, начальник колонии расстроился. В одном случае французы фоном для съемок выбрали одну из немногих в колонии стен с облезлой штукатуркой, в другом — испачканный краской линолеум, стену с отбитым кирпичом... А в жизни кохомские модели всем казались более симпатичными, чем на страницах журнала.

— Французы нам сразу объяснили, что эстетика номера будет холодной и даже жесткой, — объясняет Сергей Дугин. — Поэтому в журнале мы сняты на сером фоне, у нас затемненные лица, как на фотографиях в милицейских досье.

Между тем фотографы “Вог” остались довольны работой кохомских заключенных. Пол Мэзер отважился заявить, что для некоторых из зэков-моделей этот опыт, возможно, станет первым шагом к профессиональному подиуму...

Прощаясь, по поводу своих драных джинсов французы объяснили: “Эксклюзив. Стоят как автомобиль “Порше”.

“И эти люди диктуют другим, как надо одеваться?..” — качало им вслед головами руководство колонии.

На выделенные французами тысячу долларов кохомская колония купила самосвал, который в шутку стали звать за колючкой Жаном. В память о заморских стилистах остался в спецучреждении и утюг “Тефаль”, который со времени “французского нашествия” так и пылится в упаковке в шкафу.

Сами же убийцы-модели в качестве поощрения получили разрешение на дополнительную передачу. Впрочем, один из осужденных к прошению о помиловании приложил кассету с отснятой фотосессией. Быть парижской моделью не каждому зэку дано!

А пресыщенных сытой жизнью парижан привела в восторг летняя камуфлированная армейская форма, которую строчат в швейных мастерских кохомские осужденные. То-то было радости, когда каждый из съемочной группы получил в подарок от зеков по комплекту униформы. Пересчитывая многочисленные кармашки, французы с восторгом представляли, как пройдут в пятнистых штанах по вечернему Парижу...




Партнеры