Владимир Пронин: "Я принимаю жесткие решения"

16 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 336

Владимир Пронин в начальниках ГУВД Москвы уже почти два года. От проблем не шарахался — сразу заявил, что пришел наводить порядок. Но, как тонкий политик, прежде всего заручился поддержкой со всех сторон: как МВД, так и Лужкова. И засучив рукава взялся за дело.

Конечно, навести идеальный порядок в таком мегаполисе, как Москва, невозможно — ведь столица не отделена бетонной стеной от всей России. Но Пронин явно не боится крутых мер. Чего стоит хотя бы его последний, нашумевший, приказ №98 — о запрете беспричинных проверок документов на улицах. И регистрировать заявления граждан в ОВД стали куда охотнее, и по раскрываемости преступлений Москва на приличном месте...

В общем, когда Владимир Васильевич пришел в “МК” на “прямую линию” с читателями, мы всерьез опасались, что телефонная станция не выдержит перегрузки. Техника, к счастью, не подвела. А вот самому генералу пришлось туго. За полтора часа ни одного даже самого крошечного перерыва в звонках! Хорошо еще, часть читателей заранее прислала свои вопросы по электронной почте...

Операция “Регистрация”

— Здравствуйте, Владимир Васильевич! Это беспокоит Владимир из Москвы. Я слышал, что теперь московских милиционеров-взяточников отлавливают их коллеги из Дагестана, будто бы это ваша новая придумка. Скажите, пожалуйста, это правда?

— Это было напечатано в “МК” 1 апреля, поэтому пусть в Дагестане у себя порядок наводят. А мы у себя сами будем наводить, у нас для этого есть и возможности, и силы. А самое главное, у руководства ГУВД Москвы есть желание навести в системе порядок.

* * *

— Меня зовут Мария, я приехала недавно из Казахстана. Вы думаете, с приезжих перестали деньги вымогать? С меня, например, вымогают до сих пор. Что делать?

— Мария, в этом случае надо звонить 02. Потребуйте документы у этого милиционера, в карточку происшествия все зафиксируют, и к нему будут приняты меры.

— А если он отказывается предъявить документы?

— Все равно позвоните 02, сообщите все данные: место, время вымогательства. Скажите так: мол, прошу записать на карточку происшествий со стороны личного состава следующее — сотрудник такой-то сделал то-то. Утром эта карточка будет лежать у моего заместителя по кадрам.


Сейчас действует новая система 02. В сутки она принимает до 20 000 сообщений (а раньше только 6000).

* * *

— У меня такой вопрос: почему в милиции работает столько приезжих, к тому же не имеющих временной регистрации? Получается какой-то парадокс: они проверяют на улице у людей регистрацию, а сами не имеют ее.

— В Москве всех иногородних, кого мы принимаем на службу, мы сразу регистрируем в общежитии. Если они потом женятся, будем давать им “малосемейные” квартиры и дальше улучшать их жилищные условия. Так что рекомендуем им жениться на москвичках. То есть женихов поставляем в Москву.

В красной рубашоночке, хорошенький такой

— Меня зовут Олег Николаевич, я пенсионер. Давайте начнем, например, с формы нашей милиции. Они идут такие расхлябанные, шапка на затылке, ворот нараспашку, папироска во рту, руки в карманах, этики и эстетики никакой. Потом, матерятся... Поборы на вокзалах как были, так есть...

— Олег Николаевич, я понимаю ваше беспокойство и упрек. Вы, наверное, слышали о действиях и мерах, которые принимают начальник главка и другие руководители по наведению порядка внутри системы. Изжить все это сразу очень непросто. Идут проверки. Спасибо вам, что вы тоже участвуете в наведении порядка. Милицию мы переобули, переодели, она же еще хуже была два года назад. Стали хоть в единой форме ходить, не носят полевой формы.

— А почему многие стражи порядка проходят мимо беспорядка?

— К сожалению, те милиционеры и сержанты, которые к нам приходят, они молодые, им по 20—25 лет, и они не прошли подготовки. А раньше их воспитанием ни школа, ни семья не занимались. Сейчас мы восстанавливаем тот комплекс мер, который был раньше: тут и воспитательные отделы, и суды чести, и товарищеские суды, и письма родителям... Это воспитательный процесс идет.

