Непоправимый ущерб

12 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 297

“Так, список похищенного: кукла, детский волчок, плюшевый мишка, еще одна кукла, детский маникюрный набор. Фу-у...” Оперативник наморщил лоб, будто силился доказать теорему Ферма. Похоже, грабитель впал в детство. Сами посудите: ворвался в квартиру, напугал малышку, запер маму в ванной, а потом вынес все игрушки, какие только имелись в квартире. Ну не шизоид, а? Трехлетний ангел, конечно, в истерике. А когда детектив, закончив составлять опись, поинтересовался, каков же причиненный преступником ущерб, крохотная пичужка сквозь всхлипывания и причитания выплюнула: “Непоправимый! Где я новые игрушки возьму?”

И в самом деле, как его определишь, ущерб этот? Для кого-то буханка хлеба за 10 рублей дороже любого сокровища, а иному и на шкатулку с драгоценностями наплевать. Хотя правила есть правила — в конце протокола с места происшествия должна быть указана сумма. С пылу с жару ее, как правило, называет пострадавший. Но верить ему опасно. Особенно женщинам, которые страсть как любят все драматизировать и преувеличивать. Ожерелье? Ах, что вы, ему цены нет, его моей бабушке сам Тутанхамон подарил. Пишите 100 тысяч долларов, не ошибетесь.

Мужчины тоже не лучше — бывают жмоты, которые думают: ага, я сейчас завышу стоимость украденного раза в три, а если наглеца поймают, еще с него и денег слуплю. Особенно много таких хмырей среди бизнесменов среднего звена. А вот госчиновники, наоборот, строят из себя сирых да убогих. Украли часы швейцарские за 10 тысяч долларов? С чего вы взяли? Жена сказала? Да не слушайте ее, им красная цена три рубля. Ну подумайте, откуда у меня, скромного клерка, такие деньги. Смешно!

В Митине в квартиру начальника департамента одного из министерств просочились через воздуховод. Способ не из легких: нужно иметь хоть какие-то навыки скалолазания. Но вор был наглым, самоуверенным, молодым, а главное, довольно упитанным. Короче, застрял бедняга — уже на обратном пути, гремя чужим золотом. Жильцы услышали, вызвали милицию. Те выковыряли недотепу из заточения, изъяли побрякушки, деньги. Оперативники прикинули — всего тысяч на 150 в валюте. Так пострадавший хозяин, когда его привезли на опознание вещей, аж затрясся от ужаса. “Вы что? Это провокация! Я не могу позволить себе покупать такие дорогие украшения! Это не мое! Оставьте меня в покое!” Хорошо хоть от старенькой курточки, в которую вор сложил чужое добро, чиновник отрекаться не стал. А то пришлось бы и вовсе отпускать супостата.

Очень смешно наблюдать, как занимаются калькуляцией пострадавшие автомобилисты. В Зеленограде какой-то наглец повадился резать колеса на машинах. Весеннее обострение, не иначе. Так вот, владелец “москвичонка”, у которого вспороли две шины, назвал в милиции сумму в 2 тысячи рублей. Хозяин старенькой “четверки” заикнулся уже о 10 тысячах (за два колеса). Одно испорченное колесико “Волги” стоит почему-то 16 тысяч. Наконец лидер хит-парада — обладатель “Ниссан-Террано”, который требует за четыре испорченных протектора 20 тысяч рэ. И кто из них врет? Самый богатый или самый жадный?

В организациях свои законы жанра. Для иной конторы кража — большая творческая удача. Всегда потом можно сказать: мол, все уже украдено до нас.

В Мытищах поймали вора. Он как хомяк тащил все украденное в свою хибару. Плюшкину наших дней нравилось окружать себя вещами, причем в быту совершенно бесполезными. А специализировался этот субъект на мелких фирмочках. Память у парня была отменная, он признался в трех кражах и удивительно точно рассказал, где что плохо лежало. Все нашли у него дома, согласно списку. Только вот с одной конторой загвоздка вышла. Если верить налетчику, забрал он телефон, чайник, пресс-папье, фотоальбом директора, косынку секретарши, упаковку презервативов и кучу зубочисток. А петиция коммерсантов в околоток с трудом уместилась на трех листах! Якобы у них стащили компьютер, телевизор, сейф со служебной документацией, какую-то шкуру леопарда... В общем, черт знает что общей стоимостью почти полтора миллиона рублей!

Жертв криминального беспредела привели на опознание. Те сначала картинно пытались хватать вора за грудки: куда леопарда спрятал, скотина! А потом, узнав расстановку сил, конфузливо, словно нашкодившие коты, попросили переписать заявление о краже.

Так что учтите, дамы и господа, коль скоро вас обворовали, — не спешите трубить об украденных миллионах. Если стащили деньги, шансов, что вы их получите назад, практически нет. А если похищены предметы, постарайтесь, чтобы заявленная стоимость исчезнувшего телевизора или колье хоть немного соответствовала его описанию. Иначе у следователя неминуемо возникнут вопросы к вам.

Напоследок — о приятном. В марте, если помните, “Хроника” разразилась очередным литературно-телефонным конкурсом. Накликали на себя беду — соискатели приза не писали, а преимущественно звонили. Ну да ладно, сами виноваты. Из 45 соискателей пятеро ответили абсолютно правильно. Конечно же, позвонил на место преступления в момент его совершения герой фильма “Ошибка Тони Вендиса” (в кино его сыграл Игорь Костолевский) и детективной повести “Телефонный звонок”. Он нанял киллера для убийства жены и решил проверить, как тот выполнил заказ. Только вот случилась незадача — супруга сама зарезала бандита.

В похожую ситуацию попал персонаж детектива “Алло, вы ошиблись номером!”. Он тоже решил убрать благоверную чужими руками, но в последний момент одумался и даже позвонил жене, надеясь спасти ее. Увы, слишком поздно. Это ответ на второй вопрос.

Наконец, своеобразную телефонную аферу провернул подросток из детской повести “Узнаете? Алик Деткин”. Плохое качество связи помогло хитрецу заманить друзей в ловушку и заставить провести несколько томительных часов в плену.

Наш приз — бесплатную подписку на “МК” на второе полугодие 2003 года — мы вручаем Владимиру Павлову с Кронштадтского бульвара. Слава-слава Вольдемару — победителю!




Партнеры