Не бейте сразу в лицо!

26 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 193

Роман Слуднов — интереснейшая фигура в нашем спорте. И дело не только в том, что он чемпион и рекордсмен мира в брассе. Но и в том, что он — нравится это кому-то или нет — на все имеет свое мнение. Говорит что думает, в дипломата не играет. Тренируется по индивидуальному графику под руководством мамы, Натальи Рощиной, и отца, Андрея Слуднова, который занимается его физической подготовкой. Полностью сконцентрирован на плавании: “Отсекаю все, что мешает. Курение, например. И спиртное. Как говорят многие: да выпей ты, ничего страшного! Не буду. Мне надо идти вперед”. Гордится, наконец, фамилией, которая, кстати, ударение имеет на первый слог — СлУднов.


— А вы почему правильность фамилии не отстаиваете? — спросила я старшего Слуднова, выйдя с пресс-конференции, на которой ударяли на “ов”.

— Мы пытались бороться сначала и поправлять, но быстро поняли, что бесполезно. Да бог с ними, главное, что мы честь фамилии отстаиваем. И сыном гордимся — конечно, странно было бы, если бы я говорил: “Да ничего он такого не сделал, бросьте вы!” Сделал, и многое. А сделать должен еще больше. Не потому что мы с женой с него много спрашиваем, он сам себя строго судит — научился еще в детстве.

В первый же день чемпионата России в “Олимпийском” Роман сотворил сенсацию. Правда, нехорошую: не попал в финал на своей коронной дистанции — 100 метров брассом, а значит, не был отобран в этот день на чемпионат мира, который состоится в июле в Барселоне. Внешне оставался спокоен, хотя кошки на душе скребли...

— Роман, что произошло?

— Ничего, просто с гор спустился сутки назад.

— То есть?

— Не смейтесь, меня, правда, тоже смешит это выражение, но это правда — я там сбор проводил. Ну а каковы ощущения — все было видно сегодня на дистанции, результат из рук вон слабый. Если честно, морально я спокоен, меня предупредили сразу, что Сьерра-Невада на высоте 2300, это даже не Домбай. И может быть все что угодно, тем более что я там был первый раз.

— Вы же с мамой никогда не приветствовали горную подготовку, зачем рисковали?

— Мы решили поэкспериментировать за год до Олимпиады. Почему бы и нет, надо когда-то новое пробовать. Тем более что есть возможность — Госкомспорт начал оплачивать в этом году такие сборы.

— А репутацию подмочить не побоялись? Проигрыши тоже разные бывают. А ну как пролетите с чемпионатом мира?

— Ну, знаете, репутация репутацией, кого удивлять-то в бассейне “Олимпийский”? Я уже удивлял, ничем, ни хорошим ни плохим, это не закончилось. Я знаю, что могу рассчитывать только на себя, на свое умение, ощущения, на свой труд. Самое главное для меня — это Олимпийские игры через год. Даже чемпионат мира в Барселоне — это проходящий старт, всего лишь этап подготовки к Афинам. И, кстати, отобраться на чемпионат мира можно будет и на других стартах, еще есть такая возможность. И в последний день чемпионата России в любом случае я буду настраиваться на победу на “полтиннике”. (Последний день был вчера. Роман плыл “полтинник” уже после подписания номера “МК”. — Авт.) Ну что теперь делать? Естественно, для людей мой “сногсшибательный” заплыв в первый день чемпионата России — это шокирующая новость. Но случаются вещи и посерьезнее. Возьмите американцев — у них такое регулярно случается: рекордсмен мира не попадает в команду. Другое дело, что там конкуренция сильнейшая. Будем считать это издержками моего производства.

— То есть если все-таки по итогам отборочного чемпионата не попадете в сборную, претензии предъявите только себе?

— Если мне кредит доверия не предоставят, я не буду сетовать на судьбу, потому что отдаю себе отчет в том, что отбор проходит реально сейчас и плыть надо тоже сейчас. Мне мама всегда говорила: если ты не будешь на голову сильнее всех, на тебя никто и не посмотрит, даже если выиграешь, но немножко. Как скажутся горы в ближайшие дни — не знаю, может, еще хуже проплыву. Но в любом случае работа проделана, значит, результаты будут, пусть даже позднее.

— Роман, многие спортсмены убеждены уже сегодня, что психологическая помощь — не сказка про бычка. Что вы думаете?

— Я тоже занимаюсь с психологом, это реально помогает, безо всяких шуток. Если есть какие-то проблемы — человек не должен их решать сам, тем более если он в этом не компетентен, нужно довериться профессионалам. Раньше у меня мама выполняла роль психолога. Но уровень растет, проблемы растут, стрессы накапливаются, я думаю, и маме скоро понадобится психологическая поддержка.

