Последние герои

14 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 202

Тридцать лет назад всякий советский ребенок хотел быть космонавтом. Сегодня даже среди школьников Звездного городка, где живут семьи практически всех космонавтов и инструкторов, о космосе мечтают единицы.

Теперь это невыгодно. Дух времени диктует моду на профессии, сегодня нужны прагматики, а не романтики. Но, к счастью, есть еще в России люди, интересующиеся не только куплей-продажей. Иначе космонавты у нас, наверно, вымерли бы, как мамонты.

Сейчас к полету на МКС готовятся дети космонавтов Юрия Романенкова и Александра Волкова — летчики-испытатели Роман Романенков и Сергей Волков. Они пришли в отряд космонавтов в 1997 году. Это был, как выражаются космонавты, “крайний набор”. Дальше — пауза. Скамейка запасных начала редеть. Росавиакосмос все больше стал увлекаться космическим туризмом, надеясь и подзаработать, и как-то привлечь внимание общественности к полетам на станцию. Одно время даже предполагалось устроить грандиозное телешоу на всю Россию по отбору претендентов на полет с выбыванием по типу “Последнего героя”, но проект этот по каким-то причинам умер, так и не родившись.

И вот теперь — после столь долгого перерыва — в Звездном городке формируется новая команда космонавтов, которым предстоит нести вахту на МКС после 2006 года. Как сообщил “МК” начальник ЦПК им. Гагарина Петр Климук: “Задача центра состоит в том, чтобы новый набор приступил к тренировкам в начале мая. Определено, что отряд пополнится двенадцатью кандидатами на космический полет”.

Из осведомленных источников “МК” стало известно, что в Звездный городок уже сейчас для подготовки к полету прилетели два казаха — Айдын Аимбетов и Мухтар Аймаханов. Их включили в отряд по предварительной договоренности между российской и казахстанской сторонами.

Космонавтов в отряде готовят по трем “специальностям”: командир корабля, бортинженер и космонавт-исследователь. В последние годы добавилась еще одна специализация — космический турист. Но для туристов предусмотрен сокращенный курс на полгода (сейчас уже говорят, что даже за три месяца их можно готовить). Они чистые пассажиры и за безопасность полета не отвечают, только за свою, поэтому им главное — научиться дышать в скафандре и ходить в туалет, остальное сделают командир и бортинженер.

В качестве гражданских бортинженеров в ЦПК им. Гагарина скорее всего будут проходить подготовку Анна Завьялова, Олег Артемьев, Андрей Борисенко и Марк Серов. Всем им от тридцати до сорока лет, все — сотрудники Ракетно-космической корпорации “Энергия”. Завьялова и Серов работают в Центре управления полетами операторами, сидят за компьютерами, выполняют главным образом функции наблюдения: следят за системами жизнеобеспечения на станции и докладывают об их состоянии.

Олег Артемьев — инженер РКК “Энергия”. Андрей Борисенко трудится в ЦУПе на должности сменного руководителя полетом МКС, он самый старший из пополнения — 65-го года рождения.

По Положению о космонавтах все кандидаты в бортинженеры должны отбираться из сотрудников РКК “Энергия”. Как стать сотрудником РКК? Надо иметь соответствующее образование. Раньше его получали, как ни странно, в Лесотехническом институте (сейчас это Московский госуниверситет леса, находится в Мытищах). По решению Королева там был открыт засекреченный факультет радиоэлектроники (сейчас он называется факультетом электронных систем), который готовил специалистов для ЦУПа. Сейчас их там тоже готовят, кроме того, аналогичные факультеты открыты в МАИ и МВТУ им. Баумана. Но, надо сказать, нынешняя молодежь идет в РКК “Энергия” без особой охоты — слишком там маленькие зарплаты (у исполнителя — порядка трех тысяч рублей), да и ту без конца задерживают.