* * *

— Вас беспокоит Калашников Алексей с Дубнинской улицы. У меня к вам два вопроса: первый — почему нет никакой вашей реакции на публикацию в “Московском комсомольце” от 26 декабря прошлого года по поводу чудовищной (как они утверждают) коррупции в местных подразделениях милиции. “МК” обвиняет всю милицию — от начальников отделений до рядового состава — в том, что они берут взятки, приводят такую сетку, в которой указано сколько, за что...

— Понятно. Это мнение “Московского комсомольца”. Я не стал в этой полемике участвовать. Я принимаю жесткие решения по наведению порядка внутри системы своими методами, которые предписаны мне законом. А если я вступлю в полемику с “МК”, то народ не поймет вообще ничего.

— Еще меня всегда удивляло огромное количество сотрудников внутренних дел, которое привлекается к пикетам, митингам. Это совершенно неоправданно. Никакой агрессии ни со стороны правых, ни левых я не замечал.

— Мы адекватно реагируем: расстановку сил делаем по распоряжению мэра и в соответствии с предполагаемым количеством участников акции, а не в зависимости от того, сколько людей реально пришло. Поэтому иногда бывает перекос. И если мы не наблюдаем заявленного количества граждан, то постепенно лишние силы снимаем, отправляем в те места, где они необходимы для охраны порядка.

* * *

— Меня зовут Алексей, я студент. У меня такой вопрос: когда в милиции планируется повысить зарплату? Всем понятно, что за 3 тысячи человек просто не будет работать. Он взятки будет брать. Лужков может, наверное, добавить, пенсионерам-то он доплачивает...

— Спасибо, Алексей, за поддержку. Вот когда наша экономика начнет очень хорошо, интенсивно работать, все бюджетники будут получать большую зарплату, которая обеспечит жизнь и их самих, и членов их семей. У нас в Москве по линии правительства надбавка 100% к окладу денежного содержания рядового состава, 50% — офицерам, 80% — следствию и уголовному розыску, 100% — участковым уполномоченным. И в течение года квартиры даем участковым за работу. Поэтому все возможные меры мы принимаем, а в том, что их не хватает сегодня, я с вами согласен. Но еще раз подчеркиваю: все зависит от нашей российской экономики.

— Иногородних сотрудников в московской милиции хватает. Может, лучше все-таки на москвичей больше внимания обращать, чем приезжим выделять жилье? За квартиру-то многие пошли бы работать...

— Все выпускники нашего московского университета, средней школы милиции, наших двух колледжей — это наши московские ребята, которые идут служить в органы. Это офицеры-специалисты. Что касается рядового состава, то не на все должности идут москвичи, отслужившие в Вооруженных силах. Не идут в конвойные подразделения, в ОМОН, поэтому мы вынуждены брать иногородних. Но приоритет, бесспорно, в отношении москвичей или жителей ближнего Подмосковья.

* * *

— Каков национальный состав московской милиции? По-моему, наблюдается приток кавказцев в ее ряды. Вы считаете это разумным? Ольга Демченко.

— Поскольку Москва — столица многонационального государства, в ее милиции работают представители различных национальностей, в том числе и уроженцы Кавказа. Что здесь плохого? При приеме на работу мы уделяем внимание прежде всего личным и профессиональным качествам кандидата, а не его национальности.

“Вихри” над городом

— И меня, и моих коллег из прокуратуры города беспокоит уже давно назревшая проблема. Когда совершается тяжкое преступление, на место происшествия прибывают представители различных служб территориальных и окружных УВД и ГУВД. Большое скопление сотрудников милиции часто мешает работе следственно-оперативной группы. Каково ваше отношение к этому? Тыщенко Ю.А., прокурор-криминалист.

— Иногда бывает так. Но на месте происшествия по закону должен всем руководить следователь или прокурор. И соответственно, решать, какое количество специалистов требуется для осмотра.

* * *

— Мой муж работает в ОВД “Митино”, и у них постоянно какие-то “усиления”. По телевизору я слышу: с такого числа и по такое — а у них, такое ощущение, что круглый год. У нас растет маленькая дочь, она его видит, дай Бог, один раз в неделю. Раньше 11 часов он дома не появляется.

— “Вихрей” и “Антитерроров” мы по городу не объявляли в последнее время... Знаете, в ОВД у вашего мужа есть заместитель начальника по кадрам — вы к нему загляните тихонечко, чтобы вас никто не видел, и переговорите с ним: в какой такой засаде ваш муж постоянно сидит?

