Дворцы и хижины Владимира Кожина

29 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 234

Пост управляющего делами Президента РФ — покруче должности министра или иного вице-премьера. Мало того что Владимиру Кожину подчиняются десятки тысяч людей, в его распоряжении находится собственность, цену которой затруднятся определить даже самые крутые специалисты. Кто, например, скажет, сколько стоит Московский Кремль со всем его содержимым? Ну а еще управделами — это всегда персона, близкая к президенту, а значит, особенно влиятельная. (Один бывший управляющий делами известной силовой структуры говорил: “Я здесь человек не первый. Но и не второй...”)

При всем этом не удивительно, что среди журналистов г-н Кожин прослыл замкнутым и скрытным. Хотя, может, коллеги писали о ком-то другом? Перед нами предстал весьма приятный и улыбчивый мужчина...

Где теперь живет Б.Н.?

— Владимир Игоревич, давайте поговорим о ваших самых “секретных” объектах — резиденциях президента. Когда Путина только-только избрали, ходили слухи о грядущей реконструкции Ново-Огарева. Действительно ли велись такие работы?

— Вот вы пришли в квартиру, где ремонта не было лет двадцать. Что вы там увидите? Да в любой семье приходит такой момент, когда, к примеру, жена говорит: “Посмотри на эти обои, на эту сантехнику, все течет, полы скрипят”. Был проведен косметический ремонт. Никто ничего не строил и не пристраивал. Привели в порядок, помыли, почистили.

— Мебель поменяли...

— Кстати, не везде. Где-то она стоит со времен ЦК КПСС. А поменяли там, где она пришла в негодность.

— Поменяли на российскую или импортную?

— Этим занималась Федеральная служба охраны, поскольку это их объект, но, насколько я знаю, в первую очередь отдавали предпочтение российским образцам.

— Говорят, что “Горки-9”, где проживает первый Президент России, требуют серьезного ремонта, посему Борис Николаевич переехал оттуда в некую резиденцию близ Барвихи. А “Горки” сейчас ремонтируют. Это правда? И где теперь живет Ельцин?

— Вы знаете, все, что касается места жительства президентов, это прерогатива ФСО, и эти вопросы надо было бы им и адресовать.

— Ну, давайте тогда про ремонт.

— Насколько я знаю, Борис Николаевич действительно переехал, дача ведь старая...

— А реконструкция там идет? Он вернется обратно?

— Пока нет, и не думаю, что он переедет обратно. В “Горках”, видимо, будет какая-нибудь резиденция для приема гостей.

— Помнится, Борису Николаевичу обещали еще и кабинет в Кремле. Появился ли он наконец?

— Зачем? Борис Николаевич пенсионер. Если ему надо приехать в Кремль и встретиться с президентом, то он может это сделать, договорившись, естественно, с Владимиром Владимировичем.

— Ему закажут пропуск...

— Да нет, заказывать пропуск не нужно, он пройдет в помещение, и все, что ему требуется, будет предоставлено. А кабинета как такового, с вывеской, нет. Во-первых, в этом отсутствует необходимость, а во-вторых, нигде в мире нет такой практики, чтобы уходящий президент имел в государственной резиденции свой кабинет. Можно тогда ведь спросить, почему нет кабинета Горбачева Михаила Сергеевича. Был ведь президентом? Был.

— Вашего предшественника Павла Бородина упрекали по поводу чрезмерных затрат на реконструкцию кремлевских помещений. Ремонт, сделанный при Бородине, держится?

— Все залы Большого Кремлевского дворца на месте.

— Штукатурка не осыпается?

— Не осыпается.

— Паркет цел?

— Цел паркет. Другое дело, что прошло четыре года и какой-то косметический ремонт уже нужен. Но в целом дворец в нормальном рабочем состоянии.

— Известно, что вы к излишним тратам не склонны: помнится, предлагали сделать из “Шуйской Чупы”, пустующей большую часть времени, высокодоходный гостиничный комплекс. Но вот съездил туда Путин, и дело как-то заглохло. От идеи отказались?

