Дискотека прошлого века

7 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 463

В лихие 80-е наша страна влюбилась в них беззаветно. После навязших на зубах слащавых песенок братьев по соцлагерю Карела Готта, Марыли Родович и Бисера Кирова запретный ранее плод в виде настоящих западных звезд показался нам особенно сладким. Часы, проведенные в очереди за заветной пластинкой, и поныне — для многих самое яркое впечатление беззаботной юности. Потому-то и сегодня постаревшие и забытые на Западе кумиры так рвутся на Восток. 80-е для нас были полны романтики, а за приятные воспоминания не грех и заплатить. Корреспондент “МК” встретился с кумирами прошлого столетия как раз перед их очередными кремлевскими концертами.

Си Си Кетч: расчетливая буддистка

Тогда казалось, что эта зеленоглазая немка, без особого труда ухватившая птицу счастья за хвост, теперь уже вовеки ее не отпустит. Каролине не было и двадцати, когда она, ничем не приметная певичка из женского квартета “Оптималь”, попала в лапы настоящей машины по производству суперхитов — Дитера Болена. Знаменитый композитор и продюсер, снабдив девушку десятком шлягеров собственного сочинения и “обозвав” звучным именем Си Си Кетч, сделал из Каролины мировую звезду первой величины.

Очередное детище Дитера Болена, впрочем, как и остальные его проекты, заранее было обречено на работу по 24 часа в сутки. По образцу и подобию “Модерн токинг” Си Си записывала строго по два альбома в год, успевая по ходу намотать десятки тысяч километров по всему миру с гастролями. Работа не покладая рук и ног под неусыпным контролем Дитера, разумеется, не могла не принести молниеносных результатов. В начале 86-го после взлома европейских чартов синглами “Strangers by night” и “Heaven & Hell” мировая пресса называет Си Си Кетч “королевой евродиско”. Вскоре у новоиспеченной “царственной особы” проявляются и истинно королевские амбиции. Ее уже не прельщает роль размалеванной марионетки в ловких и натруженных руках Дитера Болена. По инерции они еще продолжают “чеканить” хит за хитом, но “бунт на корабле” уже неизбежен.

— Работа с Боленом не была такой уж легкой, как могло показаться со стороны, — с лица Си Си спадает ее фирменная улыбка. — Многие в Германии знают, какой он на самом деле. Однажды, вернувшись с очередных гастролей, я свалилась замертво и проспала почти двое суток. Это стало последней каплей. Тогда я сказала себе: “Все, больше так продолжаться не может!” К тому же совсем было невмоготу петь песни, копирующие “Модерн токинг”. А он настаивал, чтобы я исполняла только его материал. Мне захотелось доказать, что и без Дитера я что-то значу.

Такова сейчас официальная версия Каролины. А во времена оны вокруг скандального разрыва двух поп-звезд ходило много самых противоречивых слухов. Поговаривали, что тогдашний бойфренд г-жи Кетч Франк Отто, музыкант новой группы Дитера Болена “Блу систем”, стал невольной причиной громкого конфликта. А может, дело в творческой, да и не только, ревности Болена к сближению своей подопечной с менеджером Джорджа Майкла, предложившим ей продолжить карьеру на берегах туманного Альбиона. Как бы то ни было, в конце 89-го года Си Си отказывается продлить контракт с Боленом и пересекает Ла-Манш. Но в Англии ее постигает неудача — деньги нового благодетеля быстро заканчиваются. Записав всего лишь один альбом, Каролина на долгих 10 лет выпадает из поля зрения мирового шоу-бизнеса.

— Ой, время так быстротечно, — Каролина наконец расплывается в улыбке. — Десять лет пролетели как один день. Чем занималась? Жила для себя, писала собственные песни. Почему они не выходили? Я не чувствовала, что готова к возвращению. Вот теперь — дело другое.

Теперь действительно все иначе. 10 лет вне сцены не прошли для Си Си даром. Не сумев перестроиться на волну новых требований современного шоу-бизнеса, она принялась перекраивать собственную душу. Каролина не на шутку пристрастилась к некоему философскому учению родом из Индии, сходному с буддизмом. У нее появился личный духовный наставник, который научил экс-звезду, как “подняться над серой действительностью бытия” и “принять себя и окружающих такими, какие они есть”. Через некоторое время учитель, советам которого Каролина слепо следовала, стал ее мужем. Они поженились по-тихому, согласно своей философской доктрине, не привлекая излишнего внимания. Спустя несколько лет так же по-тихому расстались. В своем “совершенствовании” Каролина останавливаться явно не собиралась.

— Нет, — не соглашается с подобным выводом Си Си, — просто мы оказались разными. А эти вечные расставания — он американец, постоянно находился в Штатах — меня добили окончательно. Но, несмотря ни на что, я очень рада, что мы остались друзьями. Вы будете очень удивлены, но мой нынешний бойфренд наполовину русский. Мы познакомились в Германии, где он живет уже семь лет.

