“Труба“— не дура

26 мая 2003 в 00:00, просмотров: 685

— Девуська, слюсяй, пазванить-пазванить не хочещь? По сотовому. Да нэ бойся, нэ дорого возьму, в 5—6 рас десевле, чем весде, — скромный невзрачный азиат протягивал мобильник и заискивающе заглядывал в глаза.

На Черкизовском рынке царила обычная суматоха, народ напряженно вспоминал, кому бы по халявному межгороду напомнить о себе, а тихоня-“связист” уже тащил очередную “жертву” в глубь барахолки. К стандартной кабинке по примерке одежды выстроилась целая очередь из “коренных” посетителей рынков на окраине столицы — вьетнамцев и китайцев.


По оценкам экспертов, от различных видов мошенничества, называемых фродом (к знаменитому толкиенскому хоббиту-тезке, хранителю кольца, это не имеет никакого отношения; от анг. fraud — мошенничество. — Е.М.), сотовые операторы теряют до 25 миллиардов долларов в год. Еще недавно наши правоохранительные органы ни о каком фроде и знать не знали, а сейчас по всей стране против “взломщиков” сотовых сетей возбуждены десятки уголовных дел.

Информации о них вы не найдете в открытой печати, хотя прямые убытки наших “сотовиков”, по разным оценкам, составляют от 2,5 до 5 процентов годового дохода. Причина проста: “мы не хотим, чтобы название нашей компании ассоциировалось с какими-либо мошенниками”, — говорят операторы сотовой связи, отказываясь от официальных комментариев. Расплачиваются же за чужие “включения” в итоге миллионы простых россиян — обычных пользователей мобильников. А Россия до сих пор остается одной из немногих стран, где за входящие звонки платит владелец телефона.

Всего в мире известно 12 самых распространенных видов фрода: это и “левая” продажа эфирного времени, и кражи мобильников с последующим взламыванием пароля корпоративного коммутатора (так называемое РАВХ-мошенничество), и предоставление ложных данных об абоненте, и т.д. В нашей стране самый популярный фрод — не клонирование сим-карты, в чем уже изрядно преуспели умельцы на Западе, в том числе и в “непорочном” до недавних пор GSM-стандарте, а мошенничество в роуминге.

Схема проста: на подставных людей по “левым” документам покупают телефонные карточки для мобильников или подключенные мобильники и уезжают с ними в другой город. Тут-то и включается роуминг, во время которого “за долю малую, сиротскую” по трубке разговаривают все кому не лень. На все про все у желающих “обуть” сотовую компанию есть три дня — именно за этот срок иногородние счета поступают основному оператору. Как показывает практика, чтобы “растрясти” сотовиков на десятки тысяч долларов, и их достаточно.

Собственно, по этой схеме и действовали башкирские “крысята”, как трех студентов-взломщиков Уфимского госуниверситета окрестили киберсыщики. Охотились за ними по всей стране несколько месяцев. Друзья с трубкой в кармане и ворохом карточек “предоставляли услуги” в Оренбурге, Самаре, Казани, Ульяновске и Свердловске. Звонили в основном вьетнамцы — давние “любители” и потребители халявной связи. В среднем на каждой карточке потом “зависало” долларов по пятьсот, общий же счет “несанкционированной болтовни” зашкалил за 40 тысяч “зеленых”.

— У нас в Ульяновске сейчас расследуется аналогичное дело — несколько представителей монголоидной расы по поддельным паспортам купили пару десятков телефонных карт и поехали с ними в другой город, — рассказывает Александр Остапенко, зам. начальника отдела “К” по Ульяновской области. — Там они организовали этакий переговорный пункт. Азия, Америка, Африка — звонили практически без перерыва, сотовой компании пришел потом счет на три миллиона рублей. И хотя к розыску мошенников мы подключили Интерпол и посольства, результатов пока нет.

Ростовские “переговорщики”, накупив целый веер карточек, отправились промышлять в Москву, на Черкизовский рынок. И снова та же история — документы подделаны, “умельцы” в розыске, сумасшедшие счета не оплачены.

— Наши подопечные “работали” без сна и отдыха, — говорят ростовские оперативники. — Днем интервал между звонками не превышал и 30 секунд. Звонили в основном во Вьетнам и страны Азии.