— Нет, ничего не отменялось. Мы стараемся, уж если что решили, то выполнять эти решения. Владимир Владимирович был там один раз, и с этой резиденции на сегодня снят президентский статус. Это такой же наш объект, как, скажем, санаторий “Сочи”, и он сегодня открыт. Другое дело, что “Шуйскую Чупу” невозможно превратить в высококлассную и высокодоходную гостиницу, поскольку для этого просто нет места. Там небольшие домики. В основном доме может разместиться человек десять, есть еще вспомогательные строения. Но это не такой объект, на котором могут отдыхать сотни людей. Тем не менее желающие могут выяснить, как туда попасть, купить путевку, половить рыбу, грибы пособирать, там для такого отдыха все предусмотрено.



С переездом парламента подождут

— Наши депутаты и сенаторы все время собираются переезжать. Сначала шли разговоры, будто членов СФ переселят в здание мэрии на Новом Арбате, потом — что на Кутузовском проспекте построят Парламентский центр. Последняя версия — парламент разместят в Сити. Неужели 170 сенаторам мало трех зданий на Большой Дмитровке, а 450 депутатам — внушительных помещений в Охотном Ряду?

— Наше мнение, и я думаю, что такова и позиция президента: да, Парламентский центр нужен. Потому что сегодня Совет Федерации занимает не два здания, а гораздо больше. Помещения Госдумы разбросаны по пяти различным адресам. Ну, сидели бы и сидели, да? Но это пять систем охраны, обеспечения здания, питания, доставки корреспонденции и так далее. Если все это посчитать, получаются огромные деньги. Поэтому абсолютно очевидно, что единый комплекс выгоден и экономически, и организационно. Теперь не менее важный вопрос: где и когда? Когда — я думаю, вам сейчас никто не скажет. У нас были расчеты, были наработки — в любом случае, это достаточно дорогое удовольствие. Конкретных планов нет, просто потому, что на это нет денег. Могу сказать лишь, где Парламентского центра не будет совершенно точно. В Сити.

— А на Кутузовском?

— Пока не знаю. Мы отдавали больше предпочтения размещению этого комплекса вблизи Белого дома. Там есть соответствующее место, и если когда-нибудь мы доберемся до того, чтобы начать формулировать конкретные технические задания, готовить проектную документацию, мы, конечно, будем склоняться к этому месту. Я не имею в виду и здание мэрии — все будет строиться с нуля.

— В прошлом году у сенаторов наконец-то решился квартирный вопрос: теперь они живут в элитном доме в Кунцеве, в котором должны появиться бассейн, рестораны, фитнес-клуб и даже парк для конных прогулок. По какому принципу отбиралось это жилье?

— По очень простому принципу, так же, как и дом на улице Улофа Пальме: мы проводили тендер, выбирали тех, кто предложит нам оптимальные условия по качеству и нашим требованиям к квартирам. Мы не задавали условия строить кинозалы и бассейны, занимались только квартирами в чистом виде. В депутатском доме на улице Пальме внизу есть огромный подземный паркинг. Но он к нам не имеет никакого отношения. Точно так же и по этому адресу. Да, насколько мы знаем этот проект, там, наверное, будет строиться все то, что вы назвали. Но об оплате этих вещей со стороны государства речи нет и быть не может. А жилье там действительно качественное, и тем параметрам, которые мы закладывали в тендер, оно соответствует.

— Кто же платит за коммунальное обслуживание этих квартир?

— Мы оплачиваем. Эти расходы несет государство. В соответствии с законом о статусе депутата Госдумы и члена Совета Федерации.



Задачка для Пугачевой

— Прошлой осенью высокопоставленные чиновники получили в единоличное пользование ВИП-залы в аэропортах, вытеснив оттуда звезд эстрады и прочих знаменитостей. Идея себя оправдала?

— Разделение произошло. Еще два слова о том, зачем это было сделано. Большая пресса была на тему, что вот-де для чиновников восстанавливают привилегии времен Советского Союза. Ничего мы не восстанавливаем, а стараемся навести элементарный порядок. Вот когда этого не было, каждый месяц какая-нибудь газета обязательно публиковала репортаж на тему, какой бардак творится в этих жутких ВИП-залах: министры вместе с олигархами пьют-гуляют, и все они дружно проходят там и проносят все что вздумается. Действительно, проблема существовала. Зал официальных делегаций (так мы его называем) — это система упрощенного прохода государственной границы и таможенного контроля. То есть государство идет на какие-то послабления с точки зрения жестких правил. Знаете, как тот анекдот: можно взять в аренду кусок государственной границы? В анекдоте говорили — нельзя, а тут взяли. Платили деньги и точно так же проходили эту упрощенную процедуру. Почему? Он не министр, не директор департамента, он просто купил себе это право. Это неправильно — государство может идти на это только для узкого круга государственных чиновников. В списке, который мы недавно утвердили, несколько сотен на всю страну.