На волне реанимации интереса к поп-звездам 80-х русский друг оказался Си Си весьма кстати. Наравне с отцом певицы Юргеном-Петером Мюллером наш бывший соотечественник активно занялся гастролями г-жи Кетч по странам Восточной Европы, среди которых Россия по устойчивой любви к отставным кумирам и величине гонораров для них же занимает нынче почетное первое место. Платят же у нас Си Си Кетч, к слову, лишь за исполнение “бородатых” хитов от так ненавистного ей Дитера Болена. Теперь петь их Каролине не противно.

Крис Норман: джентльмен с газонокосилкой

Сейчас он выглядит как типичный английский буржуа. У него собственная звукозаписывающая студия, огромный дом с видом на фруктовый сад, жена и пятеро ребятишек. Совсем не тот, каким его полюбили советские пэтэушницы в далеких уже 70-х. Потертая джинсовка, неряшливо разбросанные по лицу длинные патлы и озорной хулиганский блеск в глазах — для мистера Нормана это все в далеком прошлом. Единственное, что выдает в Крисе пусть и отставную, но рок-звезду, — непременные казаки на ногах, ну и голос, конечно.

Именно благодаря своему фирменному голосу с неподражаемой хрипотцой он и стал тем, кем стал. Других выдающихся данных по большому счету за Крисом не обнаружено. Музыкант он не ахти какой — сотни британских гитаристов лабают и покруче. Композитор — тоже явно не выдающийся. Почти все его заглавные хиты написаны другими. Но вот голос...

Когда-то молодые ребята Крис, Алан и Терри были известны разве что в дешевых пабах провинциального Брадфорда, где играли по вечерам Боба Дилана и “Битлз”. Но однажды в их репетиционный подвальчик заглянули вечные искатели юных талантов, известные продюсеры Ники Чинн и Майк Чэпмен. В ту пору они планировали взять под свое крыло именитого Рода Стюарта, но, услышав голос Криса, воскликнули: “А зачем нам Стюарт? Этот парень его в два счета обставит”. Сказано — сделано. Уже второй альбом свежеиспеченной группы “Смоки” становится суперпопулярным. Стопроцентные хиты “I’ll Meet You At Midnight” и “What Can I Do” в момент переписывают британские чарты. Последующие за первым триумфом события, гастроли по всему миру, золотые и платиновые диски обещали успех группе всерьез и надолго. Вокал Криса Нормана оценили даже в Америке, где, как известно, иностранцы не в почете. Но вдруг на пике популярности Крис решается оставить “Смоки” и заняться сольной карьерой.

— В то время мои сольные выступления стали значительно популярнее, чем с группой “Смоки”, — объясняет свой выбор Крис. — Меня все чаще стали одного приглашать на концерты и телевидение. Совмещать дальше и то и другое было уже невмоготу. Пришлось бы часто уезжать из дома, а это не для меня. Я по натуре — страшный домосед. Пришлось выбирать.

Одиночное плавание Нормана в водах шоу-бизнеса поначалу чуть не закончилось для него кораблекрушением. Без Чинна и Чэпмена налаженный гастрольный график сгинул в небытие. Новые хиты сами по себе не появлялись. А в успешных “Смоки” тем временем Криса безболезненно сменил как две капли воды похожий на него и внешне и голосом Алан Бартон. От полного забвения Нормана спасали разве что дуэты с такими же, как и он сам, слегка пошатнувшимися звездами: экс-вокалисткой “АББА” Агнетой Фальтског и рок-ветераншей Сюзи Куатро. В верхние строчки хит-парадов Норман вернулся благодаря вездесущему Дитеру Болену, который написал для него модный альбом “Some Hearts Are Diamonds”. И пусть от Криса отвернулась половина поклонников, все-таки песни создателя “Модерн токинг” — явно не старый добрый рок-н-ролл, однако под его знаменитую “Midnight Lady” весь мир без преувеличения кружил в медленном танце. Но дальше одного альбома сотрудничество Нормана и Болена не пошло. Звезды не сошлись характерами.

— Я недолго проработал с Дитером, — рассказывает Крис. — Мы бы, может, и подружились, но нам здорово мешало то, что я и Болен не были согласны по поводу музыки. Да, получилась одна красивая синтезированная песенка, но ведь дальше нее не пошло. А в то же время я все дальше отходил от того самого стиля “Смоки”, который сделал мне имя.

С тех пор прошло 15 лет. Теперь 52-летний Крис не рвется на вершины хит-парадов, не мечтает покорить мир новым суперхитом. Больше чем на пять дней он не покидает остров Мэн, что в Ирландском море. Там, на расстоянии ста километров от Англии, живет его семья: жена Линда, с которой они вместе уже 35 лет, пятеро детей, две собаки и три хомяка. С недолгими перерывами на гастроли основное занятие Нормана нынче — ухаживать за фруктовым садом, стричь газон и гулять с собаками. А еще Крис с удовольствием следит за тем, как подрастают дети.

