Театральный расстрел

5 июня 2003 в 00:00, просмотров: 684

Из досье “МК”. 55-летний Альфред Аркадьевич Лернер (друзья называли его Олегом) родился в Орске. По образованию — педагог-филолог, начинал директором сельской школы. Работал учителем, директором школы, директором театров в Орске, Новгороде, Тольятти. В конце 80-х приехал в Москву, познакомился с режиссером Валерием Фокиным. Был главным редактором отдела гастролей Министерства культуры России. В 1989 г. возглавил Всероссийское объединение “Творческие мастерские” на Новослободской, на базе которого родился и вырос Центр Мейерхольда, лаборатория новой режиссуры. С 1991 г. — директор-распорядитель Центра им. Мейерхольда. Он отвечал за финансово-хозяйственную часть. Общая площадь центра — более 26 тыс. кв. м. В основном это офисы и бутики. Кроме того, комплекс включает в себя 18-этажную гостиницу.

Убийство директора-распорядителя Центра имени Мейерхольда Альфреда Лернера, совершенное во вторник вечером, можно считать первым громким преступлением такого рода в театральном мире. Наверное, оно должно было произойти. Ведь не секрет, что некоторые репертуарные гостеатры пытаются совмещать творчество с коммерцией. То есть под крышей храма искусств размещать коммерческие структуры, как будто бы призванные облегчить жизнь творцам. О том, как убивали Лернера и кому это может быть выгодно, — в материале корреспондентов “МК”.

Вечером 3 июня Лернер собирался на концерт. Его нельзя было назвать большим ценителем искусства, но музыку предприниматель любил. В 18.30 на служебном “Мерседесе” он приехал к своему дому (Олимпийский проспект, 10, корпус 2). Двор здесь узкий, и водитель не смог подвезти Лернера прямо к подъезду — остановился чуть поодаль. Бизнесмен должен был переодеться и отправиться на встречу с прекрасным.

Киллера-мотоциклиста во дворе заметили еще до приезда “Мерседеса”. На углу молодой парень несколько минут копался во внутренностях своего “мокика” марки “Yamaha Jog”. Кто-то даже видел у него в руках плоскогубцы (потом их нашли на асфальте). Шлема на мотоциклисте не было — только нечто напоминающее капюшон. Когда же “Мерседес” остановился во дворе, преступник мгновенно оседлал “Ямаху”, на медленной скорости проехал мимо Лернера, когда тот уже открывал дверь подъезда, и несколько раз выстрелил из ПМ с глушителем.

Убегая, киллер невольно “пообщался” с несколькими жильцами дома. Одна женщина как раз шла за хлебом, когда мотоциклист с “пушкой” в руках выехал из-за угла и едва не сбил ее. Дальше события развивались еще интереснее. Рядом с домом расположена собачья площадка, и на уносящегося прочь мотоциклиста “обратила внимание” одна из собак. Псина стала бросаться на преступника, так и норовя оттяпать ему полпятки. Молодой человек не растерялся — выстрелил в животное и ранил его. Но мотоцикл ему пришлось бросить. Слетела и его голубая бейсболка, а парень быстрым шагом направился прочь. Кстати, он довольно хорошо ориентировался: свернул не налево, где улица заканчивается тупиком, а направо, надеясь затеряться в закоулках. Кстати, сразу после этого от места, где преступник бросил “Ямаху”, отъехал голубой продуктовый фургон. Есть версия, что гангстер уехал на нем.

Попытки врачей “скорой” вернуть Лернера к жизни электрошоком успехом не увенчались. Рыжего пса, который бился в конвульсиях на газоне, также увезли с места происшествия. Теперь милиция ищет и собаку, и хозяина.

* * *

Альфред Лернер жил в пятом подъезде дома №10 на Олимпийском проспекте восемь лет. Раньше дом считался престижным и принадлежал ЦК. Здесь он жил вместе с женой Раисой Павловной и внучкой — ребенком дочери от первого брака. Кстати, этот дом “прославился” намного раньше вчерашнего убийства. В свое время воры забрались здесь в квартиру министра внутренних дел, несколько лет назад в этом же подъезде убили известного антиквара, а в 1996-м — пытались взорвать нынешнего вице-мэра Москвы Валерия Шанцева (7 июня как раз годовщина этого печального события).

Крыльцо подъезда Лернера пришлось отмывать всю ночь от крови, коврик, который лежал там, выбросили. Жильцов четыре часа не пускали в квартиры.

Соседи говорят, что погибший был довольно замкнутым и в подъезде ни с кем не общался, впрочем, всегда вежливо здоровался.