— А что-то реальное в этом плане уже сделано?

— Залы уже начинают восстанавливаться, например в “Шереметьево-2”. Задача очень простая: нам не нужно суперобслуживание. Вполне достаточно минеральной воды, кофе, чая. Плюс — нормальный интерьер. Ведь основная цель — обеспечить максимально быстрое оформление и проход государственного чиновника из самолета и обратно.

Вот говорят, во всем мире нигде этого нет. Есть отдельные залы, но их мало кто видит, поскольку никакого нашего олигарха туда не пустят. Так что теперь у нас будут залы для официальных делегаций и ВИП-залы. Есть деньги — идите в такой зал. Оплачивайте — и к вашим услугам ресторан, Интернет, душ. Вы отдыхаете там, а потом в общем порядке проходите паспортный и таможенный контроль.

— То есть если, к примеру, Алла Пугачева соберется куда-нибудь выехать, ей придется стоять в общей очереди?

— Ну, это уже проблемы аэропорта, как обеспечить гостям, чтобы они не стояли в очереди.


— Одна из самых знаменитых строек УДП последнего времени — возведение дворца в Стрельне. Скорость, с которой его реконструируют, вызывает изумление даже у профессионалов. Говорят, из-за такой спешки может быть нарушена технология, и это приведет к бесконечным ремонтам уже после сдачи дворца в эксплуатацию. Вы этого не опасаетесь?

— Действительно, темпы работ были так высоки, что очень многие не верят, что все будет там нормально сделано. По нормативам, если взять и посчитать, то на это как минимум требуется три года, а в действительности первые строители появились там в ноябре 2001 года. Но с точки зрения того, о чем вы говорите, у нас нет сомнений, поскольку там были собраны лучшие инженерно-строительные силы Санкт-Петербурга. Все выполнялось на высшем техническом уровне. 90 процентов работ уже закончено.

— Какие еще масштабные проекты сейчас реализует управление?

— Видите ли, мы не стройтрест, и у нас нет планов масштабных строек. Все эти работы диктуются теми или иными потребностями. Мы готовимся к продолжению реконструкции Кремля, а именно 14-го корпуса — это большое здание, где и сосредоточены основные службы: и Администрация Президента, и наши подразделения, и федеральная служба охраны. Этот корпус никогда толком не ремонтировали. Ведутся работы и в Государственном Кремлевском дворце — осенью вы его увидите в обновленном виде. Там уже сейчас очень много сделано. Это, знаете, избитый шаблон, что во Дворце съездов, как его по-прежнему называют, невозможно выступать, там ужасная акустика и так далее. Вы спросите специалистов, и они вам скажут, что там сегодня звук один из лучших в Европе. Мы закончили и сдали в конце года этот комплекс в эксплуатацию, работали и наши специалисты, и американские. В зале создана уникальная система звучания. Там установлена и функционирует суперсовременная система света. Вот если говорить о зале, вернее о том, что видно всем, осталось последнее — оформление. А дальше мы спокойно будем заниматься очень большой работой, потому что под дворцом несколько этажей коммуникаций, техники, инженерии — это требует тоже серьезного ремонта. Кроме этого — Дом правительства. А в Санкт-Петербурге это и недавно переданный нам комплекс Сената и Синода.

— Подождите, но Белый дом вроде вполне неплохо выглядит.

— Потому что за ним все время следят. Опять же, если мы не будем этого делать, потребуется капитальный ремонт. Мы проводим постоянно там какие-то работы.

— А есть ли у управления делами какие-нибудь методы экономии бюджетных средств?

— К примеру, практически все дачные комплексы управления делами не финансируются государством практически ни на копейку. Живут за счет собственных средств — по принципу предоставления путевок для проживания госслужащим и свободного рынка, то есть продажи путевок всем желающим. Заработанные деньги идут на ремонт, содержание, и в том числе в определенной степени на дотирование путевок, по которым проживают государственные служащие.

Сложнее вопрос стоит с медициной, потому что это очень тонкая сфера, но здесь то же самое: потребности, которые существуют, покрываются со стороны бюджета, но и медицина сама приносит деньги. Так и зарабатываем...






Партнеры