— Естественно, когда дети растут в доме, наполненном музыкальными инструментами, они будут играть, — улыбается Крис. — Старший, Пол, немного играет на ударных. Не профессионально — для себя. А так он работает в одной компании по ремонту и реконструкции зданий. 19-летний Майкл учится в колледже по классу гитары. Вот он отличный музыкант. Уже сильнее меня играет на гитаре и, конечно, во сто крат лучше, чем я, когда мне было 19. У Майкла небольшая рок-группа, в которую входит и другой мой сын — 16-летний Стивен. Он там на барабанах стучит. А у младшенькой Сьюзан очень хороший чистый голосок. Но она пока стесняется выступать перед публикой. Может, с возрастом пройдет.

Но в пенсионеры Нормана пока записывать рановато. Хотя он не раз и не два заявлял уже о своем желании уйти на покой, но всякий раз находились причины еще на годик-другой задержаться на эстраде. Вот и теперь Крис заканчивает запись нового альбома, на который возлагает особенные надежды.

— Он должен получиться по-настоящему “смоковским”. Там много живой гитарной музыки, и я очень надеюсь, что под эту музыку можно будет славно потанцевать. Это первый альбом за много лет, песни которого вызвали интерес у британцев. А насчет завершения карьеры... Я уже подумывал было сдаться. Все-таки музыка, и в частности рок, дело молодых людей. Но мне трудно представить себя вне музыки — я живу в ней с 15 лет и ничем другим в общем-то никогда не занимался. Но если я вдруг почувствую, что зрители и звукозаписывающие компании во мне не заинтересованы, не задумываясь, уйду на покой.

“Рикки е повери”: обрусевшие итальянцы

В начале 80-х на столь популярных у нас передачах с фестиваля в Сан-Ремо русский закадровый голос о них говорил примерно следующее: выходцы из рабочих кварталов Генуи назвали свою группу “Богатые и бедные” в знак протеста против царящего в капиталистической Италии социального неравенства. Слушая легкие безоблачные песенки “Рикки е повери”, даже не понимая ни слова по-итальянски, верилось в это с трудом. Однако народу было глубоко до фени: борются эти трое итальянцев против мировой несправедливости или нет. Все просто балдели от сладкоголосых певцов, поющих про маму Марию.

Между тем к началу 80-х “Рикки е повери” были отнюдь не зелеными новичками на сцене. Выступать они начали еще в конце 60-х и так бы и сгинули в мировой безвестности, если б не невесть откуда свалившаяся на старушку Европу мода на итальянцев. Нашим домохозяйкам доставляло истинное удовольствие гадать: за кем же замужем загорелая милашка Анджела — за красавчиком Анджело или же за импозантным усачом Франко? Итальянцы в фаворе продержались недолго — года 3—4. Но влюбить успели, похоже, навсегда. До сих пор какие-нибудь престарелые поп-кумиры типа Тото Кутуньо или Пупо собирают у нас полные залы. Что уж тогда говорить о событиях 17-летней давности, когда в Москву впервые приехали самые настоящие итальянские звезды — группа “Рикки е повери”.

— Мы не ожидали, что настолько популярны в России, — вспоминает Анджело. — Помню, мы днем проезжали по Москве и увидели возле какого-то здания длиннющую очередь. Я спросил у переводчика: за чем стоят все эти люди? А когда узнал, что это очередь за билетами на наше выступление, я поинтересовался: что, в России так любят нашу группу? Русский парень, который нас сопровождал, ответил: “Не знаю, но такие очереди у нас только у Мавзолея Ленина“. Это было высшей похвалой.

С тех пор они практически не изменились. Их по-прежнему трое, подобно другим некогда звездным командам, они не распались. На концертах они поют все те же хиты, что и 20 лет назад. А зачем что-то менять в репертуаре, если их старые хиты — “Mamma Maria”, “Voulez Vous Dancer”, “Sara Perche Ti Amo” — народ “хавает” за милую душу. Даже их фирменные приколы друг над другом остались неизменными. Хохотушка Анджела все так же посмеивается над стареющим плейбоем Анджело. А вместе они, как и в 86-м, в шутку пытаются развести Франко, единственного семьянина в коллективе, с его законной супругой. Сам же Франко не устает демонстрировать свой выдающийся нос, из года в год повторяя на концертах хорошо заученное русское слово “шнобель”.

— Мы приезжаем в Москву почти каждый год, — говорит Анджела, — У меня иногда создается впечатление, что мы сами приняли участие во всех ваших изменениях. Ну честное слово, мне кажется, что вашу столицу я знаю намного лучше, чем Рим.

У нас они стали своими на все сто. Выступают в Москве и где-нибудь в Нижневартовске, в Кремлевском дворце и заштатном ночном клубе. Никакого западного снобизма нет и в помине. Удивительное дело, но гастрольная стоимость европейской легенды 80-х примерно того же уровня, что и у наших далеко не первосортных групп типа “HI-FI” или “Отпетых мошенников”. Выступить на одной сцене, например, с Аллой Пугачевой для них теперь — недостижимая мечта.

— Давайте, — говорят бедные богатые итальянцы, — у самой Аллы спросим? Она-то нас знает или нет?




Партнеры