— Да они сидят в конторе, я все знаю. Но даже сейчас они работают по выходным: либо половина из них, либо вообще все вместе.

— Я понял. Разберемся!

“Мы много раскрываем”

— Во всех газетах писали о темной истории, которая случилась с Владиславом Степановым. Помните, когда он бежал из поезда? Хотелось бы знать ваше мнение: виноваты ваши милиционеры или что-то там другое все-таки произошло?

— О покойниках плохо не говорят... Но здесь я хотел бы сказать, что милиционеры — в звании майора и капитана — допустили большую оплошность.

— Неужели они доверились преступнику? Получается так.

— По этому вопросу был мой приказ, и ответственность понесли руководители, которые их командировали. Но здесь нельзя осуждать кого-то, здесь виновными оказались они сами. Выходит, сами лишили себя жизни.

* * *

— Товарищ генерал, здравствуйте. Беспокоят вас из области, меня зовут Андрей. У меня такой вопрос. Каждый день читаю “МК”, и в каждом номере: убили, убили, убили. Столько этих заказных убийств совершается! И такое ощущение, что большинство из них остается нераскрытыми. Такие громкие покушения, как, например, на Орджоникидзе, остаются “глухарями”. В чем дело?

— Покушение на Орджоникидзе раскрыто. Убийство зампрефекта Зеленограда раскрыто. Сейчас поднимаем другие. Две банды — 8 и 16 человек, — которые около 40 разбоев и убийств совершили, тоже наш МУР раскрыл. Мы много раскрываем преступлений. Конечно, все это делается не в полной мере, но на это влияет много объективных и субъективных причин.


Покушение на Иосифа Орджоникидзе раскрыто. Прокуратурой даны санкции на арест и розыск подозреваемых.

Держи карман уже

— В последнее время многие мои знакомые пострадали от карманников. Что-нибудь сейчас делается с этим?

— Москва и крупные города, в том числе и в других государствах, никогда не обходились без карманников. Раньше ответственность наступала при покушении на кражу на сумму в 5 МРОТ. А ведь воры-карманники воруют часто по 100—200 рублей из кошельков у женщин, проездные билеты и т.д. 5 ноября 2002 г. начал действовать новый закон, где, по предложению МВД, законодатели снизили порог до 1 МРОТ. Вместе с тем ряд карманников также под статью не подпадает. Мы свою службу не сократили, мы занимаемся ими. Но законодательством наши действия ограничены в борьбе с карманными кражами.

* * *

— Это вас Сергей из Москвы беспокоит. Вот вы недавно заявляли, что в Москве теперь отделы внутренних дел принимают все заявления от граждан — так?

— Не так. Я заявлял, что не надо в отдел внутренних дел передавать заявления, а надо сразу звонить на “02”. Отдел внутренних дел обязан по информации с “02” прибыть на место происшествия и выполнить весь комплекс необходимых действий.

— А по карманным кражам звонить?

— И по ним тоже. Тогда выедет оперативная служба, которая примет меры и к карманникам, и к так называемым лохотронщикам, и к другим.

— Просто я сам сталкивался с ситуацией, когда милиция отказывалась возбуждать дело.

— Милиция будет возбуждать, если есть состав преступления. А если карманная кража на сумму менее 1 МРОТ, то там, естественно, будет отказной материал, и мы не сможем ничего сделать с этим карманником, кроме как профилактически с ним побеседовать.

Полеты “бабочек”: туда — обратно

— Здравствуйте, Владимир Васильевич. Я профессор Горного университета, который находится по Ленинскому, 6. В течение двух лет у нас на территории собираются проститутки в большом количестве. Это совершенно не согласуется с нормами этики учебного заведения. Все наши обращения в отделение милиции, в управу Якиманки, к префекту Центрального округа остались без ответа. Нам сказали, что эта точка находится под опекой милиции ЦАО. Обращаемся к вам как к последней инстанции. Если ситуация не изменится после вашего вмешательства, тогда напрашивается вывод, что это все политика.

— Никакая это не политика! Политика в том, что законодательство наше очень слабое, никудышное в этом вопросе. Как вам позвонить потом?

— Я в целях личной безопасности не хочу называть телефон и фамилию. Мы делали официальный запрос, и вы можете ответить официально.