Подготовлены также документы для обсуждения на госкомиссии кандидатуры космического врача — сотрудника Института медико-биологических проблем Сергея Рязанского. Кстати, сам Институт медико-биологических проблем тоже планирует у себя сформировать отряд космических медиков. Как сообщил “МК” директор ИМБП академик РАН Анатолий Григорьев: “Четыре медика, представители института, уже прошли медосвидетельствование. Также предполагается объявить конкурс среди молодых ученых по линии Российской академии наук”.

С будущими командирами кораблей пока нет ясности. Ими могут стать только военные летчики, имеющие большой опыт полетов на истребителях. У них конкурс серьезней, чем у бортинженеров, и формирование группы пока не закончено. По предварительным данным, на госкомиссию, возможно, будут представлены Святослав Котик, Евгений Тарелкин, Антон Шкаплеров и Александр Самокутяев. Но это не окончательный вариант, рассматриваются и другие кандидатуры.

Предполагается также включить в отряд и будущих космических туристов: двух Сергеев: Жукова — гендиректора ЗАО “Центр передачи технологий”, организованного при Росавиакосмосе, и Полонского — директора московского филиала петербургского ОАО “Строймонтаж”. Оба успешно прошли медицинское освидетельствование в Институте медико-биологических проблем и нашли себе спонсоров.

Все ли из перечисленных претендентов полетят на МКС? Вряд ли. Можно назвать массу случаев, когда натренированные космонавты так и не смогли преодолеть финишную черту, после которой на Байконуре звучит команда “ключ на старт”. В большинстве своем это было связано с “космическим” здоровьем. У кого-то не выдерживали нервы, у кого-то — сердце, у кого-то — внутренние органы.

Кто-то отсеется, кто-то останется, но не это главное. Главное то, что, несмотря на пессимистические прогнозы, отечественная пилотная космонавтика продолжает жить и развиваться, и даже “коммерческий” дух времени ничего не может с этим поделать.


Мы решили задать несколько вопросов директору ИМБП Анатолию ГРИГОРЬЕВУ.

— Анатолий Иванович, а если попробовать заглянуть в будущее: когда люди все-таки полетят на Марс? Ученые называют разные даты...

— Наиболее благоприятный период — 2018 год, когда активность Солнца наибольшая, а радиация наименьшая. Следующий такой удачный момент наступит лишь в 2031 году. Но недавние исследования американского аппарата “Одиссей”, который зафиксировал необычный пик солнечной активности (за день выплеснулась годовая доза радиации), настораживают. Проблему еще нужно изучать. Недавно американцы заявили о новой программе исследований Марса с помощью автоматов, рассчитанной до 2020 года. Главная цель — доставить на Землю марсианский грунт. Полет человека в этой программе не предусмотрен. А вот наши ученые готовят именно человеческую экспедицию к Красной планете. По нашим предварительным расчетам, полетит шесть человек. В следующем году совместно с Европейским космическим агентством мы хотим провести наземный эксперимент, моделирующий полет к Марсу. Членами экипажа скорее всего будут только мужчины. Около двух лет они будут жить в изолированном пространстве, имитирующем атмосферу космического корабля.

— Но насколько такой эксперимент поможет ученым понять, смогут ли люди выдержать длительный полет на Марс?

— Вы правы, на Земле условия длительного космического полета смоделировать невозможно. Основное условие любого замкнутого эксперимента — всегда есть возможность открыть люк. Мы спрашиваем: “Объясни, почему выходишь из эксперимента?” А он: “Это мое право, расскажу потом”. Перед запуском российского модуля “Звезда” мы имитировали условия работы на МКС интернациональных экипажей. Японец через три месяца изоляции не выдержал. Это действительно сложно: четыре стены, одни и те же лица...

— И последний вопрос: у космического туризма еще есть перспективы?

— Развитие туризма определяется техническими возможностями. Сейчас американские шаттлы временно не летают, и основные экипажи заняли “Союзы”, не оставив на них места для туристов. Но мы считаем, что космос должен быть доступен для всех. По крайней мере, для всех здоровых людей.




Партнеры