“Грабь награбленное”

12 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 188

Проломав танками “Абрамс” стены, окружавшие директорат общей безопасности Ирака в Багдаде, “индийская” рота Третьего батальона Первого полка морской пехоты США ворвалась в зловещую “камеру пыток” режима Саддама Хусейна. Картина, открывшаяся перед глазами профессиональных солдат, потрясла их. Нет, я не имею в виду заключенных, искалеченных пытками. Камеры, находившиеся в здании директората, были пусты. Морских пехотинцев потрясло нечто иное — сотни мародеров, опередивших их во взятии директората и вовсю грабивших Саддамово КГБ — Мухабарат.

Люди тащили все, что могли, что попадалось им под руку, что было, так сказать, транспортабельным. Они несли на головах, балансируя, матрасы, кондиционеры, вентиляторы — настольные и фены с потолков, ведь на Багдад надвигается 45-градусная жара! Первыми умыкнули новенькие полицейские автомобили. Тащили и грузили в машины — пикапы и грузовики — столы, кресла, стулья, другую мебель, даже пластикового Санта-Клауса. Те, у кого не было транспорта, приспособили для этого кресла и столики на колесиках. Грабеж кончился лишь после того, как морские пехотинцы взорвали здание Мухабарата. Взрыв был оглушительным. Вместе со зданием подорвался, усилив многократно первоначальный взрыв, гигантский арсенал оружия — ракетные гранаты, тяжелые пулеметы, мортиры, мины, замаскированные под банки пепси-колы, и другая амуниция.

Грабеж министерств и других учреждений вскоре перекинулся на частные дома и предприятия. Наибольшей популярностью у мародеров пользовались компьютеры и сигареты. Дорвались грабители и до конюшен сына Саддама Удая. Вскоре по шоссе жители квартала шиитской бедноты Багдада гнали пятьдесят скакунов. Некоторые лошади отбивались и мчались по автостраде куда глаза глядят, словно предчувствуя, что скоро их, чистокровок, превратят в тягловых кляч...

Самым страшным был вандализм, которому подверглись больницы. Из них тащили кровати, лекарства, инструментарий. И это в тот момент, когда город наводнен ранеными мирными жителями. Врачи гневно обрушиваются на американских военных за то, что они не защищают их от грабителей. В Багдаде исчезли, словно их ветром сдуло, все правоохранительные органы.

Когда-то, захватив город, полководцы отдавали его своим солдатам на разграбление; обычно на три дня. Это было неписаным правилом, законом войны. В Багдаде и других иракских городах американское командование отдало их на растерзание самим жителям. Центрком исходил из того, что “из котла следует выпустить пар”...

* * *

Американские войска взяли почти без сопротивления небольшой иракский город Хилла. Его достопримечательность — дворец Хусейна, пожалуй, самый красивый из всего каскада дворцов свергнутого владыки. Он стоит в центре волшебных садов. Дворец — это несколько сот тысяч квадратных метров мрамора, дорогих пород деревьев и витражей. Даже ручки биде золотые. Однако главное в этом дворце — его местоположение. Он построен на месте Древнего Вавилона и как бы символизирует новый Вавилон — саддамовский Ирак. Во дворце Саддама в Хилле было все — и античная история, и настоящее. Не было лишь одного — будущего. Недаром дворец был практически нежилым, неизвестно, ночевал ли под его сводами сам диктатор? Когда солдаты Третьей бригады 101-й авиадесантной дивизии впервые вошли во дворец, они шагали по толстому слою пыли, оставляя на ней грубые следы своих военных башмаков. В некотором отдалении современные вавилоняне — жители Хиллы, грабили дворцовые флигели...

Когда комдив 101-й авиадесантной генерал Дэвид Петрасус поехал осматривать знаменитые руины Вавилона, то в музее куратор пожаловался ему на то, что власти заколотили одни из музейных ворот, и это создает большие неудобства. Может, генерал подсобит открыть ворота? Генерал пообещал помочь. Из своего бронетранспортера “Хамви” он вызвал по радио армейских саперов, которые вскрыли ворота. Генерал, “прорубив окно” в прошлое Вавилона, покатил в Багдад, где 101-я авиадесантная дивизия должна была присоединиться к другим частям, взявшим столицу Ирака. На прощание он сказал:

— Хороший денек выдался сегодня...

Конечно, очень жаль, что у генерала не было времени посмотреть в “окно”, которое прорубили его саперы. А ведь он мог увидеть много поучительного, увидеть величие и падение древних империй, повелевавших миром, а затем превращавшихся в прах.

Сейчас от Вавилона остались одни развалины, а от его знаменитой башни — лишь легенды. Одна из них гласит, что Бог остановил дерзких строителей башни и наказал их за то, что они хотели довести ее до неба. (Бабилу — “Ворота Бога”.)

Sictransit gloria mundi — так проходит слава мира...

Комдив 101-й авиационной увидел это собственными глазами: и развалины античного Вавилона, и развалины нового Вавилона Саддама. Напишет ли об этом комдив своему главковерху — президенту Соединенных Штатов, которому тоже захотелось построить Вави..., то есть Вашингтонскую башню в качестве символа непреходящего господства Американской империи?






Партнеры