— Хорошо, мы примем меры. Только имейте в виду, что мы проституток физически прогоняем в Московскую область, а они опять к нам возвращаются. Вот этим в основном и занимаемся. А по законодательству, которое есть, мы на них составляем протокол и отправляем его по месту жительства для рассмотрения на комиссии. Но проститутка же туда не едет, в свою область. Она же все равно болтается у нас.

— То есть круг замыкается?

— Из общественных мест мы специальными подразделениями постоянно их выдворяем. Их стало, согласитесь, меньше. Но о той точке, которую вы назвали, я впервые слышу. Мы разберемся.

У кого в Москве власть

— Меня Дима зовут, я из Йошкар-Олы приехал, в Москве живу. Лужков обещал разобраться со скинхедами. Они в метро налетают на приезжих с восточной наружностью, бьют. С ними борются, нет?

— Милиция борется со всеми правонарушителями, а не только со скинхедами. Лужков обещал, и я тоже обещал, и мы вместе с Юрием Михайловичем принимаем все меры, чтобы в многонациональной Москве был порядок и уважение друг к другу, независимо ни от цвета волос, ни от чего. Поэтому наше “скинхедское” движение не так уж развито, там проводятся профилактические оперативно-розыскные меры, в том числе и на стадионах. Вы прекрасно знаете, что там собираются много разных ребят. Воспитанием общества или, точнее, молодежи более десяти лет не занимались — отсюда все и получаем.

* * *

— Я в Выхине живу, у нас был случай такой: пьяный мужчина ночью начал лазить по машинам, пытался их вскрыть, в том числе и нашу с мужем... Мы терпели-терпели, пока он не начал прыгать прямо по крыше. Муж побежал вниз, выбежали владельцы других машин, и, соответственно, мы вызвали милицию. Приехала патрульная машина — а мы держим этого мужика — и говорят: он никуда не залез, ничего мы делать не будем. Вот пусть что-нибудь случится, тогда мы будем реагировать. Развернулись и уехали. А где же профилактика правонарушений? Ведь милиция нас практически толкает на самоуправство.

— К сожалению, в семье не без урода. Таких команд им не давалось. Им дана одна установка: выполнять закон и защищать людей. В данном случае милиция не выполнила свои функциональные обязанности по вашей защите, поэтому я записал ваш звонок, и мы на совещании это обсудим.

* * *

— Здравия желаю, товарищ генерал! Это беспокоит Александр Петрович, пенсионер со стажем. Я всю жизнь проработал, но никогда раньше такого беспредела я не видел, Москву можно уже назвать Москва бандитская. У кого власть-то в Москве? Я уверен, что не у вас, вы просто уже ничего не можете. Был у вас РУБОП, который боролся хоть как-то с ними, — и его расформировали. Я не знаю, что делать, но это — беспредел. Кто настоящая власть? Скажите мне.

— Александр Петрович, в Москве ведь есть немало хорошего, а преступления в больших городах — они всегда были, есть и будут. Задача всех правоохранительных органов, чтобы их было как можно меньше. Я разделяю с вами беспокойство и довожу до вашего сведения: все, что от нас зависит, мы делаем. Власть — у президента, которого мы избрали всенародно, и у государственных структур. Да и у всего народа!

Дорожный беспредел

— Я, к сожалению, пополнил список тех, кто лишился своего авто. Произошло это на пересечении МКАД и ул. Профсоюзной. Позвонил “02”. Но девушка-оператор, узнав, что это произошло с внешней стороны МКАД, отказалась принимать информацию, посоветовала звонить в областное ГУВД. А дежурный по области сказал опять звонить в город. В результате этого “футбола” информация на посты ДПС попала лишь спустя полчаса. Неужели нельзя организовать службу “02” так, чтобы она, а не потерпевший брала на себя всю координацию? Сергей.

— Система “02” в полном объеме начала работать с сентября 2002 г. для Москвы, москвичей и гостей столицы. Вместе с тем мы предписываем диспетчерам передавать информацию и в другие органы по территориальности. В вашем случае это не сработало. Обещаю это поправить.

* * *

— Добрый день, Владимир Васильевич, вас беспокоит постоянный читатель “МК”, меня зовут Дмитрий Васильевич. Прошлой осенью в ГУВД была создана специальная группа по борьбе с так называемыми подставами на дорогах. Не могли бы вы сообщить, успешно ли идет работа этого подразделения. Судя по статьям, например, в “МКмобиле”, все осталось как есть. Создается впечатление, что органы не справляются с этим. На Третьем кольце, например, я сам недавно попал...

