Растравленные солнцем

24 мая 2003 в 00:00, просмотров: 207

Поймать Ингеборгу Дапкунайте в Канне — все равно что дожидаться дождливого дня на Лазурном Берегу, где днем на солнце кажется, что даже асфальт плавится. Ее день поделен между встречами, просмотрами, премьерами, переговорами. С раннего утра до поздней ночи. Поговорить с ней удалось только по дороге в кинозал.

Ингеборга была права, когда говорила, что на Круазетт полно всяких странных людей. Вот, например, дама неопределенного возраста и занятий в блестящем коротком черном платье с открытой спиной — не подумайте, ничего эротичного — в золотых колготках и туфлях на огромных каблуках (которые надела тут же, засунув в пластиковый пакет стоптанные тапочки). Тут же по Круазетт пронеслось: “un fric”, и фотографы, за неимением лучшей добычи, защелкали камерами. Разглядев даму, мы продолжили разговор.

— Ингеборга, неужели вы в первый раз на Каннском фестивале?

— Да, когда здесь показывали “Утомленных солнцем” Никиты Михалкова (в главной женской роли жены комдива — Дапкунайте. — М.Д.), я была в Америке и не могла присутствовать на премьере.

— И как вам здесь нравится?

— Я себя тут прекрасно чувствую. У меня два замечательных повода для приезда: я участвую в жюри короткометражных фильмов, которое возглавляет Эмир Кустурица, и привезла свой фильм. Я сыграла главную роль в ленте британского режиссера Эмили Янг “Поцелуй жизни” в программе “Особый взгляд”. (Героиня Дапкунайте попадает в катастрофу, но выживает. Возвращается домой, целует детей, но потом выясняется, что это как бы существование после смерти, вроде “Шестого чувства”. — М.Д.) По-моему, лучших причин для поездки в Канн не найти... Я приехала всего на три дня, и мне надо посмотреть 29 фильмов! 20 картин программы Cinefoundation и 9, которые претендуют на “Золотую камеру” в короткометражной программе. Так что свободного времени совсем нет.

— Во время премьеры фильма с вашим участием зал очень эмоционально реагировал. Вы этого ожидали?

— Я никогда ничего не ожидаю. Как будет — так будет. Ведь я все равно не смогу ничего изменить. А если картина нравится — это же замечательно. Но для меня тут все удивительно: я никогда не представляю свои фильмы. Тут же, кроме того, что пришлось подниматься на сцену в начале фильма, еще и потом надо было кланяться. Это очень странно, непривычно.

— В каком фильме вы ни за что не стали бы играть?

— Это гипотетический вопрос. Я не могу сказать, у какого режиссера и что именно я хотела бы сыграть, — я готова играть и в драме, и в детективе, и в фантастике. Главное, чтобы я была уверена, что мои взгляды, и мой внутренний мир, и мир режиссера будут сходиться. Без этого ничего просто не получится.

— Что вас больше всего удивило в Канне?

— Оказалось, что это очень гламурный фестиваль. Гуляющие на Круазетт очень шикарно одеты в любое время суток и независимо от занятий. Мне кажется, тут даже бегают в вечерних платьях. И еще, тут собрались практически все, кто хоть как-то связан с кино.

Восьмой день фестиваля вполне можно назвать русским: в конкурсе показали “Маленькую Лили” Клода Миллера, современную интерпретацию “Чайки” Антона Чехова.

— Около десяти лет назад я решил перечитать чеховскую “Чайку”. И несмотря на то, что написана она была в XIX веке, веке театра и литературы, а не кинематографа, мне она показалась очень современной, — так объяснил причину, по которой он решил поставить фильм, сам режиссер. — Я нашел много совпадений между ее сюжетом и сегодняшним кинобизнесом. И тогда я подумал, что было бы неплохо экранизировать эту пьесу, но перенести действие в наше время и главных героев сделать кинематографистами.

— Есть что-то общее у Жюльена—Треплева и молодого Клода Миллера?

— Я был гораздо более сдержанным, воспитанным и, в конце концов, более самокритичным. Но мне безумно нравится этот характер, этот радикализм молодости, который был и у меня в какой-то степени. Но, с другой стороны, есть и Брис (Тригорин), опытный режиссер, знаменитый и чем-то, конечно, похожий на меня.

— Вы хотели стать режиссером?

— Да, еще в 12 лет я знал, что не буду никем другим. Я сходил с ума по кино и категорически не хотел заниматься ничем больше. Но сначала я думал, что это актеры договариваются между собой, что им делать, и только потом понял, что есть режиссер, который организует этот процесс. И тогда я понял, что буду именно режиссером.

Восходящая звезда французского кино, актриса Людвин Санье (сыгравшая, кстати, и в конкурсном фильме Франсуа Озона “Бассейн”), играет Лили, то есть саму Нину.

— Когда Клод Миллер пригласил меня на пробы, я не могла поверить, что мне дали такой шанс. Сыграть у самого Миллера, да еще в экранизации “Чайки”, — об этом можно только мечтать. На пробах я прочитала тот самый монолог Нины: “Люди, львы, орлы...” Но сделала его более реалистичным, близким к жизни, чего не было в пьесе, там он звучит очень страстно, патетично. Мне кажется, Клод был тронут этим. И в результате пригласил меня на роль Лили.

— Как бы охарактеризовали вашу героиню?

— Мне было очень сложно разделить Лили и Нину. Нина — очень эмоциональная, страстная девушка, у нее нет матери, а отец пьет. Лили же немного другая, про нее можно сказать, что она дитя природы. И именно это делает ее привлекательной в глазах Бриса. Но потом она становится жестокой, такой же, как Брис. Она не любит его, но остается с ним ради карьеры актрисы. И, к сожалению, слишком поздно понимает иллюзорность своей мечты. Вот здесь все точно, как у Чехова. Именно это я и пыталась играть.

— Благодаря Брису Лили получает свою первую роль и первую награду. У вас были подобные ситуации в жизни?

— Не совсем. В прошлом году я получила приз Роми Шнайдер за роль в картине Франсуа Озона “Восемь женщин”. Это мой первый приз, и это великолепно!

— Вы готовы к компромиссам ради карьеры?

— Я открыта всем возможностям. Но я против индустриализации кино. Хотя я всегда думала, что никогда не стану играть в американском блокбастере. И вот, пожалуйста, я играю в “Питере Пэне” П.Дж.Хогана! Но все же мне не кажется, что это компромисс. Ведь, когда я была маленькой, как и все дети, мечтала научиться летать или делать чудеса. Я до сих пор не могу поверить, что я в конкурсе Каннского фестиваля сразу с двумя фильмами! (Второй тоже в конкурсе — “Бассейн” Франсуа Озона, где у Людвин партнерша — Шарлотта Рэмплинг. “МК” уже писал об этом в предыдущих репортажах из Канна. — М.Д.)

И еще из каннских звездных хроник. Мэг Райан, Стивен Содерберг, Лиз Тейлор, Наоми Кэмпбелл, Адриен Броди и прочие знаменитости устроили вечеринку в поддержку больных СПИДом. Кинокомпания “Мирамакс” занимается этим благим делом уже 10 лет — с 1993 года, с тех пор на сии благотворительные цели по всему миру было собрано 12 миллионов долларов.




Партнеры