В Перми фродом занялись продвинутые студенты местного университета. Пришли к бандитам и попросили денег на “новый вид услуг”. Вернуть пообещали быстро и с большими процентами.

— Им даже не пришлось особенно морочиться с документами — в одном из паспортных столов ребята скупили оптом старые “ксивы”, которые по всем актам проходили как уничтоженные. На них, переклеив фотки, и оформили договора, — рассказывает сотрудник службы безопасности “кинутой” сотовой компании. — Вскоре на конкретные телефонные номера стали приходить астрономические суммы. Мы “проведали” владельцев СССРовских паспортов, которые, естественно, ни сном ни духом не догадывались о многочасовых душеспасительных беседах с далекой вьетнамской бабушкой. Кстати, у большинства пострадавших даже и мобильников-то не было.

Впрочем, наши люди обычно жуликов жалеют. Не простого же человека грабят, а мифических операторов. Другое дело, когда залезают именно в твой карман. Получаешь в конце месяца счет, и глаза вылезают из орбит: ну ладно бы чуть-чуть подворовывали (к этому мы уже привыкли), но нельзя же в конце концов ТАК наглеть!.. Лишь после детального изучения траффика всплывают коды доселе не виданных стран и континентов. Или активируешь новенькую карточку, а она пустая. Или когда твой “маленький вибрирующий друг” сутки напролет подозрительно молчит, сообщая всем желающим, что “включен режим запрета входящих звонков”... В общем, если вам знакомы эти симптомы, не исключено, что у вашей связи начались серьезные проблемы. И виной тому фрод.

Останкино. Вьетнамское общежитие “Салют-2”, чей адрес наизусть знают московские киберсыщики. Всюду грязь, вонь, в комнатках “на троих” надстроены вторые этажи и вповалку спят по 20 человек — “на дне”, да и только. И при этом второе дно: лишь на одном балконе оперативники обнаружили девять спутниковых “тарелок” и 12 аппаратур подмены номера.

— С вьетнамскими переговорными пунктами, работавшими с обычной проводной связью, мы боролись несколько лет, и только за последний год закрыли еще 15 штук, — говорит Анатолий Платонов, пресс-секретарь управления “К” МВД РФ. В мировой практике аналогичные подразделения принято называть киберполицией. — Как только правоохранительным органам удалось довести до суда несколько уголовных дел и посадить “переговорщиков” за решетку, “проводные пункты” исчезли, а москвичи перестали хвататься за сердце, получая распечатки междугородных переговоров с их домашних телефонов.

Теперь вьетнамцы-фродовцы активно осваивают новые рынки, благо количество владельцев мобильников растет чуть ли не в геометрической прогрессии. Еще четыре года назад, по официальным данным, не расстающихся с “маленьким” было всего один миллион на всю Россию, а в апреле 2003-го — уже 22 миллиона. Каждый месяц прибавляется 1 миллион 200 тысяч новых абонентов сотовых компаний, а вместе с ними растет количество “мобильных нелегалов” и прочих мошенничеств.

— Хотя уголовные дела по фрод-преступлениям успешно расследованы в Москве, Нижнем Новгороде, Самаре, Владивостоке и других городах, в масштабах страны этот опыт никому не известен, — считают юристы Воронежского государственного университета, проводившие масштабное исследование фрода по всей России. — Сотрудники правоохранительных органов зачастую просто не знают, как расследовать такие преступления, да и нужной аппаратуры у них тоже нет.

На западе за фрод-преступления можно отделаться солидным штрафом или сесть лет на шесть. У нас, в принципе, тоже. Самые распространенные статьи, по которым идут под суд российские “халявщики”, — ст. 165 УК (“причинение имущественного ущерба путем обмана и злоупотребления доверием”, срок до шести лет) и ст. 272 УК (“вмешательство в работу компьютерной сети”, три—пять лет тюремного заключения).

И хотя ни одного обвинительного приговора по “делу о фроде” еще не было вынесено — они только переданы в суд, — в суровости наказания можно не сомневаться. Раскрытие преступлений в сфере информационных технологий, к которым относится фрод, стоит на личном контроле у министра внутренних дел Грызлова.

Как стало известно “МК”, милиция и службы безопасности сотовых компаний окончательно поняли, что друг без друга им не обойтись, и теперь бороться за безопасную связь будут вместе.




    Партнеры