— Я сочувствую вам, Дмитрий Васильевич. Если бы наше население было законопослушным, тогда бы столько милиции не требовалось вообще. Я сторонник такого решения проблем... Если же говорить о “подставах”, то мы и в прошлом, и в этом году группы выявляли, они сегодня находятся под следствием, часть — уже на скамье подсудимых. Я хотел бы напомнить: обо всех таких случаях надо сообщать по “02”. Тогда мы вовремя будем принимать меры, потому что без населения одна милиция с этим делом не справится.

* * *

— Здравствуйте, меня зовут Юрий. Ну, во-первых, мне очень не нравится, как сотрудники милиции ездят на своих машинах. Я уж не говорю о сотрудниках ГИБДД. Это же полный беспредел! Сплошные нарушения: пересекают сплошные линии, проезжают на запрещающие знаки и т.д. При этом они никого не преследуют... На них же люди смотрят!

— Мы даже создали специальную службу, которая выявляет сотрудников, нарушающих правила дорожного движения. И вы знаете: эти номерные знаки на синем фоне — они сделаны специально, чтобы и население, и наши спецслужбы видели, как сама милиция выполняет закон.


Создана специальная служба, которая выявляет сотрудников милиции, нарушающих правила дорожного движения.

“Аусвайс” в России

— Я инвалид войны Титков Иван Архипович, 1926 года рождения, жена — 1928 года рождения, русские, родились в России. Я прослужил в Советской Армии более 25 лет, при увольнении в запас мне выдали ордер на получение квартиры в Виннице (Украина). А с сентября 1992 года я выписался из Винницы в связи с обменом квартиры на Люберцы, позже обменял Люберцы на Москву. И вот уже 11 лет живу с женой в Москве в своей собственной приватизированной квартире. Когда же дело коснулось обмена паспортов, нам в паспортном столе отказали, мотивируя тем, что у нас нет российского гражданства. Но мы и гражданства Украины не принимали! Что делать, не знаю.

— Да, я понял все. Многие военные оказались в таком же положении, как вы. Мы сейчас через райвоенкоматы, где вы состоите на воинском учете, оформляем вам гражданство и обмен паспортов. Обратитесь в районный военкомат по месту своей прописки, и все мы оформим, как положено.

* * *

— Приняв на обмен мой паспорт 27 марта, мне в ОВД “Фили-Давыдково” разрешили прийти за новым лишь 17 мая. Взамен дали справку — “аусвайс” (пожилые люди еще помнят годы гитлеровского вторжения). Получается, что граждане столицы унижены, оскорблены 2-месячным ожиданием нового паспорта. Хотя я точно просчитал, сколько может длиться процедура обмена — 25 минут (конечно, при правильном ведении процесса информационной технологии). Возникает вопрос: кто ответствен за нарушение прав москвичей? Академик МАИ Владимир Александрович Быков.

— В свое время сроки обмена паспортов были сокращены на два года. Органы исполнительной власти и милиция к этому не были готовы. В начале прошлого года по нашей инициативе состоялось заседание городского правительства специально по этому вопросу. С тех пор изменен порядок работы в ЖЭО и паспортных столах. Но еще есть проблемы, и та, которую вы обозначили, уверяю вас, будет решена. Положение обязательно улучшится.

Про пчел и доброту

— Меня зовут Юля. У меня немного личный вопрос, можно? Я слышала, что вы любите пчел. Я хочу спросить: вы сами по себе их любите или потому, что их любит Лужков?

— Да что вы! Я любить их начал очень давно.

— А почему? Откуда такое?

— А с восьми лет или с семи, я уже не помню. Сосед “водил” пчел, и я с ним “водил”, а потом в наследство от дедушки жены остались. Кстати, у нас мнения сходятся с Юрием Михайловичем не только по пчелам.

— Владимир Васильевич, а что в них хорошего, в пчелах-то? Они ж кусаются!

— Ну и прекрасно. Надо же любить всю природу, любить все живое, тогда человек будет по-доброму управлять системой. Я так считаю, у Юрия Михайловича многое получается, потому что он любит пчел и людей.

— А вы стали добрее?

— Конечно. Я не только пчел, я еще кое-что люблю. Птиц, например.

— Спасибо вам, Владимир Васильевич. Милиция-то при вас и вправду лучше стала работать!




Партнеры