— Какая ужасная страна! — плакала дочь Лернера, Маргарита. — Папе было всего 55 лет. У нас не укладывается в голове: пол-Москвы про этого человека может сказать только добрые слова. А что еще можно сказать, если он занимался только легальным бизнесом?! Никаких угроз никогда не поступало, у него никогда не было охраны. Мы думаем, что его с кем-то перепутали...

— Альфред Аркадьевич очень мягкий и домашний человек, — говорят родители его зятя. — Он очень любил жену, детей и внуков. Мы узнали о случившемся на даче и сначала не могли поверить. Для него очень много значила семья. Нам кажется, у него не должно было быть никаких врагов.

* * *

Вообще, Лернер был как раз из удачливых коммерсантов на культурной почве. Во всяком случае, его имя связывают со строительством таких мощных новых очагов культуры, как вышеупомянутый центр на Новослободской улице, Центр оперного пения Галины Вишневской на Остоженке, Культурный центр Союза театральных деятелей на Страстном бульваре. На самом деле благая идея подпитки искусства за счет бизнеса в современных структурах не идеальна. Скажем, в Центре Мейерхольда театральная площадка занимает весьма скромные площади по сравнению с гостиницей, банком и прочими офисами. Культурный центр на Страстном — по сути кроха, зажатая бутиками, кафе, фитнес-центром. И при этом руководители центра подали заявку на грант в Управлении культуры Москвы, чтобы дооснастить театральное помещение. Так что еще вопрос, как хорошо коммерция кормит искусство.

Люди, которые имели дело с Лернером, отмечают, что Альфред Аркадьевич мало был похож на театрального деятеля. Он был довольно жестким и хватким бизнесменом, с которым тяжело вести переговоры. Не любил уступать свои позиции. А по манерам ведения бизнеса больше смахивал на новых русских. Возможно, это связано с тем, что ему часто приходилось иметь дело с представителями криминального мира, которые всегда вертятся вокруг больших денег, то предлагая “крышу”, то пытаясь урвать кусок побольше.

Лернер прекрасно умел находить богатых инвесторов. То это был Нефтехимбанк, то “Интеррос” и ОНЭКСИМ-банк... На строительство здания центра ушло 75 млн. долларов. А второе здание строится и сейчас на противоположной стороне улицы. Впрочем, какова его судьба будет теперь — сказать сложно.

Господин Лернер был масштабной личностью. Один из влиятельнейших людей, который, естественно, вызывал двойственное к себе отношение со стороны. Одни его не любили, полагая, что за его делами стоит криминальный бизнес. Другие искали в нем партнера в надежде поправить собственные дела.

Как всякий деловой человек, он был немногословен, взгляд его был тяжелым, и это многих отпугивало. В Центре Мейерхольда, где должность Альфреда Лернера была скромной — директор-распорядитель, его боятся даже после смерти.

А вот как реагируют на убийство бизнесмена от театра сами люди искусства.

Марк ЗАХАРОВ, художественный руководитель театра “Ленком”:

— Это убийство даже впрямую к театру не относится, а говорит о том, что криминал плотно вошел во все структуры. Положение в стране чрезвычайное: складывается впечатление, что число расстрельных списков людей, подлежащих уничтожению — врачей, бизнесменов, студентов... — растет. В спальных районах сейчас наблюдается такое явление: люди у метро толпами встречают своих родных, они боятся за их жизнь. Так было в 53-м году, когда Берия объявил амнистию и спокойно ходить по Москве было совсем небезопасно...

* * *

Стоит обратить внимание еще на одну деталь — собственно убийство Альфреда Лернера. Оно очень похоже на расстрел известного питерского авторитета Константина Яковлева (Кости Могилы), который случился в конце мая в Москве. Киллер тоже был на мотоцикле, тоже в шлеме, тоже следовал за машиной жертвы.

Вряд ли между этими убийствами есть какая-то связь. Но не исключено, что в Москве начала действовать новая группа киллеров, взявшая на вооружение методику итальянских и греческих собратьев по цеху. Именно они с середины 70-х пользуются для выполнения заказа юркими мотоциклами, на которых легко уходить от погони. Скутер очень удобен тем, что его не нужно регистрировать, на него не нужны права, и он очень дешевый. В Москве такую модель можно купить за 300—600 долларов. Он развивает скорость до 60 км/час и весит всего 80 килограммов. Машина очень маневренна, и она дает гарантию, что киллер доберется до назначенного места точно в срок. Получается, заплатил 300 долларов, взял машину и поехал убивать. Очень удобно.

Скорее всего следствие будет проверять оставленные орудия убийства и другие улики на идентичность. Но поможет ли это в ближайшее время выйти на след киллеров и заказчиков преступления — сказать трудно.




    Партнеры