— Вы не собираетесь пощадить маму в будущем и освободить ее от тренерской нагрузки?

— Нет, тренера я менять не собираюсь, если только в Америку поеду учиться, в университет. Мама вряд ли поедет со мной.

— Ваш отец говорит, что целеустремленность вы проявляли с детства, сначала это, правда, была больше упертость на ровном месте, зато потом ясное понимание, чего хотите... Еще он говорит, что вы — локомотив, а тренер — машинист.

— Я бы по-другому сказал: мы плывем в одной лодке и знаем, на какой нам берег надо, всей семье. Целеустремленный ли я? Да. Понятие же упертости — очень широкое, есть та, которая вредит делу, а есть та, без которой нельзя ни одному спортсмену. И это приобретается с годами. Все зависит от целей — если спортсмен ставит цель проплыть по первому разряду, это одно, если хочет быть чемпионом, то и сам формируется постепенно, вырастает вместе с большими результатами. Я всегда в жизни ставил высокую планку, нередко добивался того, чего хотел, но понимаю, что всегда появляется более высокая планка и надо идти вперед.

— Что хорошего случилось с вами за последнее время?

— У меня все — хорошее. Девушка есть, я тренируюсь, достигаю чего хочу, иногда не достигаю, но все равно занимаюсь любимым делом. Для простого человека что может быть в жизни хорошим? Ну, поменял машину, но большого значения этому не придаю, поэтому не могу сказать, что последнее произвело на меня неизгладимое впечатление. В бассейне у нас нормальные условия, другое дело, что лето впереди, и могут совершенно спокойно отключить воду. Вот это будет уже нехорошее.

— Омск вас любит?

— Вы же знаете, у нас в Омске существует команда “Авангард”. Естественно, когда в такой глубинке есть такая хоккейная команда, то все остальные виды спорта — ущербны. Но я смотрю на Москву или Питер — ничем там с плаванием не лучше, хотя статус городов и разный. Правда, в сравнении с тем же “Авангардом” можно сказать, что мы живем не очень хорошо. А если сравнивать с остальными, то мы живем нормально.

— Вы умеете злиться — так, чтобы кулаком по стене?

— Злиться? На что?

— Вам видней.

— Могу, конечно. На неудачи. Хотя понятие злости тоже весьма и весьма обширное. Вам на ногу наступили, вы же не сразу в лицо бьете? Спортивная злость — это нормальная добрая злость. А так на ровном месте самого себя, конечно, можно завести, только сам же и расхлебывать будешь. А оно кому-нибудь надо?

— Олимпийский шок — третье место вместо первого — сегодня, спустя три года, уже можно разложить по проанализированным полочкам?

— Три полочки. Первая — за два дня до старта никто в Австралию не прилетает. Вторая — не всегда все зависит от человека. Я сделал все, что мог, работа был проделана, не получилась реализация. Наверное, нужно себя в какой-то степени винить в этом, тренера, что вовремя не просчитали те или иные шансы. Выиграл “бронзу” — тоже неплохо, первый раз в жизни-то на Олимпиаде.

— Журналисты робко, но дружно пытались вас в этом тогда убедить...

— Ну тогда я был под гнетом злых эмоций. И мне было сложно что-то понять. А третье — Олимпиада есть Олимпиада. Знаете, какой парадокс? У нас принято считать, что мировой рекорд — это проще, чем Олимпиада. На самом деле не так. Мировой рекорд — это что-то за гранью человеческих возможностей. А Олимпиада — это всего лишь соревнования, но проходят они один раз в четыре года. То есть у человека нет возможности побывать на Олимпиаде три или четыре раза, чтобы адаптироваться. Я уже был на чемпионатах мира несколько раз, я уже знаю, что это такое, как себя вести.

— Как?

— Спокойно. А на Олимпийских играх, я абсолютно уверен, что даже на следующий год, будучи в статусе чемпиона мира, с большим опытом за плечами, буду испытывать колоссальное напряжение. И не потому, что соперники сильные, а потому, что вокруг Игр такой ореол существует — нечто грандиозное и неповторимое.

— У вас индивидуальный график подготовки, но когда принимается коллегиальное решение приехать сборной на турнир за два дня, можете возразить?

— Обычно это ничем хорошим не заканчивается. Я слыву и эгоистом, и индивидуалистом, наверное, скандалистом, не знаю, кем еще. Многим людям свойственно считать, что они умнее всех. Бороться с этим трудно, но высказать свое мнение на собраниях я могу. По крайней мере регулярно высказываю. И регулярно получаю за это тумаки. Но что теперь делать? Безропотно слушать то, с чем я не согласен, — это не для меня. Я лидер по натуре, и, думаю, это не самое плохое качество в жизни.




    Партнеры